попытки собрала в аккуратный хвостик, Захар начистил мне сапоги, хотя как по мне, они и без того блестели, а также подготовила свой доклад и собрала все бумаги.
- Вы сегодня затмите там всех! – заметил денщик, стряхивая с моего мундира последние пылинки.
Я подняла левой рукой свертки со своими результатами труда и, перекрестившись, вышла за дверь.
Агафья привычно пристроилась рядом.
ГЛАВА 5, В КОТОРОЙ Я ПРОХОЖУ ЕЩЕ ОДИН КОНКУРС
Сегодня мы выступали в зале большом (хотя я подозреваю, что в недрах дворца скрывались залы и побольше). Большой зал поражал воображение еще сильнее, нежели зал малый. Несколько куполообразных сводов, поддерживаемых расписными колоннами, огромные стрельчатые окна, часть из них была украшена витражами. Стены были украшены росписью, лепниной и мозаичными полотнами. В высоты потолков на нас смотрели пухлые голые купидончики, натягивающие луки среди кучерявых облаков. В целом обстановка была не слишком строгой.
Нас разместили на возвышении, с которого вели несколько ступенек, украшенных красной ковровой дорожкой. Поодаль стоял стол, на котором разместили Государя и его ближайших прихлебателей, то есть советников. Впрочем, кушанья еще не подали, и на столе стояла только вычурная посуда.
Придворные, которым не повезло отобедать с Государем, толпились на сей раз сильно вдалеке, отделенные низенькими заграждениями. Они толпились, вытягивали шеи, чтобы им было лучше видно и переговаривались, отчего в большом зале стоял постоянный равномерный гул.
Девицы на сей раз сопровождались слугами. Те тащили огромные свертки (скорее всего с коврами), иногда один сверток несли сразу несколько человек. Правда, были и такие как я, самостоятельно держащие небольшие тубусы или таинственно закрытые картины.
За Луизой двое слуг внесли огромный сверток. Она села на отведенное ей место, сверток поставили вертикально, и один слуга остался его придерживать, а второй встал рядом с девушкой. Если бы он достал веер и принялся ее обмахивать, я бы не удивилась, но он просто встал рядом.
За Ольгой никто ничего не нес. Она скромно держала в руках небольшую корзинку, накрытую вышитой салфеткой, на возвышение поднялась сама, села, расправив юбку и помахала мне ладошкой. Я в ответ помахала и ей и Луизе. Нескольким девчонкам озорно подмигнула, и они не стали опускать глаз.
Евдокию сопровождали те же люди, которых я видела в нашу первую встречу (я про себя порадовалась, что с ними все в порядке). Правда, кучер заметно хромал, мужчины выглядели немного помятыми, к тому же лицо одному подсвечивал здоровенный фингал. Один из них потянул второго за рукав, они посмотрели в мою сторону и первый что-то произнес. Евдокия что-то негромко сказала, и они отвернулись. Служанка принялась устраивать свою госпожу и сопровождающую ее пожилую матрону, а слуги продолжали держать свернутый и явно тяжелый рулон на весу. Даже когда все началось, поставить ношу им никто не позволил.
Остальные девушки оказались не настолько эксцентричными и со слугами обходились весьма любезно. Сами девушки вырядились со всей тщательностью. Прически были причудливы, платья нарядны, а уж косметики и парфюмерии не пожалела ни одна. Я опять почувствовала себя чертополохом, невесть как оказавшимся в цветнике.
Девицы вели себя весьма шумно: шуршали платья, шелестели веера, переговаривались со слугами и друг с другом. Также шумело людское море за ограждениями.
Наконец, Государь быстрым шагом вошел в зал. На сей раз он не сразу проследовал к своему месту, а задержался возле нас.
- Приветствую вас, девочки. Вы такие сегодня красивые. Желаю вам всем победы, ведь вы все ее достойны.
Он одарил нас воздушным поцелуем и наши сердца наполнились любовью. Мое так точно. Все же он такой добрый и милый. Желает всем нам победы, хотя прекрасно знает, что не все ее получат.
Государь обвел взглядом нас и остальной зал, и шум мгновенно смолк.
Выступали мы опять в том же порядке, что и до этого.
Я не могла отвести взгляда от стола, где сидел Государь. Вот он позволил налить вина в бокал и непринужденно отпил. Поставил, сосредоточился на тарелке, куда расторопный слуга уже положил жареных перепелов. Государь лениво куснул нежное мясо и вновь поднял глаза на импровизированную сцену, которую подготовили для участниц.
Слуга очередной претендентки как раз развернул ковер. Ткала его явно не сама девушка, ибо ковер был огромным, и к заданной теме имел отношение весьма посредственное. На нем были изображены какие-то круги, извилистые линии и квадраты весьма психоделических цветов. Через несколько минут созерцания этого шедевра я почувствовала, что меня укачивает. Государя, судя по всему, тоже.
- И вы сами это сделали? – уточнил Государь, вновь приложившись к бокалу.
- Этот ковер был выполнен в мастерских, принадлежащих моей семье, – высокомерно объявила барышня. – обратите внимание на технику окрашивания и прядения. Ковер мягкий. На него не страшно ступить босой ногой, настолько он мягок.
- Позвольте, я пощупаю?
Государь в самом деле соскочил, и, не смотря на приятную полноту, легко вскочил на возвышение и начал щупать ковер.
- Ммм… какой он мягкий. Но весьма увесистый сверток.
Претендентка расцвела и явно мысленно уже примерила корону. Но Государь еще пару раз проведя рукой по ковру добавил:
- Правда, не вижу здесь ничего о нашей Великой, не побоюсь этого слова, стране. Это какие-то кружки и квадраты. Чтобы увидеть здесь нашу страну я даже не знаю, что надо употреблять. Боюсь, мне даже трехдневный прием послов не поможет.
Девушка задохнулась, а после разразилась гневной тирадой о важности абстрактного мышления, и что в этих символах как раз скрыто величие Родины.
- Ну, не знааааю… - капризно протянул Государь, - хотелось бы величие Родины высказывать как-то более величественно, а не через непонятных червяков странных оттенков.
- Простите, Государь, – наконец сообразила склониться в поклоне девица, - я позабочусь о том, чтобы виновные в создании неугодного вам шедевра понесли сообразное наказание.
- Ай, не стоит, - Государь махнул рукой и отчески потрепал девицу по щеке, - откуда же твоим работникам было знать об условиях конкурса? Это же тайна.
Девица сошла с помоста красная, как спелая клубника. Расторопные слуги несли отвергнутый ковер, но на этих неудачников уже никто не смотрел.
Следующая претендентка демонстрировала собственноручно написанную картину. Картина была неплоха. Точно в разы лучше, чем смогла бы изобразить я.
- Не такая уж и большая, - заметил Государь, вновь придирчиво изучая результат трудов девушки. Для этого ему пришлось наклониться и явить подданным обтянутый бархатными штанами зад. Картину, конечно, поставили на подставку, но первое
