Вместе с новыми ранеными в лазарет привезли Лауру и Ингура, а к вечеру к ним присоединился контуженный Лаэр. С лечением Лауры у меня проблем не возникло, и после подзарядки истощённой ауры юной магини она быстро пришла в себя, а с Ингуром пришлось повозиться. Операция по извлечению наконечника стрелы заняла всего минут двадцать и закончилась удачно. Однако основные проблемы создала не сама рана, а заражение, которое уже начало распространяться по организму брата. К счастью, дело не зашло слишком далеко, и мне за пару часов удалось остановить заражение крови и поддержать ослабленный организм раненого, а дальнейшее выздоровление зависело только от надлежащего ухода. Едва очнувшаяся Лаура тут же заняла место сиделки у постели Ингура, и мне показалось, что юная девушка не просто жалела раненого, а проявляла к нему намного более нежные чувства. Последним из высокопоставленных пациентов оказался Лаэр, который тоже пострадал не столько от ранений, полученных за время боев, а от последствий сильной контузии и истощения моральных и физических сил организма. Этот случай также не вызвал у меня особых опасений, и князь после непродолжительного отдыха должен был встать на ноги.
За эти сумасшедшие трое суток я спал не более четырёх часов, но мне каким-то чудом удалось оттащить от могилы всех раненых. К тому моменту, когда в лазарет вернулись пришедшие в себя гвельфийки, я сумел перевести в разряд выздоравливающих всех тяжелораненых и, только передав пациентов в надёжные руки, отправился в резиденцию Ингура в надежде выспаться.
Заснул я как убитый, и только через сутки меня разбудили дикий голод и жажда. Я сел на кровати и собирался идти разыскивать кухню, но обо мне уже позаботились. Мой заспанный взгляд сразу наткнулся на стоящий рядом с кроватью стол, на котором был накрыт шикарный обед и стояли два кувшина с вином и родниковой водой. Я вежливо поблагодарил за заботу скромно сидевшую у двери девушку и накинулся на еду, как зорг на добычу. Наевшись до отвала, я не смог себя заставить встать с постели и снова заснул до полудня.
Прервал мой сон внутренний будильник, который есть в организме любого человека. В подсознании начала пульсировать занудная мысль, что впереди у меня ещё много дел, заставляя проснуться. Очнувшись от сладкой истомы, я сразу направился к озеру, чтобы проверить дельтаплан, а заодно и искупаться. Возле дракона был выставлен караул из двух воинов, которые, завидев своего князя, вытянулись в струнку и смотрели на меня, словно я не живой человек, а мифическое существо. После стандартного предполётного осмотра и проверки работы двигателя я нырнул в воду и устроил получасовой заплыв по озеру. Купание в прохладной воде окончательно привело меня в форму и смыло остатки сна. После водных процедур я сделал небольшую разминку и решил, что нахожусь в полной боевой готовности.
После сумасшедшей недели всё моё существо буквально вопило о более продолжительном отдыхе, но настало время возвращаться в посёлок, чтобы разобраться в сложившейся обстановке, а также проведать раненых.
Первым делом я наведался в лазарет и проверил итоги своей работы. Как ни странно, но мне даже в разобранном от усталости состоянии удалось избежать серьёзных ошибок, и все мои пациенты оказались живы и шли на поправку. Исправив несколько своих не особо серьёзных ляпов, я закончил осмотр и направился разыскивать Лаэра. Князь уже удрал из лазарета и занимался проблемами, накопившимися в долине за время обороны. Неугомонного гвельфа я нашёл в резиденции Ингура, где он с моим едва оправившимся от раны братом устроил какое-то совещание. Я вошёл в кабинет Ингура как раз в тот момент, когда разгневанная Лаура пыталась заставить двух едва оживших трудоголиков хотя бы пообедать. Моё внезапное появление было встречено Лаурой как глас Божий, и мы спустились в столовую, где нас ждал уже почти остывший обед.
Я обнял и расцеловал брата, а затем спросил, как он себя чувствует. Ингур ответил, что с ним всё в порядке благодаря моим стараниям и рана его почти не беспокоит. Только в этот момент я понял, что наконец-то вернулся домой и вокруг меня действительно родные люди, а не благодарные подданные. У меня накопилось много вопросов к единственному родному мне по крови человеку и очень хотелось поговорить с братом на простые семейные темы, но, как всегда, именно на это не хватало времени. Выпустив Ингура из своих объятий, я тепло поздоровался с Лаэром, и мы уселись за обеденный стол. Есть мне не хотелось, но я, чтобы поддержать компанию, стал жевать кусок жареного мяса, запивая его какой-то травяной настойкой. Меня буквально разрывало на части от накопившихся вопросов, но я почему-то боялся начать разговор. Лаэр и Ингур соблюдали субординацию и дожидались, когда первым заговорю я. В столовой воцарилась неловкая тишина, и я решился наконец задать вопросы, ответы на которые меня откровенно пугали.
– Лаэр, у тебя потери большие? – задал я первый вопрос гвельфу.
– Убитых тридцать два и сорок шесть раненых, – нахмурившись, ответил князь.
– Брат, а у тебя как обстоят дела?
– Убиты двадцать два воина из моего отряда и ещё одиннадцать у Нолана. Раненых пятьдесят четыре, но все выживут.
– Лаэр, у тебя есть какие-нибудь данные разведки?
– Утром прискакал гонец от Нолана. Его люди сумели выбраться из долины через восточный проход, но сразу за защитным куполом натолкнулись на целые горы горелого человеческого мяса. Разведчики не решились идти по трупам из-за чудовищного смрада и вернулись. Я отдал приказ своим воинам попытаться пройти через завал на старой дороге, выходящей к болоту. Правда, там сам чёрт ногу сломит, но, возможно, разведчикам удастся спуститься вниз на верёвках, однако, даже если всё сложится удачно, они вернутся в лучшем случае только через три дня.
– Лаура, как ты себя чувствуешь? Тебе нужна моя помощь? – спросил я девушку, которая заботливо подкладывала в тарелку Ингура самые лучшие куски.
– Дядя Ингар, я полностью здорова. Просто я слишком устала, когда применила магию против чинсу, а теперь со мной всё в порядке. Прикажите лучше Ингуру пару дней полежать, а то его уже ветром шатает. Я боюсь, что у него рана снова может открыться.
– Лаура, прекрати! – возмутился брат. – Некогда мне лежать, дел по горло! Окончательно разберёмся с чинсу, вот тогда и будешь меня тиранить.
Лаура, услышав эти слова, буквально задохнулась от возмущения, но я сразу пресёк развитие семейного скандала:
– Хватит ругаться, как дети! Все разборки вечером и наедине! Я толком не знаю, что вокруг творится, а вы здесь склоку устроили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
