территории Германии Версальским договором. О военно-техническом сотрудничестве подробно рассказано в книге Сергея Горлова «Совершенно секретно: Альянс Москва — Берлин, 1920–1933 гг. (Военнополитические отношения СССР — Германия)»[199], поэтому не будем останавливаться на этом вопросе.
В 1925 году в рамках этого сотрудничества в Липецке была создана немецкая авиационная школа (научно-испытательная станция) «ВИФУ ПАСТ», которая была залеген-дирована под 4-й авиационный отряд 40-й отдельной авиационной эскадрильи. Все вопросы, связанные с ее функционированием, решались через главного военного атташе посольства Германии в Москве Нидермайера.
Командование школой, преподавание теории и руководство летной практикой осуществлялось немцами, постоянно находившимися в Липецке. Переменный курсантский состав после обучения возвращался в Германию. Обслуживающий персонал, включая механиков и мотористов, был вольнонаемным и состоял из жителей Липецка. Все расходы на содержание несла немецкая сторона.
Понятно, что советская военная контрразведка внимательно следили за немцами. В результате наблюдения были выявлены кадровые сотрудники германских спецслужб: начальники административного отдела Ганс Иогансон, Карл Буллингер и Эрнст Марквард; командир отряда майор Вальтер Штар, авиационные специалисты Огго фон Деттен и Бок, а также Фриц Хессель. Последний в 1937 году в Испании выполнял задания по проникновению в республиканскую армию. Также военные чекисты зафиксировали тайную деятельность помощника начальника административного отдела Макса Клесса, который активно пытался склонить к сотрудничеству с немецкой разведкой советских граждан, в т. ч. и военнослужащих Красной Армии. Другие активные «авиаторы»: инженер-строитель Эрнст Борман и заместитель начальника авиаотряда Феликс Бейкер[200].
Когда «уши» плохо слышат, а «глаза» — не видят
В 1933–1934 годах руководство Лубянки было вынуждено признать — организация агентурно-оперативной работы в отдельных Особых отделах, территориальных и транспортных органах была на низком уровне. Агентурноосведомительный аппарат в качественном отношении был слабым, а руководство им со стороны оперативного состава осуществлялось неудовлетворительно; в некоторых оперативных подразделениях регулярная связь поддерживалась лишь с одной третью всех агентов.
«В ходе проверки состояния работы с агентурой вскрылись многочисленные случаи расшифровки агентов и осведомителей, а также факты предательства и двурушничества с их стороны вследствие работы оперативного состава и руководителей чекистских подразделений с агентами, неумелая проверка агентов и слепое доверие к ним…
Вследствие неудовлетворительного состояния агентурноосведомительного аппарата и слабой работы с ним, большинство имевшихся в Особых отделах разработок велось годами и безрезультатно»[201].
«Особисты» отвечают за все
Председатель Объединенного государственного политического управления (ОГПУ) В. Менжинский, в связи с обострением внешней и внутренней обстановки, в целях объединения работы по всем видам шпионажа и по «белогвардейско-кулацкой и повстанческой контрреволюции» как в самой Красной Армии, так и вне ее, приказом ОГПУ № 299/137 от 10.09.1930 г. реорганизовал существующую структуру.
Согласно Приказу ОГПУ «О реорганизации особых отделов органов ОГПУ» Контрразведывательный и Восточный отделы Секретно-оперативного управления ОГПУ были расформированы и объединены в новый Особый отдел, подчиненный непосредственно руководству ОГПУ.
Структура нового органа была следующей:
— 1-й отдел — борьба со шпионажем, наблюдение за иностранными посольствами (за исключением Афганистана, Турции и Персии), консульствами и их связями, за национальными колониями на территории СССР (начальник В. А. Стырне);
— 2-й отдел — борьба с кулацкой, повстанческой, белогвардейской, контрреволюцией; молодежными контрреволюционными организациями; бандитизмом и контрреволюционными организациями, связанными с заграницей (начальник Н. И. Николаев-Журид);
— 3-й отдел — борьба с национальной и «восточной» контрреволюцией, со всеми видами шпионажа со стороны стран Востока (Афганистан, Турция, Персия), наблюдение за соответствующими посольствами, консульствами и национальными колониями на территории СССР (начальник Т. М. Дьяков);
— 4-й отдел — оперативное обеспечение штабов, частей и соединений РККА и РККФ (рабоче-крестьянский красный флот. — Прим. авт.), оборонного строительства и военно-учебных заведений (начальник Л. А. Иванов).
В марте 1931 года отделы были переименованы в отделения[202]. В июле 1934 года число отделений достигло восьми.
В 1930 году Особые отделы были образованы при всех ПП (Полномочных представительствах) ОГПУ, а через год приказом ОГПУ № 2/1 от 1 января 1931 года Особые отделы всех дислоцированных в краевых и областных центрах корпусов и дивизий РККА были слиты с аппаратами ПП ОГПУ; аналогичное событие произошло в центрах оперативных секторов ОГПУ [203].
На вновь созданный Особый отдел ОГПУ СССР и его органы на местах, помимо обеспечения государственной безопасности в частях и соединениях Красной Армии, возлагалась задача по организации контрразведывательной работы в республиках, краях и областях страны:
— выявление, предупреждение и пресечение шпионажа и другой подрывной деятельности иностранных государств и зарубежных антисоветских центров;
— борьба с политическим бандитизмом, кулацко-повстанческими вооруженными формированиями, с диверсионно-террористическими, национальными и другими антисоветскими формированиями и группами.
В задачу Особого отдела ОГПУ и его органов на местах также входило оперативное обслуживание Осоавиахима, начальствующего состава запаса РККА, профессоров, преподавателей и служащих военных кафедр гражданских вузов[204], военных и пограничных вузов, войск ОГПУ и погранвойск, военизированной пожарной охраны ОГПУ и частей особого назначения.
12 января 1932 года на Особый отдел ОГПУ были возложены задачи по борьбе с диверсиями и шпионажем на транспорте.
С 28 марта 1933 года согласно Циркуляру ОГПУ особым отделам ПП ОГПУ осуществлялось руководство иностранными отделениями (внешняя разведка) ПП ОГПУ в сфере организации разведки в приграничной полосе [205] с обеих сторон государственной границы[206].
Постановлением ЦИК от 10 июля 1934 года ОГПУ как самостоятельная государственная организация было упразднено, а на его базе было создано Главное управление государственной безопасности (ГУГБ), которое вошло в состав республиканско-союзного Наркомата внутренних дел (НКВД). Особый отдел вошел в состав ГУТБ.
НКВД СССР 21 августа 1934 г. издал приказ «О структурном построении и подчиненности органов НКВД».
Принцип построения Особого отдела остался без изменения, была проведена лишь его структурная реорганизация.
Особый отдел (255 человек по штату) Главного управления государственной безопасности НКВД СССР имел в своем составе 8 отделений:
— 1-е отделение — контрразведывательное обеспечение Красной Армии и Флота, а также Гражданского воздушного флота (52 сотрудника);
— 2-е отделение — контрразведывательная работа в войсках НКВД;
— 3-е отделение — контрразведывательная работа по пресечению разведывательно-диверсионной деятельности спецслужб Японии, Турции, Персии, Афганистана и Китая, предотвращение проникновения в секции Коминтерна в перечисленных странах враждебных, шпионских и провокационных элементов;
— 4-е отделение — контрразведывательная работа по спецслужбам Польши, Румынии, Чехословакии, Финляндии, Литвы, Латвии и Эстонии;
— 5-е отделение — контрразведывательная работа по спецслужбам Германии, Австрии и Венгрии;
— 6-е отделение — противодействие разведкам, Великобритании, Франции, Италии, Греции, Скандинавских стран и США;
— 7-е отделение — борьба с террористической деятельностью на территории СССР представителей закордонных белогвардейских эмиграционных центров;
— 8-е отделение — контрразведывательная работа по предотвращению попыток проникновения агентов иностранных разведок в аппараты Коминтерна, Наркомата иностранных
