— Тебе меня не провести. — Уайн засмеялась. — Ты получаешь удовольствие от каждой минуты.
— Что правда, то правда. — Его взгляд стал невыразимо нежным. — От каждой секунды каждой минуты каждого часа каждого дня.
— А дальше, дальше! — потребовал Чик, дергая Джейка за пиджак.
— Угомонись, — потребовала Уайн. — Ты знаешь эту историю наизусть.
— А мне она тоже нравится. — Бастер сам взялся продолжать: — И вот дядя Джейк женился на тете Уайн и узнал про нас. Что тут было! Ты-то не помнишь, кроха был.
— Помню! Помню! Он: «Черт побери-и-и!», а тетя Уайн: «Не смей говорить „Черт побери-и-и!“».
Джейк безнадежно вздохнул.
— Так и поныне.
— Не нравится, — парировала Уайн, — не выражайся.
— Пустой номер.
— Да дайте же дорассказать, — пожаловался Бастер. — И потом дядя Джейк спас тебя и меня — когда мы чуть не замерзли. Потом избавил от скупой тети Марши. Потом у них появилась Трейси. Когда она родилась, они думали-думали и назвали ее в честь нашей мамы. Так?
— Примерно. — Джейк расцвел. Трехмесячная дочурка, словно им в ответ, радостно загукала. Он переложил ее на другую руку — из-под блестящих черных кудряшек на него смотрели зеленые, как весенняя листва, глазки — и легонько щелкнул по носику. — Ну, ребята, так и будем языками чесать или за-глянем на вечеринку? Помнится, там такие были десерты…
— Десерты! — хором воскликнули Чик и Бастер.
Глаза Уайн заблестели.
— Так что же мы стоим! Веди!
***— Джона, я хочу с тобой поговорить, — начала Никки.
— Я тоже. — Джона обнял девушку и притянул к себе. — Угадай, о чем?
— Как, опять?.. — Взгляд Никки скользнул ниже, на его брюки.
— А ты как думала? — Джона соблазнительно улыбнулся. — Непременно «поговорим»! — Они уже были у входа в бальный зал, и он лишь быстро поцеловал ее. — Но, боюсь, придется подождать.
— Но я…
— Терпение, любовь моя.
Джона пожал руку Рафу и представил Никки.
— Ба, мы снова встретились.
— Но при более благоприятных обстоятельствах, — ответил Раф.
— Безусловно. — Джона посмотрел на беременную Эллу и широко улыбнулся. — Вижу, вы уладили свои разногласия.
— Или добавили новые, — пошутил Раф.
— С детьми никогда толком не знаешь, — сочувственно сказал Джона. — Они меня просто пугают.
— Наверное, не тебя одного, старина, — как-то сухо ответил Раф. — Желаю хорошо провести время.
Джона взял Никки за руку и повел в зал, полный гостей.
— Позвольте вас пригласить? — Его карие глаза заискрились весельем. — Помнишь, как мы танцевали здесь в прошлый раз?
— «Танцевали»? Ты откровенно соблазнял меня.
— Что-то не припомню. — Он с невинным видом закружил Никки.
— Конечно, прошел год. — Она невольно вздохнула, когда их тела слились и стали двигаться в унисон. — Джона, мы не договорили…
— Верно, любовь моя. О чем мы тогда говорили? Ах да, нижнее белье.
— Это ты говорил о нижнем белье, а я…
— Эй, привет! — радостно крикнули им из другого конца бального круга. — Вы помните меня?!
Никки обернулась на знакомый голос.
— Вот это да! Уайн?! Уайн Соммерс?!
— Теперь Хондо.
— Помню-помню: я не знала, как искать себе мужа, и вы предложили потренироваться на… — Взгляд Никки упал на Джейка, и она стушевалась. — О, привет.
— Кажется, я понял. Она предложила потренироваться на мне? — пробурчал Джейк.
— А что тут такого? — заявила Уайн, покачивая малышку на плече. — Ты был не готов признать поражение и жениться на мне, а Никки никак не могла преодолеть свою робость. Ну ладно, кто пробовал десерты?
— Погоди, крошка-эльф, — перебил Джейк. — Кажется, леди у тебя за спиной нехорошо.
Никки заглянула за плечо Джоны и ахнула.
— Это Элла Бомонт!
— И ей пора рожать, — определила Уайн. — Надо помочь.
Они вчетвером поспешили к Элле. Стоя в дверях, она отчаянно цеплялась за дверной косяк.
— Спокойно, миссис Бомонт. — Джейк легко поднял ее на руки. — Похоже, вам надо в больницу.
— Мой муж, — выдохнула Элла. — Мне нужен Раф.
— Вам нужно срочно в больницу, — заговорила Уайн.
— Я найду вашего мужа и передам, — вызвался Джона. — Мы поедем сразу за вами. Обещаю.
— Сверкающие доспехи рыцаря вам к лицу, — Элла попыталась улыбнуться.
— Не скажу, что мне это нравится, но на подвиги меня так и тянет. — Джона взглянул на Джейка: — Отвезете ее?
— Какие вопросы! Уайн, оттаскивай мальчишек от десертов, и едем.
***— Давай побудем еще? — Никки присела в комнате ожидания. — Не хочу уезжать, не узнав, что с Эллой все в порядке.
— Миссис Бомонт — сильная женщина. — Джона поправил каштановые волосы Никки и улыбнулся. — Пожалей лучше мистера Бомонта.
— А что он сказал, ты понял?
— Кроме «rаpido», ничего. У меня с испанским всегда было туго. — Он растерянно покачал головой. — Да, не хотел бы я быть на его месте.
— Джона, послушай… — Никки сплела пальцы.
— И вы тут? — появилась Уайн. Ее изумрудные глаза сверкали от волнения. — Тоже остались? В компанию возьмете?
— Конечно, — ответил Джона. — Чем больше народу, тем веселей.
— Джона!
— Для «чем больше» могу позвать детишек, — усмехнулась Уайн, — если вы справитесь с «тем веселей». Долго, интересно, Элла будет мучиться? Я пробыла с неделю в этом родильном боксе.
Джейк прильнул к одной из свободно открывающихся дверей между комнатой ожидания и коридором.
— Похоже, недолго. Сюда идет мистер Бомонт.
— Джона… — в голосе Никки были нотки отчаяния.
Вошел улыбающийся Раф.
— Я на секунду. Пришел сказать, что у Эллы родился мальчик. Закурить не предлагаю, боюсь, жена не одобрит, но вы не представляете, как искренне я вам благодарен и признателен.
— Джона…
— Мои поздравления, — Джона протянул руку. — Мы были рады помочь.
— Дорогой…
— Тогда в путь, — сказала Уайн. — Пора укладывать наших вояк в постель. Будьте добры, пожелайте Элле от нас самого хорошего.
Раф кивнул.
— А теперь простите, меня ждут жена и сынишка.
— Джона!!! — вскричала Никки. — Я беременна, черт тебя побери!
— Тетя, нельзя говорить «черт побери», — назидательно заметил Чик.
— Я знаю, прошу прощения. — Никки испуганно смотрела на Джону. — Я… я весь вечер пытаюсь тебе сказать. Но нам все время мешают.
— Ну, тогда нам точно пора, — сказала Уайн. Она быстро обняла и поцеловала Никки. — Следи за собой и держи меня в курсе.
