Участковый берет аппарат и нажимает проиграть. Его лицо вытягивается, и мужчина смотрит то на экран, то на меня.
- Очуметь! Я вижу вы вообще в невменяемом состоянии. А кто снимал?
- Супруг Ульяны.
- Встречал я извращенцев, но чтобы вот таких? – продолжает охать участковый. – Нет слов. Вызову в участок ваших Корольковых, будем разбираться. За распространение порнографии можно ведь и срок получить, в нашей стране с этим строго.
- Вот и займитесь работой, а не пытайтесь обсмеять реальные проблемы. Данные вещи порочат мою репутацию и имя, и я требую наказать виновных.
- Накажем, разберемся и накажем, - на этот раз мужчина не глумится и не шутит, похоже, только сейчас он понимает, что мое заявление и Лилии - не попытка оболгать святых Корольковых, а истина.
- Ну и вляпались же вы! Очевидно, что дело в алкоголе, вот до чего доводят безудержные возлияния, - включает моралиста. Хотелось бы огрызнуться, но он прав.
- Не могу не согласиться, поэтому и не обвиняю в случившемся Ульяну Королькову, мое требование наказать этих людей продиктовано только одним – их угрозами распространить случившееся в сети, и получить за это деньги. На шантаж я не намерен поддаваться.
- Это вы верно. Редко получается откупиться деньгами от подобного, после первого вымогательства случится и второе, - кивает мужчина.
Из кабинета я выхожу одухотворенный, почему-то кажется, что на этот раз дело двинется и от моей жалобы будет эффект.
Сажусь в автомобиль и набираю риелтора.
- Здравствуйте, сделку оформим завтра, не переживайте, ребята на сто процентов довольны вашей квартирой и не откажутся от покупки, - уверяет мужчина.
- Отлично, только я по другому вопросу. Сейчас сброшу фотографии и месторасположение загородного дома, выставите и его на продажу.
- Ничего себе, и дом решили продать? – искренне удивляется.
- Да, можете ставить десятипроцентную скидку сразу, тоже срочно, - отвечаю риелтору.
- Договорились, жду информацию, - соглашается и мы прощаемся.
Отрубать – так все и сразу. Ни квартира, ни частный дом, купленные и отремонтированные с такой любовью и душой, больше не нужны нам с Лилей. Если я хочу вернуть жену – должен оставить прошлое в прошлом, включая недвижимость, соседей, и людей, которые будут напоминать жене о случившемся.
Глава 43. Лилия
Просматриваю видео и мутит от происходящего.
Секс омерзителен, но, признаться, меня немного отпускает от того, что вижу. Похоже, Рома действительно был совершенно не в себе. Я не оправдываю мужа, как такое оправдать? Но прекрасно понимаю, что супруг буквально никакой. Он настолько пьяный, что возникают сомнения, а пила ли Ульяна в ту ночь, или только подливала Роме.
Ну, как, скажите, женщина, заливающаяся наравне со здоровым мужиком, могла действовать так бодро и осознанно?
С такой уверенностью и энергичностью она наскакивает на Романа, что, ощущение, очень даже соображает и лезет на него специально. Она все рассчитала, как и спланировала секс без предохранения. Теперь не остается никаких сомнений.
Муж настолько пьян, что становится объяснимо, почему не воспользовался презервативами. Вряд ли он задумывался о подобном в момент, когда соседка так нахраписто на него присела.
Чувства и страсть, о которых рассказывала с величием Ульяна, пытаясь меня задеть, - смешны. Нет тут ничего, кроме похотливой механической случки.
А Леша? Черт, как он мог спокойно на это смотреть и снимать?
Ведь будь мужчина в своем уме – все могло сложиться иначе, он просто уволок бы свою жену спать, возможно, накостыляв при этом Роме по шее, но, увы. Сложилось так, как сложилось, и теперь вся эта грязь хлынула в наш дом.
Корольковы оба ведут беспорядочную половую жизнь, поэтому болезнь неудивительна. Неизвестно еще кто кого заразил, муж жену или наоборот, в этой трясине уже не разберешься, да и нужно ли?
Искренне плевать, что там у них, просто хочется, чтобы оставили в покое.
Слава Богу, лечение у меня проходит без проблем, и я рада, что никаких осложнений не предвидится, но вот беспечность Ульяны в ее положении – искренне не понимаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Создается впечатление, что ей все равно на ребенка, главное – выцыганить деньги с Ромы и устроить себе светлое будущее. От такой женщины можно ждать чего угодно, и малыша на пороге по итогу, и истерик, что ей должны и обязаны все вокруг, и угроз, и даже нападения.
Поразительно, но я действительно раньше не замечала в ней чего-то мерзкого - вела себя как обычная соседка, забегала на кофе-чай порой. Конечно, Ульяна периодически была слегка эксцентричной, но кто идеален?
Сейчас же, ощущение, у Ульяны совершенно снесло крышу и маниакальное преследование Ромы и попытки со мной связаться – напоминают психическое заболевание.
Ролик не удаляю, как и сообщение от соседки. Обязательно покажу участковому, как доказательство. Впрочем, теперь у меня есть информация и на Святослава Андреевича.
Из простого и обычного спокойного существования, за считанное время, все так меняется, что чувствую себя каким-то разоблачителем, у которого полный телефон компроматов на грязных и подлых людей.
Святослав Андреевич со своей наглостью не слишком-то далеко ускакал от Ульяны. Если отбросить его связи и деньги – такой же беспринципный и мерзкий человек, который в погоне за удовлетворением своих желаний не способен остановиться.
Плевать я хотела на его угрозы и дочку Анечку. Понятное дело, что слова – это слова, но теперь, имея запись с рассказами о том, как душил и убивал людей – думаю, создам ему немало проблем.
Если он считает, что в погоне за деньгами я или Рома прогнемся – плохо нас знает. За его заказ никто не собирается выслуживаться и прыгать в постель, а то, что грозит проверками – еще посмотрим кто-кого.
Компания наша каждый год проводит независимый аудит, да и мы с супругом постоянно держим руку на пульсе и следим за своими сотрудниками, чтобы те тщательно выполняли работу, налоги платим, никаких серых схем по отмыванию денег не имеем, пусть попробует сфабриковать липовые отчеты – себе же хуже сделает.
Тут, скорее, на его бизнес стоит отправить проверку, уверена, что у такого нечистоплотного мужичка найдется не одно нарушение. Не может порядочный и достойный человек так неподобающе себя вести. Святослав Андреевич продемонстрировал себя более чем во всей красе и верить в его профессионализм теперь глупо.
Сбрасываю всю информацию с телефона на ноутбук, с него на флешку и от руки пишу еще одно заявление участковому. Пусть разбираются, копошится в подобных вещах не намерена.
Если Святослав Андреевич действительно не шутил о том, в чем так легко признался, желая припугнуть, то дело мы имеем даже не с аферистом, а с убийцей.
Заканчиваю с заявлением и звоню Роману, вкратце обрисовывая ситуацию.
- Отлично, Лилия. Я уже повторно посетил участкового, твои доказательства не будут лишними. Позвонил еще Корачинскому, ты же знаешь, у него отличные связи, теперь финансовую проверку незапланированно проведут у Святослава Андреевича. Он настолько уверен в себе, что решился угрожать?
- Ты серьезно? – невольно улыбаюсь. Зная, Корачинского, не удивлюсь, что его ребята нароют все косяки, если они есть. Приятно, что Роман не пускает все на самотек, а сражается за нашу компанию и справедливость. – Надеюсь, что толстосума прижмут, премерзкий мужик, - добавляю, вспоминая предложения сексуального характера.
Вот и кажется, взрослый богатый мужик, а ведет себя как обыкновенное быдло, считающее, что ему все позволено. Гадко.
- Лиль, я сделаю все, чтобы компания досталась тебе в целости и сохранности, не сомневайся. Пожалуйста, потерпи еще немного, я во всем разберусь, обещаю, - прощается Роман.
Забираю со стола заявление, флешку, и снова еду в полицейский участок. Как бы ни было, и что бы не случилось между нами с мужем, наш бизнес – второй ребенок, и мы пахали на то, чтобы он цвел – годами. Отдавать наглому уроду и его беспринципной доченьке без боя не намерены, и даже если Святослав будет прогибать, по крайней мере укусить в ответ мы тоже сможем.
