неизвестный ли это мне, брат.
Я не носил ни усов ни бороды, в отличие от отца Владимира, да и в очках я тоже не нуждался, а он был в очках. Ну, разумеется, не только в этом были различия. Другой нос, другие надбровные дуги, глаза, форма челюсти. Чёрт! О чём я вообще думаю, что за чушь собачья?!
Я тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение.
Ох, мне надо поспать, я наверное не выспался.
Повернувшись спиной к церкви, я стремительно зашагал домой.
***
Я жил в паре километров от церкви. Зайдя домой, я сразу разделся и лёг в постель. Мне действительно ужасно захотелось спать.
Я проспал двенадцать часов подряд. Вечер, ночь и утро. Проснувшись, я чувствовал себя отлично, бодро и… Владимир, отец Владимир.
Я стремглав оделся, вышел на улицу и пошёл в церковь.
Он сидел на той же лавочке, где мы познакомились. Сегодня он не был похож на попа. Обычная мужская одежда. Потёртые джинсы, вязаный свитер, кожаная куртка.
Я подошёл и молча уставился на него. Он также молча встретил мой взгляд и я понял, что не ошибся.
– Да, да, – ответил он. – Я, если проводить аналогию с твоим счётчиком – Седьмой. Ты ведь Пятый, верно?
– Да, конечно, ну не совсем я…
Он перебил меня.
– Я знаю, Василий, я прекрасно всё знаю, поверь, я соединился гораздо раньше тебя. И знаешь что? У нас времени мало, мне скоро придётся уйти. Неделю назад пришло уведомление. Я умру послезавтра.
– Уведомление? – переспросил я.
– Да, пойдём к тебе, нам есть о чём поговорить.
По пути Владимир сказал, что надо купить продуктов. Разговор нам предстоит долгий, и мы не должны будем ни на что отвлекаться. Еда, питьё, всё должно быть между делом.
Я и не думал возражать. Я встретил не просто единомышленника, которому не надо ничего объяснять. Я, можно сказать, встретил своего коллегу, который мало того, что был в курсе всех событий, он ещё, как мне показалось, давно прошёл через всё, что мне только предстояло. Во всяком случае, он уже знал, когда закончится его жизненный путь, чего нельзя было сказать обо мне.
Мы зашли в магазин и купили две пятилитровые бутылки воды, нарезанной колбасы, сыра, и целый мешок шоколадных батончиков. Нагруженные пакетами мы быстро преодолели остаток пути и вошли в моё жилище.
– Ну что ж, Василий, не будем тратить время на пустые предисловия, – сразу начал священник. – Ты сегодня будешь больше слушать, у тебя ещё будет время поговорить. Мне ты ничего нового сообщить не сможешь, а вот я тебе да. И… как я уже сказал. Уведомление. Так я это назвал. Неделю назад во мне будто включился обратный отсчёт. Я ничего не чувствую, всё вроде как обычно, но я знаю, понимаешь, знаю что послезавтра ровно в двадцать один час тридцать семь минут и семь секунд, мой нынешний жизненный путь прекратится. Ну так что, ты согласен с моим предложением? Я говорю, а ты внимательно слушаешь?
Я кивнул.
– Хорошо, – сказал он. – Приступим.
– Что-то произошло в твоей жизни сравнительно недавно, ты был при смерти и вернулся. В момент возвращения, ты узнал про Сознание, Владельцев и счётчики, записывающие устройства, так сказать, число которым восемь штук. Ты узнал о сути Сознания, половинчатости каждой частички, она же душа, ну и обо всём прочем.
Ты помнишь все жизни, которые проживал Пятый до твоей, некоторые из них чем-то примечательны, но большинство простые, никому не нужные жизни никому не интересных людей.
Со мной произошла похожая история, но я подключился раньше чем ты. Я – Седьмой.
Передо мной стоит такая же задача, я должен донести до людей суть, они должны понять, что дальше продолжать жить, как они живут сейчас – нельзя, что развитие Сознания, которое уже разменяло шестнадцатое тысячелетие, давно идёт по ложному пути. Нам нужно найти правильный путь. Перестать вредить себе и природе.
Я думаю, что включились и остальные шесть, кто-то раньше, кто-то позже. Так или иначе, задача перед всеми нами стоит одна и та же.
Расскажи мне, Василий, как ты пытался залезть людям в голову?
Я не ожидал вопроса, поэтому ответил не сразу.
Владимир сделал нетерпеливое движение руками.
– Ну же, у нас ведь мало времени, помнишь?
– Да. То есть… конечно. Как я пробовал? Я заводил вокруг себя компании, пытался купить их расположение, но меня никто не уважал. Много раз я затрагивал тему глобального потепления, любви и единении человеческой природы. Мне даже пару раз казалось, что меня поняли. Но им ничего не интересно, они ждут лишь бесплатной выпивки и жратвы. При случае пытаются выпросить денег. В общем я не знаю что делать, как на них влиять. Они какие-то… какие-то неуправляемые.
Отец Владимир улыбнулся:
– А напрасно ты так считаешь, Вася, они как раз управляемые. Вся их жизнь просчитана и продумана. Каждый из них под контролем. Просто они живут по инерции, а толчок сделан много веков назад. Теперь всё работает самопроизвольно. Воспитание, родительские ценности, передача из поколения в поколение модели поведения, главными умениями в котором является потребление и отключение полёта фантазии. Даже если они услышат, что можно жить по-иному, они попросту не захотят ничего менять. Именно потому, что все они управляемы. Они как огромный механизм.
Я поморщился.
– Да это-то я всё понимаю, Владимир, зачем эти банальности? Я хочу сказать, что я не знаю как вклиниться в этот механизм и начать им управлять самому.
Он улыбнулся и поднял вверх указательный палец.
– А вот это и есть главный вопрос, который мы должны решить! – сказал он и продолжил свой монолог.
– Существует некий алгоритм жизнедеятельности. Он был разработан и запущен теми, кто сейчас управляет этой планетой в материальном мире. Попросту говоря это люди власти, они владеют большинством ресурсов и устанавливают правила жизни для основной массы людей.
Этот алгоритм прост. Старшее поколение передаёт привычки младшему поколению и так по цепочке. При этом разум должен всегда оставаться выключенным. План сегодня у всех простой: слушайся родителей, вырастай, живи как все, рожай детей и учи их повторять за тобой. Потом ты стареешь, и тебя хоронят твои, тоже начинающие стареть дети. Цикл замкнулся. Ты должен слушать родителей, потом ты должен работать и делать так, чтобы тебя слушали твои дети. Ты должен иметь понимание о справедливости, родине и врагах, должен верить в свою беспомощность, и что виноваты всегда другие.
Чтобы у людей не было времени на собственные мысли, для них существует множество вариантов, предложенных извне. Это телевидение и интернет, где людям показывают то, о чём они должны думать. Это религии, где людей учат тому, как надо жить, что правильно, а что нет. Это развлекательные продукты, с помощью которых отключается разум и человек испытывает мимолётное счастье.
Схема запущена
