Она замолчала, чтобы перевести дух, и Люсьен некоторое время в полной тишине созерцал ее тронутые нежным румянцем щеки и сверкающие голубые глаза. Потом, не удержавшись, коснулся ее овального, с крохотной ямочкой подбородка.
– Зачем ты сюда приехал? – неожиданно спросила Адриенна.
– Что? – удивился Люсьен.
– Провожая нас в Эйншем, ты и так потратил уйму времени, что, конечно же, не способствовало выполнению возложенной на тебя миссии. И я не могу взять в толк, почему ты принял приглашение дедушки и согласился провести в Эйншеме несколько дней.
– Ну… я… – Люсьен нахмурился, пытаясь придумать мало-мальски правдоподобный ответ.
– Связано ли это каким-то образом с выполнением данного тобой обета? – продолжала наседать на рыцаря Адриенна. – Уж не гоняешься ли ты за какой-нибудь девушкой? Коль скоро ты остался в Эйншеме, она, должно быть, живет поблизости – в Коксе или Видденхэме. Или это замужняя женщина? Кто в таком случае ее муж?
– Господи, нет у меня здесь знакомых женщин – кроме тебя и Лотти, конечно!
– Тогда я решительно не понимаю, зачем ты остался в замке.
– Из-за тебя! – вскричал Люсьен, обнимая девушку за плечи. – Неужели не понимаешь?
Люсьен не лгал. Адриенна оказалась для него своего рода ключом, который помог ему отпереть ворота Эйншема. Кроме того, она притягивала его к себе словно магнитом. Что бы он там ни думал, расстаться с ней ему было бы тяжело. Он хотел ее так сильно, как не хотел еще ни одной женщины в своей жизни.
Люсьен привлек девушку к себе и обхватил ее лицо ладонями. Теперь она не могла от него отвернуться и вынуждена была смотреть ему прямо в глаза. Он наклонился и прильнул к ее губам в страстном поцелуе.
Адриенна почувствовала слабость в ногах, по спине побежали мурашки. Казалось, еще немного – и она, как это уже бывало не раз, отдастся на милость Люсьена. В последний момент, однако, она нашла в себе силы вырваться из его объятий и отступила на шаг.
– Ты лжешь, сэр! – воскликнула девушка, проведя языком по припухшим от поцелуя губам. – Ты дал мне понять, что я нисколько тебя не интересую – по крайней мере в качестве благородной леди. Заявил, что, знай ты о моей невинности, ты бы и пальцем ко мне не притронулся. Тебе нужна была простушка для удовлетворения своей похоти – вот и все!
– Мало ли что я говорил! Ты тоже притворилась крестьянкой. Как бы то ии было, я тебя не принуждал, ты сама согласилась лечь со мной.
Люсьен снова заключил девушку в объятия. На этот раз его поцелуй был просто обжигающим. Но поцелуем он не ограничился. Привлек ее к себе и стал тереться своей возбужденной плотью о ее живот.
Одновременно своими ловкими пальцами он стал распускать шнурки у нее на платье, стянул его с плеч и обнажил грудь. Затем обхватил губами ее твердые, как лесные орешки, соски: сначала один, потом второй. При этом левая рука Люсьена задрала на Адриенне юбки и скользнула к ее увлажнившейся промежности. Однако, прежде чем пальцы Люсьена успели раздвинуть нежные складки кожи у нее между ног, Адриенна вскрикнула и сделала новую отчаянную попытку вырваться из его объятий, что, надо сказать, ей почти удалось.
Тяжело дыша, Люсьен думал о том, что если она не пустит его жезл в свое лоно, сперма прольется прямо ей на платье и он опозорится. Какая жалость, что он не может сделать ее своей любовницей! Но она, как благородная леди, думала исключительно о браке, и с этим ничего нельзя было поделать.
Словно угадав его мысли, Адриенна заговорила:
– Да, я не крестьянка, не крепостная девушка, с которой можно обращаться как с бессловесным животным. Я – леди, дочь благородных родителей, и у меня, как и у тебя, есть чувство долга. Так вот, мой долг велит мне подчиняться Озрику, моему опекуну и благодетелю, Озрик же намерен выдать меня замуж, причем в самое ближайшее время. – Она перевела дух и, с надеждой взглянув на Люсьена, спросила: – Теперь ты понимаешь?
– Но что?.. Что я должен понять?
– Чтоб тебя черти взяли! – закричала Адриенна, дивясь его тупости и бесчувственности.
– Погоди, не надо на меня кричать, – негромко произнес он, в смущении качая головой. – Возможно, я тебя не понял?
– Я хочу задать тебе только один вопрос: ты собираешься просить у дедушки моей руки или нет? – воскликнула она, воспользовавшись замешательством Люсьена, чтобы окончательно высвободиться из его объятий.
Ударь она его сейчас кинжалом в грудь, он вряд ли изумился бы больше. Впрочем, вопрос этот не только изумил его, но и отрезвил. Тряхнув кудрями, чтобы окончательно избавиться от овладевшего им любовного дурмана, он сказал:
– Я не могу, Адди, иначе обязательно бы на тебе женился. Увы, это невозможно!
– Не может такого быть, чтобы королевская служба помешала тебе вступить в брак, – пробормотала девушка. – Ты женат – и в этом все дело!
– Клянусь Богом – нет!
– Тогда что тебе мешает – твой обет?
– Да, мой обет.
«А еще – слишком близкое родство. Общий предок Ранульф, который приходился дедушкой Гандольфу и Озрику. Церковь никогда не даст согласия на брак между близкими по крови кузенами».
Адриенна подошла к двери и принялась завязывать шнурки на платье.
– И куда, скажи на милость, ты сейчас направляешься? – спросил он.
– Подальше от тебя, – ответила девушка, даже не взглянув на него. – Скоро я стану женой какого-нибудь лорда, а потому мне не следует себя компрометировать общением с тобой.
– Но тебе не удастся избежать общения со мной, пока я нахожусь в замке. Если помнишь, завтра нас ждет совместная прогулка по окрестностям.
Адриенна уже открыла дверь, но так и застыла в проеме. Потом, правда, она все-таки вышла, но «нет» не сказала, а это означало, что предварительную договоренность она нарушать не станет, тем более что о прогулке знали и Озрик, и Уилфред, и даже Лотти.
Оставшись в одиночестве, Люсьен опустился на оттоманку у окна и глубоко задумался.
За день, проведенный в Эйншеме, он узнал почти все, что ему требовалось. Пора было возвращаться домой. Засиживаться в замке не следовало еще и по той причине, что его присутствие причиняло Адриенне страдания.
Но еще больше страдал он сам, питая к девушке самые нежные чувства. И страсть.
Глава 11
Шарлотта усадила Адриенну на стул и стала приводить в порядок ее волосы.
– Ну как у тебя дела с Люсьеном?
– Ты сама все видела.
– Ничего я не видела, – возразила Шарлотта, от возмущения легонько дернув сестру за косу. – Если не ошибаюсь, им отправились в комнату на самом верху. Ну и как, удалось нам придумать что-нибудь путное? Честно говоря, врать мне бы не хотелось, но если того потребуют обстоятельства…
