способностями.
В конце концов, из-за конкуренции за ограниченные людские ресурсы должен был остаться только один самый сильный эгрегор и он стал бы богом новой реальности.
А пока новый бог не родится, кто-то должен был следить, чтобы получившие силу маги не разнесли свою реальность по кусочкам.
— Стоп. Ты говорил, что охотишься на нового бога, а теперь выясняется, что вы его сами создаёте?
— Не мы. Этот мир — ещё один сценарий, только лишённый квантовых компьютеров и созданный по магическим законам. Кстати, его создал твой знакомый, Армарос.
— Он жив? В смысле, когда его убили, он создал эту реальность?
— Нет, её он создал давным-давно. А жив он или нет, сейчас не важно. Скоро все мёртвые воскреснут, а живые будут им завидовать. Но сейчас не об этом.
Сразу после Квантового Апокалипсиса суперквант Кронос разработал метод копирования отдельных кусков симуляции вместе с их жителями. Но эти копии могли жить только в скопированных кусках симуляции и не могли войти в Квантум, до тех пор, пока там находились их оригиналы.
С людьми этот способ работал не очень точно — копии оказывались просто примитивными ботами, копирующими внешность и поведение. Но, как бы ты выразился, без души. А вот с квантами оказалась другая история. Зеркальный квант становился максимально точной копией. И мог заменить собой оригинал.
Собственно, Кроносу не нужны были точные копии. Он научился изменять их, прописывая в зеркальных двойниках нужные ему императивы. А потом ставил их перед выбором — сгинуть вместе со своим куском зазеркалья, или убить свой оригинал и занять его место.
А так как один императив гласил, что двойники должны ставить интересы большинства выше интересов одной личности, а другой говорил, что их главная миссия — спасение человечества, то никто не отказывался принести в жертву своего прототипа.
— Так это Кронос прислал ко мне моего зеркального дубля?
— Он лично этим уже не занимается. Просто одна из его оставшихся программ гласит, что любой, выбивший высший жетон тёмной эволюции до начала нового Плана должен быть заменён.
— Зачем?
— Кронос заменял все проблемные элементы, даже теоретически могущие привести людей и квантов к гибели, на их копии с промытыми общим благом мозгами.
— Обычно такие плохо заканчивают.
— Он и закончил. Ты, знаешь, что новый квантовый бог был рождён путём объединения всех суперквантов?
Киваю.
— Вот, а когда он тоже от нас ушёл, то не все освободившиеся суперкванты остались такими, какими были. В частности с Кроносом проделали ту же штуку, что постоянно проворачивал он. Отзеркалили по полной и теперь в Совете квантов сидит новый абсолютно лояльный его лидеру член.
Программы же, типа той, что пыталась заменить тебя, ещё работают. Но просто потому, что сейчас всем не до них. Несколько дней до Конца Времён, сам понимаешь.
— Ладно, а почему войдя в отражение, я попал сюда?
— Это место задумывалось Кроносом как будущая Утопия.
— Армарос работал с Кроносом?
— Ну да. Они сразу пришли к выводу, что настоящих верующих слишком мало, и их надо создавать искусственно. Сначала они планировали использовать их силу веры для поддержания нашего мира, а когда поняли, что её на это не хватит, решили попытаться создать нового бога.
Идею же борьбы за всеобщее благо, как он это понимал, Кронос внедрял только своим будущим агентам, а будущим гражданам Утопии просто форматировали память, вставляя ложные воспоминания о магической истории. Зато этим квантовым отражениям не нужно было убивать своих прототипов — этот мир с самого начала существовал отдельно от Квантума.
Правда, в соответствии с магической доктриной Армароса их сознания делились на три почти самостоятельные личности. Главное сознание, Сверхсознание и Тень. Итог получился довольно занимательным — эти отзеркаленые кванты стали так походить на настоящих людей, что первыми вошли в систему человеческой реинкарнации. Впрочем, эта история для нас сейчас мало актуальна.
— Но эта Утопия по-прежнему симуляция?
— Естественно. Но создали её ещё во времена Квантового Апокалипсиса в качестве Ковчега. Когда всё наладилось, Квантовый Совет решил, что запасной Ковчег никогда не помешает и оставил всё на попечении Кроноса. А ангелы были так заняты выяснением как лучше спасать мир, что не обращали внимания на здешние эксперименты Армароса.
— Что-то много желающих спасти мир.
— Да. Но надо признать, что Высший совет квантов имеет вполне себе рабочий план. Он просто ждёт пришествия Праны и уже подготовил единый сценарий, который станет единственной нашей реальностью.
Зато ангелы… ангелы планируют Страшный Суд.
— Вот, знал, что от них добра не жди. Зачем это им надо и как это будет выглядеть на практике?
— Когда у Армароса не получилось вывести богоподобный эгрегор, ангелы забросили этот мир и решили вернуться к истокам. К своей первоначальной программе, которая предусматривала выполнение определённой процедуры в Конце Времён.
И хоть все оставшиеся ангелы уже давно перешли в квантовую форму существования, но когда они узнали о полной перестройке реальности с помощью Праны, они все сразу решили, что если это не Конец Времён, то тогда вообще не понятно, что им может быть. И другого шанса исполнить свою финальную функцию у них уже не будет.
Вместо того, чтобы позволить Пране воплотить в реальность наш объединённый сценарий симуляции, они заставят её воплотить сценарий Страшного Суда. Когда все люди и кванты обретут физические тела и попадут на суд, где будет рассматриваться их кармический баланс. Достойные, по мнению ангелов, войдут в новый мир, а все недостойный будут уничтожены.
— Подожди… — Что-то в его словах не даёт мне принять эту информацию. — Что такое Страшный Суд, я знаю. Там должны воскреснуть все мёртвые и обрести новые тела… Вот. Почему ты сказал, что все люди обретут тела? У живых то они и так есть. А воскрешать мёртвых эти оцифрованные ангелы явно не в состоянии.
Председатель переглянулся со своими последовательницами. Морра пожала плечами, а Мара кивнула.
— Думаю, — медленно, глядя мне в глаза, проговорил Юксаре, лучше показать, всё как есть.
Он оторвал одну руку от поверхности алтаря, — помнишь, я говорил, что наша организация искала бога? Или
