один солдат в нагруднике с черным лорийским львом и воздетым над головой тяжелым двойным топором. С ревом он начал опускать оружие на юношу, но сбоку в шею ему вонзилась сталь.
Над Кейленом возник Данн, сжимая в руках меч, который он, видимо, поднял с лежащего рядом трупа. Глаза у него были остекленелые, а грудь порывисто вздымалась и опускалась.
– Кейлен? Ты цел? Давай, поднимайся! – голос Риста сначала гудел где-то далеко-далеко, потом, когда Кейлен наконец пришел в себя, резко ударил по ушам.
Сражение всё не утихало. Эрик поднялся на ноги и снова дрался сразу с несколькими солдатами в паре шагов от парней.
Кейлен медленно встал, силясь собраться с мыслями.
– Что… Что вы тут делаете?
– Что мы тут делаем? – вскинул брови Рист. – Ты ушел и не вернулся, а когда мы подошли к двери, то услышали звуки побоища. Это тебя надо спрашивать, что ты тут делаешь?
Кейлен не ответил. В голове всё путалось. Он пытался осмыслить происходящее вокруг. Эрика со спутником окружили и теснили. Имперских солдат было слишком много. Эйсон с Фардой обменивались страшными ударами, на лицах застыла сосредоточенность. Каждого украшала пара новых кровавых росчерков.
Данн, спотыкаясь, подошел к Кейлену с Ристом. Встретившись с ним взглядом, Кейлен вопросительно вскинул подбородок: ты как, мол?
Данн помешкал мгновение и слегка покачал головой.
Кейлена схватили за плечо.
– Тут нам не победить. Нужно бежать. Тебе и твоим друзьям тоже. Живо, за мной.
С этими словами Эрик развернулся на месте и, со свистом размахивая клинками, принялся прокладывать путь через строй солдат. Кейлен бежал за ним не оглядываясь: он знал, что Данн с Ристом не отстанут.
От ударов сердца содрогалось всё тело. Рука, сжимавшая рукоять подаренного отцом меча, дрожала. Вдруг посреди творящегося ужаса он заметил изящные узоры, идущие по клинку от гарды. Отчего-то украшение казалось неуместным на предмете, предназначенном исключительно для того, чтобы отнимать жизнь.
«Я только что убил человека».
Краем глаза юноша заметил вспышку стали и взмахнул мечом, встречая удар. Затем налег плечом, опрокидывая противника наземь.
– Дален, прикрой! – рявкнул Эрик своему спутнику.
Тот уже добежал до повозки и вытащил оттуда лук с колчаном.
Стрела со свистом пролетела у уха Кейлена, а знакомый глухой удар свидетельствовал, что она нашла свою цель.
– Бегите!
Дален выпустил очередную стрелу, и еще один солдат упал наземь.
Возле повозки Эрик остановился.
– Забирайтесь!
Он подсадил Кейлена, затем Данна с Ристом и, наконец, влез сам.
– Дален! – окрикнул он спутника и указал на Эйсона, который продолжал фехтовать с Фардой.
– Отец! – заорал Дален, спуская тетиву.
Эйсон повернулся на оклик, как раз когда стрела вошла в плечо Фарде. Тот лишь хрипло хмыкнул, и то скорее от раздражения, нежели от боли. Отскочив от раненого противника, Эйсон побежал к повозке.
Дален передал лук Эрику, затем вспрыгнул на козлы и хлестнул лошадей поводьями. Эрик выпускал стрелу за стрелой в толпу солдат, расчищая путь.
Эйсон ломился через свору солдат к повозке, то пропадая из виду, то появляясь. Он никак не мог добежать – противников было слишком много.
По ушам Кейлену ударил глухой, почти громовой раскат. Затем раздался могучий грохот, будто сильный порыв ветра наткнулся на вековой дуб или волна разбилась об утес. Несколько солдат между Эйсоном и повозкой подлетели в воздух и тряпичными куклами разлетелись в разные стороны. Рист чуть не перескочил через борт, увидев, что произошло. Глаза у него блестели.
Эйсон рванулся в образовавшуюся брешь. Мимо него просвистела стрела и угодила прямо в глаз преследующему солдату.
– Гони! Гони! – крикнул Эйсон, забираясь в повозку.
Снова щелкнули поводья, и повозка рванула с места, будто молния, бьющая из туч. От резкого рывка Кейлен чуть не вывалился. Он выглянул из-за перегородки, и стрела чуть было не полоснула его по щеке, но вместо этого прорезала холщовый навес над кузовом.
Не рискуя выглядывать снова, юноша перевернулся спиной к борту и медленно сполз, пока не ударился о дно задом. Тряска от колес по булыжнику отдавалась в костях. Кейлен на мгновение прикрыл глаза.
– Кейлен? – Рист потряс друга за плечо. – Что, во имя богов, только что произошло?
Тот тупо поглядел на Риста, затем перевел взгляд на Эйсона с Эриком, сидевших точно так же – у противоположного борта повозки.
Эрик пересчитывал оставшиеся в колчане стрелы, его взрослый спутник прикрыл глаза, приходя в себя. Грудь мужчины высоко вздымалась, замирала ненадолго, затем снова опускалась. Данн сидел молча, уставившись на свои окровавленные ладони.
– Данн?
Тот даже ухом не повел, а продолжал пялиться перед собой, растопырив пальцы.
Кейлен посмотрел на собственные руки. Их тоже покрыла потрескавшаяся кровавая корка.
– Не знаю, Рист… Не знаю, – произнес он в ответ на заданный вопрос.
Он поднял взгляд и встретился глазами с Эриком. Криво усмехнувшись, тот продолжил считать стрелы.
«Я убил человека».
* * *
Выйдя из дома, Элла поежилась от холода. Солнце уже давно закатилось за горизонт. Отец с матерью легли спать примерно в одно время, а Кейлен был в Мельногорске. Если не один, а с Данном, то наверняка оба напивались до потери сознания.
«Что ж, пора – значит, пора».
Элла натянула капюшон своей длинной коричневой накидки. Повозившись немного с завязками и убедившись, что они держатся, она замерла на пороге, борясь с желанием в пятый раз проверить содержимое сумки. Девушка глубоко втянула бодрящий воздух и задержала его прохладу в груди. Затем медленно выдохнула, глядя, как перед лицом клубится пар, будто дым из трубы валит.
На улицах не оказалось ни души. Недели тянулись невыносимо медленно. После Испытания и празднеств многие, наконец, утомились и были готовы спать сутками. Вот и славно.
В серебристом лунном свете едва виднелась дорога, но для Эллы это не имело значения: она бы с закрытыми глазами нашла любой дом в деревне. Комья земли похрустывали под ногами. Стрекотали сверчки в полях, да покашливали, ворочаясь во сне, жители Прогалины.
Рэтт был точно там, где обещал, – за стеной, у сломанного столба на южном выезде из деревни. Даже в тусклом лунном свете Элла не могла представить никого краше. Она ускорила шаг, едва не срываясь, чтобы побежать вприпрыжку. Кончики губ Рэтта расползлись чуть не до ушей. Элла обожала его теплую улыбку.
– Ты здесь, – прошептала она, чувствуя, как по телу разливается тепло.
Элла бросилась любимому на шею, обхватив его руками. Он постоял так, затем обнял ее в ответ, прижимая покрепче к груди.
– Конечно, я здесь, – сказал он и, слегка вытянув шею, поцеловал Эллу в макушку, задержался
