class="p1">– Достану паскуду. Как пить дать достану. За всё тогда поквитаюсь. – Взгляд заскользил по улице. – Виндок бы с ним давно разобрался. Он гадёныша издали чуял.
Старый охотник неодобрительно мотнул подбородком и полез в карман за кресалом.
– И где теперь твой Виндок? – Сунув в рот самокрутку, он стал выбивать искру.
Старх сверкнул на него недовольным взглядом:
– Сказал, удавлю тварь.
Подкурив, мужик загасил трут и сунул огниво в карман.
– Людей не жалко? Что в прошлый раз сотворилось, забыл уже?
– Не готовы были! – огрызнулся Старх. – Вот и весь сказ. Теперь по уму всё обставим.
Выпустив кольцо дыма, старый охотник забрал руки под мышки и нахохлился. Какое-то время сидели молча, слушая уличную суету.
– Слушай, – нарушил затянувшуюся паузу собеседник, – а ведь, правда, чего тебе за нужда до сына Мордока?
– Это наше с Виндоком старое дело.
– С Виндоком, – отмахнулся мужик. – У того своя придурь в башке была. Сначала с Магнусом никак не уживался. Ему, видишь ли, обидно было, что Ландлоу сразу после смерти Остина на его место выскочку Мордока поставил да шибко нахваливать начал. Всё цеплялся, пока тот в сторону не отошёл. Потом… да все помнят, что потом было. – Он в задумчивости сделал пару затяжек и снял кончиком мизинца пепел. – Как по мне, ты просто вбил себе в голову чужую идею. Жили бы себе спокойно, соображай ты своим умом да по совести. Не первый год наша тайга под твоим приглядом. Отряд держал, любого приструнить мог. Свои как один все – молча слушали да в рот заглядывали. А теперь что? Дождался. Сами поуходили. Посмотри, кто с тобой остался.
Старх скрипнул зубами.
– Самые надёжные.
– Ну-ну, – ухмыльнулся мужик. – Самые надёжные. Сказал бы лучше, самые безмозглые. Упёртые до того, что зараз их в этой упёртости не перешибёшь. Ладно, – поднялся он. – Тебе лучше знать. Чего я со своими советами.
Втоптав дотлевающую самокрутку в сырую землю, старый охотник одёрнул полушубок.
– Бог даст, покончите с делом, – махнул он рукой и, припадая на правую ногу, побрёл через двор.
– Погоди! – крикнул вдогонку Старх. Мужик обернулся. – Ты-то с нами?
– Да куда мне против зверя. – Хлопнув ладонью по калеченному бедру, он заквохтал от смеха. – Разве что воробьёв пощёлкать.
***
После греющей сердце новости Келиб совсем перестал отходить от Найдёны. Не раз вспоминал о подарке Наринги – сосновом обереге, вобравшем знания древнего мира. Повесить бы милой на шею. Всё меньше тревог.
Теперь они всюду ходили вместе. Вот и сегодня с утра вдвоём отправились в лавку на соседнюю улицу. Не успела Найдёна взяться за дверное кольцо, как дверь распахнулась, выпуская на девушку лохматое чудовище.
Вскрикнув, она отшатнулась, налетев на стоящего позади Келиба.
Парень в тёмной косматой шубе обнажил зубы в неприятной улыбке.
– Чего она у тебя такая пугливая? – насмешливо глянул он на Мордока.
– Да тварь её знает, – хохотнул его товарищ, следом выходящий из лавки.
– А-а… ну да, ну да. Её ж такую уже из леса приволокли. Эй, Мордок, чего она там видала, не рассказывала? Что за страсть такую невиданную, что аж язык у бедной отнялся?
– Шли… бы… вы, – выдавил закипающий Келиб и до побелевших костяшек сжал рукоятку клюки.
– С братком поближе познакомил? – не унимались хохмачи. – Привет передать? Сегодня за ним собираемся.
Заржав, оба красноречиво подёргали пересекающие плечи ружейные ремни.
Найдёна беспокойно посмотрела на Келиба.
«О чём они?» – говорили её глаза.
– Мордоки тебе ничего не сказали, да? – Парень в лохматой шубе на шаг приблизился к парочке. Масляный взгляд беззастенчиво ощупал бледное лицо девушки. – Даже странно. Всё село знает, что Ланс Мордок – оборотень. А ты до сих пор живёшь в неведении. – Он глянул на Келиба. – Так ты бы ей объяснил. Может, это он её в лесу того… напугал.
В горле у Келиба клокотнуло.
– Хватит! – На охотников полыхнули тонкие месяцы глаз. – Не лезьте к ней! Ушёл Ланс. Давно уже ушёл. Она его даже не видела никогда!
– Само собой, – перестал улыбаться парень. – Она видела зверя. – Он глянул на девушку, которая испуганно смотрела на всех троих, и дёрнул щекой. – Погоди, ещё узнаешь, в какую семейку попала.
Он отступил, мотнул головой приятелю, и, обойдя молодых людей, оба направились к телеге.
Найдёна подняла на Келиба настороженные глаза. Он постоял, напряжённо кусая губу, и аккуратно взял девушку за руки.
– Прости. Давно уже надо было сказать.
Не сводя взгляда с его расстроенного лица, она покачала головой и позволила себя обнять. Робко приложила ладонь к груди Мордока, где билось здоровое сильное сердце, и тихонько вздохнула.
Глава 46
Ночной лес наполнен страхом и отчаяньем. Ночной лес его привычная стихия. Там, где рвущийся из глотки лай переходит в низкий угрожающий вой, его новая земля.
Он сошёл с пригорка. Остановился. Прислушался к сизому мраку. В вышине над головой шумел сухими осенними кронами ветер. В плеске за голым кустарником угадывалась река.
Ланс спустился к берегу, глянул на полную луну. Чуть постоял, напитываясь могучей силой и острым желанием, и присел между камнями. Зачерпнув полную пригоршню воды, погрузил лицо в ладони, наслаждаясь тем, как ледяная свежесть остужает разгорячённую кожу. И вскинул голову.
В кустах зашевелился ветер. Беспокойный шёпот заметался среди голых стволов. Предупреждая – Они рядом.
Ланс покинул берег, взбежал на пригорок и повернулся к Грейстоуну. Впереди – собачий лай, позади – призывающий вой.
Мордок сошёл с тропы и отступил в лес. За деревьями вспыхнули пятна огней, разметав покрывшие землю тени. Ещё немного, и охотники обложат со всех сторон. Пойдут сужать круг, подбираясь всё ближе.
Он сам им позволил. Он их узнал. Учуял нутром. Тех, других, лживых и жестоких. Тех, что в своих первобытных фантазиях и диком угаре не остановятся ни перед чем.
Он попятился, отступая под укрытие густых тёмных зарослей. Но так, чтобы его не потеряли.
И кто-то его заметил, закричал, передавая клич дальше. По лесу пробежала тревожная дрожь. Волчий нюх уловил запах гари.
Уже близко.
Напитанный злобой и жаждой возмездия, Ланс дёрнулся, подобрался и бросился прочь. Он убегал от преследователей. Убегал от тех, кого люто ненавидел своим горячим звериным сердцем. От тех, кого и людьми-то нельзя назвать. Люди-хищники, утопающие в животном желании загнать и растерзать зверя-человека.
Впереди показался широкий лог. Там, за ним, уже территория серых бесов. Оттолкнувшись от края, Ланс вытянул тело и в обороте приземлился с другой стороны оврага. Мощные лапы погрузились в слежавшийся снег.
Зверь задержался на миг. Оглянулся. Факельное пламя мерцало
