— Выглядит хорошо, очень организованно, — заметил Николас. — Пойдем поглядим, кто здесь начальник.
У ворот стояли двое вооруженных стражей, одетых в камуфляжную форму эфиопской армии. Они явно удивились появлению у ворот странного «лендкрузера», и когда водитель посигналил, один из них подошел с автоматом «АК-47» наготове.
— Я хочу поговорить с управляющим, — произнес Николас по-арабски достаточно уверенно, чтобы сбить солдат с толку.
Солдат поворчал, потом посоветовался с товарищем и, наконец, что-то сказал по рации. Через пять минут дверь ближайшего здания распахнулась и оттуда вышел белый.
На нем были комбинезон цвета хаки и кепка. Глаза на загорелом лице закрывали зеркальные очки. Управляющий не отличался высоким ростом, но закатанные рукава открывали волосатые мускулистые руки. Переговорив с охранниками у ворот, он вышел к «тойоте».
— Да? И что здесь происходит? — произнес он с техасским выговором, растягивая слова и не вынимая изо рта недокуренной сигареты.
— Мое имя Куэнтон-Харпер. — Николас вылез из машины и протянул руку. — Николас Куэнтон-Харпер. Приятно познакомиться.
Американец заколебался, однако взял протянутую руку, словно принимая электрического угря.
— Хелм, — сказал он. — Джейк Хелм из Абилина, штат Техас. Я здесь начальник.
У Хелма были руки рабочего, с мозолями на ладонях, старым шрамом на костяшках и полумесяцами грязи под ногтями.
— Мне жаль беспокоить вас, но у меня проблемы с автомобилем. Я хотел узнать, нет ли у вас механика, который мог бы посмотреть его.
Николас широко улыбнулся, но Хелм не ответил тем же.
— Это против политики нашей компании.
— Я готов заплатить…
— Слушай, парень, я сказал: нет.
Джейк вытащил изо рта сигарету и посмотрел на нее.
— Хорошо, ваша компания — «Пегас». Не подскажете, где расположен ваш головной офис? И кто главный управляющий? — спросил Харпер.
— Я занятой человек. Вы тратите мое время.
Хелм сунул сигарету обратно в рот и явно собрался уходить. Николас продолжил:
— Мы будем охотиться в этих краях ближайшие несколько недель. Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь из ваших рабочих получил шальную пулю. Не могли бы вы сообщить, где ведутся работы?
— Я управляю геологоразведочной экспедицией, мистер. И не даю никому отчета о своих действиях. Разговор окончен.
Хелм направился к воротам, отдал приказы охранникам и вернулся в здание.
— На крыше спутниковая антенна, — заметил Николас. — Интересно, с кем наш друг Джейк беседует в настоящий момент?
— С кем-то в Техасе?
— Не обязательно, — покачал головой Николас. — Скорее всего «Пегас» — транснациональная компания. Так что из происхождения Хелма не следует, что и его босс в Техасе.
Боюсь, разговор получился не слишком удачным. — Он завел двигатель и развернул машину. — Но если в этом деле замешан кто-то из «Пегаса», он узнает мое имя. Мы оповестили их о нашем прибытии. И давай посмотрим, кого мы выгнали из кустов.
Когда они вернулись к водопаду на реке Дандера, оказалось, что грузовик Бориса уже прибыл, палатки поставили и повар приготовил им чай. Борис встретил их куда менее радушно, чем повар. Он упорно молчал, пока Николас пытался извиниться за то, что брал машину. Только после первого стакана водки русский снова вступил в разговор:
— Здесь нас должны были ждать мулы. Но для этих людей время — ничто. А мы не можем начать спускаться в ущелье без мулов.
— Что ж, пока мы ждем, у меня будет время пристрелять ружье, — ответил Николас. — В Африке никогда не стоит спешить. Это изматывает нервы.
После неторопливого завтрака на следующее утро мулы все еще не появились, и Николас вынес из палатки чехол с ружьем.
Когда он вынул оружие из складок зеленого сукна, Борис взял его и осмотрел.
— Старое ружье?
— Сделано в 1926 году, — кивнул Николас. — На заказ для моего дедушки.
— Тогда еще умели делать настоящее оружие. Не ширпотреб, массово производимый в наши дни. — Борис критически поджал губы. — Короткий «маузер оберндорф», красота! Но ему ведь меняли ствол?
— Родной совсем износился. Я заменил его подходящим стволом от «шилена». Можно отстрелить крылья москиту с сотни шагов.
— Калибр 7, 57? — уточнил Борис.
— Вообще-то 275 «ригби», — поправил его Николас, но русский только фыркнул в ответ.
— Это один и тот же патрон. Просто вы, англичане, называете его по-другому. Пуля весом 150 гран вылетит из него со скоростью 2800 футов в секунду. Хорошее ружье, одно из лучших.
— Вы даже не представляете, дорогой друг, как важна для меня ваша высокая оценка, — пробормотал Николас по-английски, и Борис, рассмеявшись, вернул ему оружие.
— Английская шутка! Обожаю английские шутки.
Когда Николас вышел из лагеря, прихватив ружье в чехле, Ройан отправилась вслед за ним к реке и помогла наполнить пару мешков белым речным песком. Положив их на подходящий камень, бывалый охотник соорудил неплохую опору для винтовки.
Решив, что из холма получится неплохая стена тира, Николас отсчитал две сотни ярдов и установил там картонную коробку, на которую прилепил мишень. Вернувшись к Ройан, ожидающей возле ружья, он пристроился за упором.
Она не ждала такого грохота от небольшого, можно сказать, «женственного» ружья. Она невольно подскочила на месте, и уши у нее слегка заложило.
— Какая ужасная, злая вещь! — воскликнула Ройан. — Как ты можешь убивать чудесных животных из такой жуткой пушки?
— Ружья, — поправил Харпер, разглядывая в бинокль мишень, чтобы понять, куда попал. — Было бы лучше, если бы я стрелял из менее мощного оружия? Или забивал их до смерти палкой?
Пуля вошла на три дюйма правее и на два ниже. Поправляя прицел, Николас продолжал объяснять:
— Этичный охотник делает все, чтобы убить как можно быстрее и безболезненнее. А для этого следует подобраться поближе и применять оружие соответствующей силы, пристрелянное наилучшим способом.
Следующий выстрел был точнее, но всего лишь на дюйм выше центра. Харперу хотелось с такого расстояния попадать на три дюйма выше. Николас продолжил возиться с прицелом.
— Ружье, винтовка — не важно… Но я не понимаю, как ты можешь намеренно убивать тварей божьих, — возразила Ройан.
— Этого я не сумею объяснить.
Николас снова прицелился и выстрелил. Несмотря на слабое увеличение линзы прицела, он мог понять, что пуля вошла ровно на три дюйма выше.
— Должно быть, это проявление атавистического инстинкта, который могут победить не многие мужчины, сколь бы цивилизованны и культурны они ни были. — Харпер выстрелил во второй раз. — Некоторые следуют инстинкту в зале собраний, другие — на поле для гольфа или теннисном корте, третьи — на рыбалке, в глубинах океана или на охоте.
