В декабре 1941 г. соединения 2–й ударной (тогда еще 26–й) армии получили ватники, стеганые брюки, валенки и дополучили винтовки, минометы и автоматы. После короткого марша до ближайшей станции войска погрузились в отапливаемые «буржуйками» ва–гоны-»теплушки» и понеслись по идущей через заснеженные леса железной дороге навстречу неизвестности. Остановились «теплушки» на вокзале, купол здания которого зиял проломами от огня артиллерии. Выгружалась армия в недавно освобожденной Малой Вишере. В процессе перевозки на фронт 2–я ударная армия в полной мере ощутила на себе проблемы слабой сети коммуникаций на северо–западном направлении и суровую зиму 1942 г. Сосредоточение армии шло медленно, к фронту соединения двигались пешим маршем по глубокому снегу. Точно так же, как в ходе подготовки к Торопецко–Холмскои операции 3–й и 4–й ударных армий, выходили из строя и оставались без горючего автомашины. Фактически все оружие и боеприпасы армии пришлось нести на себе.
На 1 января 1942 г. 2–я ударная армия насчитывала 43 970 человек, 71 танк в двух танковых батальонах, 462 орудия (из них 113 калибром от 76,2 мм и выше). В полтора раза более многочисленной была 59–я армия — 65 452 человека, 381 орудие (143 от 76,2–мм и выше). Соединения армии были в целом хорошо укомплектованы. Например, численность 327–й стрелковой дивизии составляла 11 832 человека, 23–й стрелковой бригады — 4524 человека.
Задача армии была сформулирована в Директиве Ставки ВГК № 005826 от 17 декабря:
«2–й ударной армии в составе 327 сд, 22, 24, 25, 3, 57, 53, 58, 59 стр. бригад, шести лыжных батальонов, двух отд. танковых батальонов, одного ап арм. типа, трех мин. дивизионов наступать в направлении ст. Чаща, раз. Низовский с дальнейшим ударом на Лугу» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 г…..с. 339).
Как мы видим, армии ставилась задача на большую глубину с целью перехвата железных дорог, питающих осаждающие Ленинград войска противника. Задача была непропорциональна силам армии, состоящей преимущественно из слабых по своей организационной структуре стрелковых бригад.
Намного сильнее 2–й ударной была армия, переданная в состав Волховского фронта еще в декабре, — 59–я. Эта армия также была типичным представителем «перманентной мобилизации». Она была сформирована в Сибирском военном округе по директиве Ставки ВГК от 2 ноября 1941 г. В отличие от «бригадной» 2–й ударной 59–я армия состояла преимущественно из стрелковых дивизий формирования начала осени 1941 г. Так, например, 372–я стрелковая дивизия формировалась с 25 сентября 1941 г. в Алтайском крае, 378–я стрелковая дивизия — в г. Ачинск Красноярского края. После завершения формирования армия участвовала в строительстве Череповецкого УР в Архангельском военном округе. 18 декабря армия была передана Волховскому фронту и по мере прибытия своих соединений заняла оборону по правому берегу р. Волхов. Всего в армию входили шесть стрелковых и две кавалерийские дивизии. Общая численность войск 59–й армии на 1 января 1941 г. составляла 65 452 человека (средняя укомплектованность стрелковой дивизии 10 910 человек), 381 орудие (143 от 76–мм и выше). Танковые соединения в составе армии отсутствовали. Пропорционально сильному качественному составу армии ей ставилась задача на большую глубину. По вышеуказанной директиве Ставки ВГК предполагалось:
«59–й армии в составе 382, 372, 378, 374, 376, 366 сд, 78 и 87 кд, двух ап арм. типа, двух танковых батальонов, шести лыжных батальонов, трех минометных дивизионов наступать в направлении Грузино, Сиверская, Волосово» (там же).
Фактически армия должна была еще раз (севернее полосы наступления 2–й ударной армии) перерезать большинство железнодорожных линий, подходящих к Ленинграду с юга.
Переуплотнение фронта за счет занятия части полосы силами 2–й ударной и 59–й армий позволил перейти к активным действиям уже успевшим принять участие в боях армиям Волховского фронта. Участник сражения за Тихвин в ноябре и декабре 1941 г., 52–я армия должна была двигаться в обход Новгорода навстречу 11–й армии Северо–Западного фронта, наступающей по берегу озера Ильмень. Б. М. Шапошников наряд сил и задачи армии определил так:
«52–й армии в составе 46, 288, 259, 267, 111 сд с подчинением Новгородской оперативной группы без 180 сд, 442, 561 ап РГК, 884 ап ПТО, овладеть Новгородом и дальнейшим наступлением в направлении Солец обеспечить наступление Волховского фронта на северо–запад» (там же).
В сущности, первоначальный план Любаньской операции, автором которого был Б. М. Шапошников, имел своей целью радикальное решение проблемы блокады
Ленинграда. Пробивать узкий коридор к городу вдоль одной из железнодорожных веток или по берегу Ладоги сочли нецелесообразным. Фронт в районе Ленинграда должен был сдвинуться на запад на всем пространстве от озера Ильмень до Ладожского озера, а в перспективе — до Финского залива, вернувшись тем самым к обстановке августа 1941 г.
Однако обстановка на направлении предстоящего наступления успела измениться в течение нескольких недель, прошедших с момента появления директив Ставки ВГК войскам Волховского и Ленинградского фронтов. Группа армий «Север», единственная из трех групп армий, получила в первую линию свежую дивизию, переброшенную с Запада. Это была 215–я пехотная дивизия, занявшая позиции на р. Волхов в составе XXXIX моторизованного корпуса. На пути в тот же корпус находилась 81–я пехотная дивизия. Отступление от Тихвина заставило немецкое командование усилить свои войска на этом направлении.
В процессе подготовки операции командование Волховского фронта доработало заложенные в декабрьской директиве Ставки ВГК решения. К. А. Мерецков решил усилить армии на направлениях главного удара. В 59–ю армию дополнительно с формулировкой «временно» передавались 111–я и 288–я стрелковые дивизии, 163–й и 166–й танковые батальоны. В состав 2–й ударной армии была передана из 52–й армии с той же формулировкой «временно» 259–я стрелковая дивизия. После прорыва фронта изъятые из состава 52–й армии части и соединения должны были быть возвращены назад, и 52–я армия просто начинала наступление на два дня позже главных сил фронта.
Первым днем Любаньской операции можно считать 4 января 1942 г. Начала наступление 54–я армия Ленинградского фронта силами пяти стрелковых, одной танковой (без танков) дивизий, одной стрелковой бригады, одной бригады морской пехоты, одной танковой — бригады и трех артиллерийских полков РГК. Она перешла в наступление с рубежа Вороново — Малукса — южный берег болота Соколий Мох в общем направлении на Тосно. В течение нескольких дней войска армии безуспешно пытались прорвать оборону 269–й и 11–й пехотных дивизий I армейского корпуса. «Фортом Дуомон» на пути 54–й армии стала станция Погостье. Здесь оборона немецких войск опиралась на железнодорожную насыпь, превращенную в своего рода крепостную стену. Непосредственно в насыпи были выкопаны блиндажи, ячейки для стрелков и пулеметные гнезда. Каждые 30 метров в насыпи были оборудованы огневые точки с круговым обстрелом, совмещенные с жилым блиндажом. Каждые 200 м располагались дзоты на 1—2 станковых пулемета. Сама по себе довольно прочная насыпь, промерзшая к тому же на большую глубину, обеспечивала защиту от среднекалиберной артиллерии, хотя и придавала обороне некоторую линейность, без традиционного для немцев широкого использования фланкирующего огня. 54–й армии удалось продвинуться всего на 4—5 км за два дня боев. За это время оборона двух пехотных дивизий была усилена частями 12–й танковой дивизии, что позволило немцам перейти в контратаку и отбросить войска И. И. Федюнинского в исходное положение. Командующий армией впоследствии оценивал этот период как самый тяжелый в своей биографии:
«Труднее всего мне было под Погостьем зимой тысяча девятьсот сорок второго года.
Четыре месяца изнурительных, кровопролитных, а главное, малоуспешных боев в лесистом и болотистом крае между Мгой и Тихвином навсегда оставили у меня тяжелые воспоминания» (Федюнинский И. И. Поднятые по тревоге. М.: Воениздат, 1961, с. 90).
Это действительно были тяжелые позиционные бои в стиле Первой мировой войны, проходившие к тому же в районе с суровым климатом, а не в сердце Европы, как Сомма и Верден.
С оперативной точки зрения основная причина безуспешных наступательных действий войск 54–й армии заключалась в том, что армия, наступая на 30–километровом фронте, имела крайне ограниченные силы и средства. В дивизиях и бригадах, привлеченных к наступлению, насчитывалось 483 орудия и миномета калибром 76 мм и крупнее. Соответственно средняя артиллерийская плотность составляла всего лишь 16 орудий и минометов на 1 км фронта наступления. По предвоенным взглядам фронт наступления 30 км был вполне обычным для крупной наступательной операции. Именно такими значениями фронта наступления оперировал Г. К. Жуков на совещании декабря 1940 г. Однако, в условиях зимней кампании 1942 г. нехватка артиллерии делала прорыв на таком широком фронте совершенно нереальным.
