мы думали, что внутри хранятся великие секреты основателя. А оказалось, что самым большим секретом были сами барьеры. Он оставил нам величайший урок — никогда не переставать учиться и совершенствоваться.
Глава секты повернулся ко мне, его лицо стало серьезным.
— Джин, ты доказал, что достоин не только уважения нашей секты, но и полного доверия. Ты сделал то, что считалось невозможным, и открыл нам глаза на многие вещи.
Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся практиков. Все они кивали, соглашаясь с его словами.
— Поэтому я говорю от имени всего «Небесного Занавеса», — продолжил мужчина торжественно. — Мы готовы следовать за тобой, Джин. Мы поддержим твой альянс против Ацтлана всеми силами нашей секты. Я дал свое слово.
Его слова были встречены одобрительными возгласами. Я чувствовал, как волна облегчения и гордости накрывает меня. Последняя великая секта региона присоединилась к борьбе. Теперь у нас появился реальный шанс противостоять угрозе демонической секты.
— Спасибо, — сказал я, склонив голову в знак уважения. — Ваша поддержка бесценна. Вместе мы сможем положить конец тирании Ацтлана.
— Отдохни сейчас, Джин. А завтра мы начнем готовиться к грядущей битве. У нас много работы впереди.
* * *
После объединения великих сект региона, земли, некогда разделенные незримыми границами, превратились в единый фронт против общего врага. Воздух звенел от напряжения Ци, но это была не агрессивная энергия противостояния, а мощь объединенных сил, готовых дать отпор демонической угрозе.
«Небесный Занавес» открыл свои древние библиотеки, делясь тайными знаниями о формациях и барьерах. Мастера «Разрушительного Копья» проводили совместные тренировки с воинами «Небесного Тарана», оттачивая боевые техники до совершенства. «Алые Лепестки» предоставили свои редчайшие эликсиры, способные многократно усилить духовную мощь практиков.
В горных ущельях, где раньше скрывались последователи Ацтлана, теперь развевались знамена объединенных сил. На равнинах, некогда залитых кровью междоусобных войн, раскинулись лагеря, в которых практики разных школ готовились к решающей битве.
Леса, окружающие земли «Небесного Занавеса», наполнились гулом энергии — здесь устанавливали сложнейшие системы барьеров, призванные не только защитить от возможных атак, но и ослабить влияние демонической Ци на регион.
Даже в самых отдаленных уголках чувствовались перемены. Маленькие деревушки, ранее страдавшие от набегов демонических практиков, теперь находились под защитой объединенных отрядов. Местные жители с изумлением наблюдали, как ученики разных сект вместе восстанавливали разрушенные дома и лечили раненых.
Однако не все шло гладко. Века соперничества и недоверия не могли исчезнуть в одночасье. Случались споры и конфликты, особенно между старшими практиками, привыкшими к старым порядкам. Но каждый раз, когда казалось, что союз вот-вот распадется, появлялся Джин, своим присутствием напоминая всем о важности их общей цели.
Спустя месяц после объединения сект, когда первые лучи рассвета окрасили небо, на вершине горы собрались лучшие практики всех четырех великих сект. Их было немного, всего около полусотни, но каждый обладал силой, способной сровнять с землей небольшой город.
Площадка на вершине горы была выбрана неслучайно. Здесь, на высоте, где воздух был чист от мирской суеты, духовная энергия концентрировалась особенно сильно. Древние камни, образующие круг в центре площадки, были испещрены символами, чье значение было утеряно века назад.
Практики расположились полукругом, оставив центр свободным. Их одеяния развевались на ветру, а глаза светились внутренней силой. Здесь были суровые воины «Разрушительного Копья» с их массивным оружием, изящные мастера «Алых Лепестков» в развевающихся алых одеждах, сосредоточенные ученые «Небесного Занавеса» с древними свитками в руках и крепкие бойцы «Небесного Тарана», чьи тела, казалось, были высечены из самой горы.
Внезапно воздух задрожал от напряжения Ци, и в центре круга появились четыре фигуры — главы великих сект. Их появление было встречено почтительным молчанием.
Рохан, лидер «Разрушительного Копья», выступил первым. Его массивная фигура излучала силу и уверенность, но когда он поднял правую руку, все увидели, что она полностью металлическая. Сложный механизм из сверкающего сплава заменял плоть и кость от плеча до кончиков пальцев.
— Вот что оставил мне Кан в напоминание о нашей последней встрече, — проговорил Рохан, сжимая и разжимая металлический кулак. — Но он не знал, что, отняв мою руку, он лишь заставил меня стать сильнее.
Следующим шагнул вперед Мирул, глава «Небесного Занавеса». Его спокойное лицо не выражало эмоций, но когда он распахнул свои одежды, у многих перехватило дыхание. В груди Мирула зияла огромная дыра, удерживаемая лишь мерцающими барьерами. Сквозь прозрачную энергетическую пленку были видны искусственные легкие, ритмично поднимающиеся и опускающиеся.
— Кан думал, что лишив меня легких, он сломит мой дух, — тихо произнес Мирул. — Но он забыл, что истинная сила «Небесного Занавеса» не в плоти, а в знаниях и воле.
Затем вперед вышел глава «Алых Лепестков», Аарон. Его появление вызвало легкий шепот восхищения среди собравшихся. Аарон был воплощением изысканности и грации. Его длинные серебристые волосы были уложены в сложную прическу, украшенную кристаллами, преломляющими свет. Одежды из тончайшей ткани переливались всеми оттенками красного, создавая иллюзию, будто глава секты окутан лепестками роз, а на глазах была повязка из лучшего шелка.
Однако когда мужчина заговорил, его голос был полон скрытой боли.
— Кан нанес мне удар, который изменил мою жизнь навсегда.
С этими словами Аарон поднял руку к глазам и легким движением снял повязку. Под ней оказались пустые глазницы, затянутые тонкой пленкой энергии.
— Он лишил меня зрения, — продолжил Аарон. — Для главы секты, славящейся своей красотой и изяществом, это было страшным ударом. Но мы нашли способ превратить эту слабость в силу. Теперь я вижу мир через потоки Ци, различая то, что недоступно обычному взору.
Последним выступил вперед глава «Небесного Тарана». Его массивная фигура казалась высеченной из цельного куска гранита. Глубокий шрам пересекал его лицо от виска до подбородка, придавая ему еще более суровый вид.
— Кан пытался сломить меня, — прогремел мужчина, его голос был подобен раскату грома. — Он думал, что уничтожив мою печень, источник Ци Дерева, он ослабит мою связь с природными энергиями.
Глава секты расстегнул свои доспехи, обнажая пояс, его тело было испещрено сложной сетью татуировок. Там, где должна была находиться печень, сиял небольшой кристалл, пульсирующий зеленоватым светом.
— Но мы создали артефакт, способный заменить утраченный орган, — продолжил мужчина. — И теперь моя связь с силами природы стала еще крепче, чем прежде.
Четыре главы стояли в центре круга, каждый со своими шрамами и потерями, но в их глазах горела решимость и непоколебимая воля. Они повернулись как один, обращая свои взгляды к пятой фигуре, стоящей
