Когда всадники приблизились к лачуге, из нее с хриплым лаем вылетел косматый пес, Пение оборвалось, и прежде чем Ченс и Дженна успели опомниться, град пуль выбил фонтаны пыли у самых копыт лошадей.
Испуганные животные порывались бежать. Ченс огляделся.
— Скорее за те камни!
Прежде чем Дженна последовала его приказу, Ченс сдернул ее с седла и потащил за собой, используя лошадей как прикрытие. Пули Уитмена почти настигали их, но не прошло и минуты, как Ченс и Дженна оказались за нагромождением камней и успокоили лошадей.
— Только суньтесь сюда — и следующая пуля будет вашей! — заорал Уитмен.
Ченс прислонился к камням, тяжело дыша.
— Какого черта Патерсон не предупредил нас о такой встрече? — С беспокойством он взглянул Дженне в глаза. — Вам незачем было увязываться за мной — видите, вам здесь никто не рад.
Дженна вяло кивнула, не желая возражать. Внезапно она увидела кровь на рукаве Ченса, и у нее упало сердце.
— Ченс, вы ранены!
Он оглядел руку.
— Знаю. Но рана не опасна.
Кровь струилась из раны на плече, пропитывая рукав рубашки до самой манжеты.
— Может, вы правы, но кровь надо остановить.
Дженна решительно взялась за дело. Ченс молча смотрел, как его спутница отрывает полосу ткани от нижней юбки.
Услышав насмешливое восклицание Ченса, Дженна резко вскинула голову.
— Что вас так забавляет?
— Мне казалось, что богатая наследница вроде вас ни за что не решится рвать юбки — а тем более для такой неприглядной цели.
Несмотря ни на что Дженна усмехнулась, узнав, что думает о ней Ченс.
— Были бы деньги, и на них можно купить сколько угодно юбок, Ченс. А теперь давайте я перевяжу вас.
Она оторвала рукав его рубашки, обнажив рваную, безобразную рану на мускулистой руке. Свернув полосу ткани и положив на рану, Дженна привязала ее осторожно, но крепко — с помощью еще двух широких полос, оторванных от юбки.
Работая, Дженна ощущала взгляд Ченса на своем лице. Этот пристальный взгляд заставил ее почувствовать тепло кожи Ченса под своими пальцами. Возбуждение распространилось по всему телу Дженны, как искры взлетают от костра под порывом ветра. Блеск в глазах Ченса вызвал у Дженны мысль о том, что вряд ли она одинока в своих чувствах — возможно, Ченс испытывал что-то подобное.
— Эй, вы, двое! — закричал из хижины Уитмен. — Лучше не пытайтесь сунуться сюда! Говорите, что вам здесь надо, и я, может быть, отпущу вас живыми!
Ченс поднял голову, чтобы его голос слышался лучше из-за нагромождения камней.
— Меня зовут Ченс Кайлин, Уитмен! Мы не замышляем ничего плохого. Я новый инженер Биттеррутской железнодорожной компании и приехал сюда, чтобы поговорить о клочке земли, без которого нам не обойтись.
Еще три пули вылетели из окна хижины и врезались в кучу камней неподалеку от Ченса и Дженны, обдавая их пылью и песком.
— Никуда я отсюда не сдвинусь, и точка! — закричал в ответ Уитмен. — Эта земля принадлежит мне по закону, и я не желаю, чтобы по ней ходили ваши чертовы поезда! Здесь тянется материнская жила, так что убирайтесь со своей дорогой в другое место!
— Твои требования незаконны, Уитмен, и ты знаешь об этом! — громогласно возразил Ченс. — Не вынуждай меня привозить сюда шерифа с ордером на твой арест!
Ответа не последовало, выстрелов тоже.
— Может, у него кончились патроны? — спросила Дженна.
— Сомневаюсь. Скорее всего, он пытается обойти нас с тыла. Надо проверить. Может, удастся застать его врасплох и вынудить бросить оружие.
Ченс огляделся, выискивая подходящее прикрытие, которое помогло бы ему пробраться к задней двери хижины, не рискуя получить пулю.
Дженна удержала его за руку.
— Нет, Ченс, незачем так рисковать. Он может убить вас. И кроме того, — не задумываясь, продолжала она, — если вы погибнете, мне придется разбираться с Уитменом самой.
Ченс усмехнулся.
— Теперь понимаю, зачем я вам понадобился: вам был нужен человек, который бы воевал за вас. Не беспокойтесь, я постараюсь не особенно рисковать — умирать меня пока не тянет.
Затаив дыхание, Дженна смотрела, как ее спутник петляет между деревьями. Уитмен заметил Ченса и дал пару выстрелов, но Ченс уже скрылся из виду среди густых кустов. У Дженны заколотилось сердце: Уитмен понял, что Кайлин обходит его дом сзади! Что, если он устроит засаду?
Минуты тянулись бесконечно. Вокруг стояла тишина. Внезапно внимание Дженны привлек резкий скрип — словно в доме открылась дверь. Неужели Уитмен отважился выйти через дверь, прямо к ней? Может, это очередная уловка?
Припав к земле, Дженна осторожно выглянула из-за камней. Нет, никакой уловки — Уитмен поспешно направлялся к лошадям.
Жеребец шарахнулся в сторону, но Уитмен сумел схватить поводья Тиа. Разъярившись при виде этого, Дженна выхватила револьвер. Никогда прежде она не стреляла в человека и сейчас хотела не убить Уитмена, а только припугнуть его. Но что будет, если ей придется стрелять? И если вместо Уитмена она ранит Тиа?
Ченс выскочил из-за угла хижины и дал два предупреждающих выстрела над головой Уитмена, но старик уже гнал кобылу между деревьев, к склону горы, напоминающей седло, — это был второй и последний выход из каньона.
Дженна бросилась к Ченсу.
— Он спятил! Мы хотели только поговорить с ним!
— Странно он себя ведет, особенно если заявляет, что по закону имеет права на этот участок. Я поеду за ним посмотрю, способен ли он поговорить спокойно, или, по крайней мере, верну лошадь.
Ченс вскочил в седло своего коня и вскоре скрылся между деревьями.
Дженна побежала к хижине, откуда было лучше видно тропу в гору. Она молилась только об одном, — чтобы Ченс не погиб. Ей удалось заметить, что жеребец с трудом настигает длинноногую и легкую Тиа. Дженна в ярости закусила губу, заметив, что Уитмен бьет лошадь сухой, мозолистой, корявой, как ветка дерева, рукой. Не задумываясь о последствиях подобного поступка, Дженна принялась карабкаться по каменистому склону, решив, что, если ей представится случай выстрелить в Уитмена, она ре не станет колебаться.
Уитмен вынырнул из-за деревьев и направился напрямик по склону, по-видимому, желая срезать путь через вершину горы.
Дженна прицелилась и выстрелила. Пуля пролетела далеко от Уитмена, но все-таки достаточно близко, чтобы напугать его. Он сильнее пришпорил Тиа, но кобыла заупрямилась. Она не привыкла к такому обращению, звукам выстрелов, неровным тропам. Лошадь отказывалась пробираться по острым камням. Уитмен колотил Тиа до тех пор, пока ее пронзительный крик страха и боли не отдался эхом по всему каньону. Сердце Дженны разрывалось от жалости к животному. Мисс Ли знала, что сама она сумела бы направить Тиа через любое препятствие — но мягкостью, а не жестокостью.
