Еще одной важной областью «сотрудничества» между двумя странами является экспорт технологий. Так, первый визит бывшего президента США Б. Клинтона в Китай сопровождался беспрецедентным «подарком»: крупнейшая космическая корпорация США «Аоран» поделилась с китайскими коллегами своими секретными наработками. С их помощью представители Поднебесной смогут создать глобальную систему спутникового наведения и контроля межконтинентальных ракет.
Одновременно Китай усиленно развивает собственную науку, создавая все новые и новые научные центры и постоянно увеличивая их финансирование. Не брезгуют местные ученые и «заимствованием» научных идей и инженерно-технических решений.
Самые приблизительные расчеты, основанные на годовом производстве урана-235 и плутония-239, показывают, что у Китая может быть минимум 2500 ядерных боеголовок. Он располагает межконтинентальными баллистическими ракетами МБР ДР-5 (советский аналог SS-18) с дальностью действия 8000 миль (примерно 12000 км), которые потенциально могут достичь любой точки всех без исключения ядерных стран. Несомненной гордостью китайцев являются ракетные носители CZ-2, способные нести ядерные устройства весом до 10 мегатонн. С их помощью уже выведено на орбиту около двух десятков спутников.
Принципы информационной, финансовой, психотропной и климатической войны также хорошо известны в Китае. Так что не кажутся утопическими его заявления о грядущей военной революции, в ходе которой не только Россия, но и США потеряют свое глобальное превосходство в этой области[415].
В настоящее время США фактически предоставляют Китаю возможность через 5-10 лет овладеть технологиями двойного назначения. Это позволит оснастить компьютерными процессорами крылатые ракеты, беспилотные самолеты, торпеды, военные системы управления, разведки и связи[416]. Мало того, китайским спецслужбам уже долгие годы удается шантажировать США возможным разрывом отношений, заставляя их мириться с фактической кражей военных технологий. Не секрет, что и свою первую космическую ракету китайцы запустили после того, как заставили американцев выдать им ученого-ракетчика китайского происхождения (правда, в обмен на охлаждение отношений с Советским Союзом)[417].
Таким образом, США удалось достигнуть своих целей и здесь. У границы с Российской Федерацией (на расстоянии до 1000 км) в северных районах Китая расквартирован миллион солдат. Напомню, что российская группировка войск на территории от Байкала до Владивостока (включая Тихоокеанский флот) составляет менее 200 тысяч человек. Стандартное соотношение войск для успешного наступления составляет 3:1. Как видим, на стороне китайцев по этому показателю находится почти двукратное преимущество (5: 1). Трудно поверить, что эти многочисленные войска предназначены только для обороны. Кроме того, в Дальневосточном регионе находятся крупные группировки японских и американских войск, чьи задачи и настрой по отношению к России также не вызывают сомнений[418]. Как видим, угроза нашему государству более чем реальна.
Но самостоятелен ли Китай в выборе своей политики? Думается, отвечать на данный вопрос утвердительно — значит выдавать желаемое за действительное. Китай держит в своих закромах около 2 триллионов долларов, а его экономическое могущество целиком и полностью зависит от торговли с Америкой. Одним росчерком пера американцы могут превратить Китай из ревущего тигра в экономического карлика[419].
Однако сам Китай, в резервах которого скопилось казначейских облигаций США на 653 миллиарда долларов, является на сегодняшний день самым крупным в мире кредитором этой страны[420]. Парадоксально, но факт: главная особенность нынешнего «непримиримого» противоборства США и Китая заключается в том, что ни одна из сторон не заинтересована в полном поражении соперника. Экономики обеих стран оказались в начале XXI века слишком взаимозависимыми, чтобы вести финансовую войну на полное уничтожение[421].
При скрытой американской поддержке Китай давно начал экспансию на российскую территорию. Благодаря усилиям национальной разведки он решает в Европе, США и России ряд стратегических задач: обеспечивает продвижение дешевых китайских товаров; «добывает» для китайской промышленности передовые технологии и научные разработки и т. д.
Особая роль отводится китайской диаспоре за рубежом. Она постоянно растет за счет эмиграции из материкового Китая и проникает в государственные, правоохранительные, банковские и информационные структуры других стран.
Однако поддержка китайской диаспоры за рубежом преследует и другие цели. Так, притеснение этнических китайцев на территории другой страны может послужить предлогом для вмешательства в ее внутренние дела. Еще один вариант (хотя и менее реальный) — организовать возвращение на историческую родину больших масс населения. Тем более что опыт проведения подобных мероприятий у Китая уже имеется. Примером может служить знаменитое переселение 100 тысяч жителей Синьцзянского округа в Россию (1962–1963 годы), которое было организовано при участии китайских спецслужб[422].
Возможный захват Китаем российских территорий не обязательно будет спровоцирован США. Дело в том, что сверхбыстрые темпы развития привели Китай к настоящей экологической катастрофе. Очевидцы свидетельствуют: «Во время моих визитов в Пекин я всегда мог точно определить, когда мой самолет входит в китайское воздушное пространство: загрязнение воздуха становится настолько сильным, что, как правило, ничего не видно. Воздух, вода, земля в Китае стали заложниками неослабевающей гонки за экономическим процветанием. Поскольку процесс развития стартовал в восточных приморских провинциях страны, внутренние районы стали превращаться в огромные бесплодные, заброшенные пустыри — беднейшим регионам была уготована судьба стать местом для свалок промышленных отходов. По данным китайских экспертов, две трети производимой в стране электроэнергии получают от использования низкосортного угля, при этом ежегодно вводятся в строй новые электростанции, работающие на нем. Китайские фабрики извергают токсичные газы и сваливают отработанные химикаты и мусор в реки и озера. Сельскохозяйственные предприятия страны используют удобрения, запрещенные в других странах. В результате уничтожения лесов уже четверть китайской территории превратилась в пустыни, расширяющиеся со скоростью 2460 км в год. По указанным причинам на 30 % территории Китая выпадают кислотные дожди; 75 % озер загрязнены, а реки отравлены или засыхают; почти 700 миллионов человек употребляют для питья воду, загрязненную отходами жизнедеятельности людей и животных»[423].
Поэтому вполне закономерно предположить заинтересованность Китая в новых экологически чистых территориях. Ее реализация может осуществляться и уже осуществляется в различных видах. В настоящее время полным ходом идет (если не завершается) процесс «окитаивания» российского Дальнего Востока. По словам командующего Дальневосточным пограничным сектором генерал- лейтенанта А. Гольбаза, «в КНР разработана государственная программа заселения Дальнего Востока, китайские государственные службы не только оформляют своим гражданам визы, но и помогают им легализоваться в России, сообщают адреса, по которым можно поселиться в Хабаровске, Владивостоке, Благовещенске, дают инструкции, как быстрее вписаться в российскую жизнь». Оценивая ситуацию вокруг китайской диаспоры на Дальнем Востоке, министр строительства Российской Федерации сравнил ее с оккупацией[424].
Планы Китая в отношении российской территории простираются намного дальше, чем просто проживание на ней. Известно, что китайцы поголовно воспитываются на идее агрессивности русского царизма, отторгнувшего у слабого Китая обширные территории Приамурья. Рядовому жителю Поднебесной недосуг разбираться в хитросплетениях современной политики, ему не знакомы ни текст российско-китайского договора о дружбе 2001 года, ни заявления китайских руководителей об отсутствии территориальных претензий к России. Он твердо знает, что Россия захватила часть китайской территории. И готов предъявить ей по этому поводу счет. Многим дальневосточникам уже лично приходилось слышать от китайцев о скором возвращении этих территорий Китаю[425].
Каждый китаец со школьной скамьи убежден, что Россия захватила как минимум 1,5 млн км2 китайской территории. Тема мнимых «российских преступлений» против китайского народа используется при воспитании подрастающего поколения на протяжении многих десятилетий. Она культивируется в сознании рядовых китайцев под воздействием правительственной пропаганды, которая никогда не вызывала протестов ни со стороны советского, ни со стороны российского правительства[426].
