к кому. Разве с этой тягой можно сопротивляться? Может, это любовь?
Глава 27
Чувствовал Хабаров, не просто так пропала Дюймовочка.
На улице огляделся по сторонам: на площадке гуляли дети, прохожие шли по своим делам, мамаши катили коляски. И откуда ему знать, в какую сторону она пошла? Куда вообще она пошла?
А куда бы пошел он утром? В магазин, да, точно. Скорее всего, эта девушка с шилом в прекрасной заднице обнаружила, что мужика кормить нечем, что в холодильнике повесилась мышь, и решила сбегать в магазин.
Но так торопилась, что даже не взяла телефон. В какой стороне магазин в этом районе, Егор не знал, крутил головой по сторонам, пока не заметил, как к подъезду приближается знакомая старушка.
Совсем недавно она приходила к Лизе с участковым, который явно имеет на его Дюймовочку виды. Бабулька явно точила свои вставленные фарфоровые зубы на Лизу и отзывалась о девушке, мягко сказать, нелестно.
— Женщина, скажите, где здесь магазин?
Дамочка только фыркнула и отвернулась, подняв голову.
— Женщина, я вас спрашиваю, в какой стороне магазин?
— Молодой человек, формулируйте вопрос правильно. Или вы можете соображать и дерзить только без трусов?
Да, язвительная старушка попалась. Егор представил, что при встрече ей отвечала Лиза, видимо, поговорили они хорошо, раз она привела участкового. Кто вообще они такие, чтобы делать его девушке замечания? А то, что Хабаров уже присвоил Лизу себе, было сто процентов.
— Мне льстит, что я вам пришелся по вкусу, но дело в другом, я ищу магазин.
— Какой? Пивной? Так он еще не открылся, там с десяти наливают, таков закон.
Вот же чумная бабулька.
— Продуктовый мне нужен.
— Он там, — женщина махнула вправо. — За углом, через дорогу.
— А Лизу вы не встречали?
— Нет, никого не встречала.
— Хорошо, спасибо.
Егор сделал пару шагов в указанном направлении, но его остановили.
— И вообще, можете ее не искать, она уехала.
— Куда уехала? — Хабаров не понял ответа. — Как уехала? Зачем уехала?
— Вы хотя бы один вопрос нормально задать можете и послушать на него ответ, а не засыпать меня ими?
Клавдия Никаноровна закатила глаза и поставила сумку с покупками на лавочку. Ну что за молодежь пошла странная? Сами не знают, чего хотят. И вообще, где-то этого здоровяка она видела. Нет, не в полотенце точно, а вот глаза его женщине знакомы.
— Хорошо, милая леди, я вас очень прошу рассказать подробно, где вы видели Елизавету?
— А кем вы ей приходитесь, молодой человек? Я не могу вот так запросто рассказывать о своих соседях, пусть даже мне они не столь приятны.
В словах старушки была логика, Хабаров с ней спорить не стал, но задумался. А кто он, на самом деле, Дюймовочке?
— Парень, я ее парень, жених по-вашему, — ответ пришел в голову моментально, и Егор даже гордился им.
— Жених? Так она живет здесь всего месяц — и уже жениха завела? Лучше бы кота, вот у ее сестренки был Маркиз, ну до чего умный кот, а потом появился уже мужчина.
— Стоп! О котах и мужиках в другой раз. Сосредоточимся на Елизавете. Где вы ее видели?
— Клавдия Никаноровна.
— Что?
— Меня зовут Клавдия Никаноровна, я живу на втором этаже. Вон, видите, на окне герань? Это моя квартира, и мне очень часто не спится.
— Очень приятно, Клавдия Никаноровна, я Егор Хабаров, можно просто Егор.
— Хабаров, Хабаров… Что-то припоминаю. Так вы доктор? Я вспомнила, а то с самого утра думаю, почему мне ваши глаза знакомы, так потому что вы в маске были, вот я их и запомнила. Вы подругу мою оперировали два года назад.
Может быть, это было и так, Егор не помнил, тогда было очень много работы, все люди сливались в одну массу. Он был сосредоточен на выполнении своего дела, а не запоминании лиц.
— Да, это не исключено, мне очень приятно, что я тогда помог вашей подруге, но расскажите мне о Елизавете.
Хабаров начинал закипать и нервничать, потому что понимал, что с его, так сказать, уже невестой точно что-то случилось.
— Так я и рассказываю, а вы меня перебиваете.
— Хорошо, я не буду.
— Так вот, дело было в ночь с девятого на десятое марта.
— Зачем так далеко?
— Не сбивайте, молодой человек.
Клавдия Никаноровна поправила красный берет и платок на шее, хоть было и тепло, но наряжаться она безумно любила.
— В ту ночь мне не спалось, а за окном привлекла шумная музыка и голоса, я выглянула, там была Лиза, она приехала на такси, было уже поздно, а она пела песни и танцевала.
Женщина возмутилась, а Егор представил эту картину и улыбнулся, ну, Лиза может, в это он верил.
— А потом я отвлеклась, но когда выглянула снова, никого уже не было, и от подъезда быстро отъезжал другой автомобиль, не такси. Такси я знаю, как выглядит.
— Какое это отношение имеет к нашему разговору сейчас?
— Прямое! Потому что дверь подъезда не открывалась, и Лиза не заходила в него, — Клавдия Никаноровна понизила голос до загадочного шепота.
— Почему вы так решили? — Егор тоже прошептал.
— Да потому что я живу в этом доме сорок пять лет, на этой двери вечно ломается доводчик, и она хлопает так, что звенит моя хрустальная люстра, а у герани на подоконнике осыпаются лепестки. Уж сколько я ругалась с управляющей компанией, можно подшивку писем сделать.
Значит, выходит, что Лиза в ночь с девятого на десятое куда-то уехала или была увезена насильно. Затем что-то произошло, и уже утром Егор нашел ее в лесу в странном виде и со странной компанией.
Да, дела криминальные. По позвоночнику пошел холодок, Хабаров сжал кулаки. Кто бы это ни был, придется травмировать их и наказать.
— А сейчас где вы видели свою неспокойную соседку?
— Она дорогу переходила к магазину, прямо бежала, я еще подумала, что по сторонам надо смотреть, так можно и под самосвал угодить.
— Что было потом?
— А потом она перешла, я полезла искать карту, вечно я ее кладу так, что потом найти не могу, ох уж эти современные технологии, так мы скоро забудем, как выглядят живые деньги.
— Клавдия Никаноровна.
— Да, потом был скрип тормозов, и я краем глаза заметила, что Лизу затащили в темный автомобиль.
— Затащили? Так ее похитили?
— Я не знаю, вот ей-богу, не знаю, может, это сейчас игры такие, часть ухаживаний, но она не кричала и не звала на помощь. А мужчина был с ней крайне неприятный, с
