Клянусь, даже если бы прямо сейчас на наш город рухнул метеорит, я не нашел бы в себе сил отстраниться от Арины и пойти спасаться. Я готов был бы погибнуть именно так — целуясь с ней. Кажется, это самая лучшая смерть, которую только можно представить.
Сжимаю талию еще крепче и притягиваю Арину себе, чтобы ни миллиметра не оставалось между нашими телами, чтобы не могла пролиться даже капля воды. Одну руку опускаю на бедра, сжимаю, глажу, просто наслаждаюсь близостью и изо всех сил стараюсь не слететь с катушек, потому что я и правда на грани.
Арина в моих руках ощущается… правильно. Словно мы оба были созданы друг для друга. Для того, чтобы вот так страстно целоваться посреди ее квартиры и медленно перемещаться к дивану, стараясь не зацепиться обо что-то и не упасть на пол.
Я и не против заняться сексом с ней на полу или вообще на любой другой поверхности, но наш первый раз (о котором я обещал ей забыть, но это физически невозможно) был в клубе, у стены в вип-кабинке, поэтому в этот раз мне хочется сделать все красиво и правильно, а главное, чтобы Арине было комфортно и хорошо.
Именно поэтому я плюю на все, подхватываю Арину под бедра и кайфую от того, как она сразу же обвивает мой торс ногами. На ней юбка, рабочая, я видел ее в этой юбке в офисе пару раз точно, и еще никогда она не казалась мне настолько лишней, как сейчас.
Я в несколько шагов дохожу до кровати Арины, стараясь не сдохнуть и не взвыть от того, как она целует мою шею и царапает ноготками кожу головы.
Никто из нас не протестует происходящему, потому что в этом больше нет ни единого чертового смысла. Я не отпущу ее больше, я это знаю, а Арина… Она узнает тоже, я обязательно сообщу ей о своих намерениях.
Бросаю ее на кровать и тут же нависаю над ней, издевательски медленно целуя кончик носа. Мне одновременно хочется наброситься на нее и сожрать одним рывком и растянуть удовольствие до самого вечера. Не знаю, что выбрать и как сделать так, чтобы Арине понравилось и в итоге решаю отдать часть управления в ее руки.
— Как ты хочешь? — шепчу, потираясь своим кончиком носа об ее. Я не лежу на ней стою на руках и это расстояние между нами кажется просто катастрофическим. Она молчит, переводит дыхание, а я прокладываю дорожку поцелуев от щеки к шее, ключицами и груди, расстегивая параллельно пару мешающих пуговиц на блузке.
— Я… — задыхается она, притягивая мою голову ближе. — Я просто хочу тебя. Как угодно, просто, чтобы ты рядом, и…
— Понял.
Значит, сначала сожру ее как самое вкусное в мире мороженое, а потом отнесу в душ и буду наслаждаться ею до тех пор, пока нас обоих не покинут силы.
Именно поэтому ее блузка сразу же улетает куда-то в неизвестном направлении, а Арина так же быстро избавляется от моей рубашки. Я порой даже не успеваю следить за своими руками, просто стягиваю с Арины одежду и покрываю поцелуями все тело, что было скрыто одеждой до этого момента.
Она — горячая, точно печка, прижимается ко мне близко, целует со всей страстью и быстро расстегивает мой ремень на брюках, ширинку, и….
— Фак, котенок, — стон ей в губы, когда она проскальзывает ладошкой мне в боксеры и сжимает член сразу же. Он стоит с самой первой секунды нашего поцелуя, если не раньше, и я точно вижу, что Ариночке это нравится.
Ее активные действия подстегивают мое возбуждение, я быстро избавляюсь от остатков одежды и рассматриваю ту самую прекрасную девушку, лежащую подо мной.
Волосы взлохмаченные, на груди и ключицах красные пятна от моей щетины (тут же думаю о том, чтобы купить ей хороший крем от раздражения). Соски возбужденные и так и манят попробовать их на вкус, а на губах легкая улыбка.
На ней — только трусики. Черные кружева мало что скрывают, но все еще оставляют место для полета фантазии. Я наклоняюсь ниже, целую шею, снова ключицы, стараясь не особенно прикасаться щетиной, спускаюсь к груди и уделяю время соскам, заставляя Арину выгибаться в спине и сжимать мои волосы на затылке.
Грудь, ребра, животик и бедра. Арина отзывается на каждое прикосновение и хнычет, что я медлю. А я… не медлю. Я наслаждаюсь, и клянусь, сдерживаюсь с огромным трудом.
Подхватываю зубами резинку трусиков и стягиваю их по стройным ножкам, не забывая ласкать их пальцами. Зрачки Арины расширены, она смотрит на меня с такой страстью, что из-под ног буквально уходит земля.
Мы близки как никогда, и вот сейчас я понимаю, что тот секс в баре вообще и правда не имел никакого значения, несмотря на все великолепие той ночи.
Сейчас я вижу ее глаза, вижу всю ее настоящую и раскрепощенную, с уже любимыми мной кудрями на голове и чертинкой во взгляде. Передо мной она — настоящая, не скрытая масками, и это точно лучшее, что я мог наблюдать за всю свою жизнь.
Наклоняюсь и сразу размашисто провожу языком по промежности, вызывая своими прикосновениями громкий и полный наслаждения стон. Малышка сжимает простыни руками, выгибается в спине, пока я вылизываю ее и чуть не отъезжаю от ее вкуса. Она божественная, правда, самый сладкий десерт, что я пробовал за всю свою жизнь.
Пальцы внутри нее, сгибаю, заставляю Арину кричать, всасываю клитор и немного замедляясь, когда она кончает, чтобы не причинить дискомфорта на слишком острые ощущения.
Она невероятна, я готов повторять это снова и снова на протяжении всей гребаной жизни!
Покрываю поцелуями бедра и животик, когда чувствую сильную хватку на волосах. Поддаюсь ей и мы снова лицом к лицу, а потом моя правильная, чертовски исполнительная и всегда лучшая в офисе помощница говорит, глядя точно в глаза:
— Трахни меня, Илья Александрович, иначе больше в свою квартиру я тебя не приглашу.
— Мне нравится такой тон, — признаюсь ей, усмехаюсь, и отстраняюсь на несколько секунд, чтобы достать из бумажника презерватив. — Командуй почаще, кажется, у меня фетиш.
— Да? — улыбается она и соблазнительно облизывает губы. — Тогда сегодня я сверху!
Я поддаюсь сразу же, меня не надо долго просить о таком или уламывать, я согласен всегда, даже до предложения.
И сверху Арина смотрится просто сногсшибательно, голова кругом идет от ее форм и раскрепощенности. Она помогает надеть мне резинку и сразу же опускается на член. Мы стонем вместе, потому что ощущения слишком острые, раскачиваемся около минуты, а потом Арина падает на меня и я обхватываю ее за талию, упираюсь пятками в матрас и срываюсь на сумасшедший ритм! Вколачиваюсь быстро и глубоко, срывая с ее губ громкие стоны, крики и всхлипы. Лучшая симфония, неподдельные эмоции!
Мы целуемся и касаемся руками, я вбираю в рот ее соски, Арина царапается от слишком острых ощущений и пару раз даже кусается, когда все кажется слишком ярко.
В конце переворачиваю ее на спину и в пару быстрых, глубоких и жестких толчков довожу нас двоих до одновременного оргазма и мы громко кричим, а затем затихаем.
В комнате витает сильный запах секса и слышно только два сбитых дыхания, мы точно загнанные звери не можем отдышаться, но находим в себе силы на поцелуй, ленивый, долгий и мягкий. Я с трудом поднимаю руки, чтобы снять презерватив и вернуться обратно к Арине. В ее теплые и такие чертовски нужные руки.
Это все настолько сладко и правильно, черт возьми, что не сговариваясь мы переносим душ на попозже и просто отрубаемся в руках друг друга, забив даже на то, что мы полностью голые. Просто… плевать. Она рядом, а остальное уже не важно.
Глава 31. Арина
Голова тяжелая-тяжелая, но в мыслях наоборот —тихо и легко. Чувствую, что выныривая ото сна и не особо пока понимаю, что происходит. Почему я вообще сплю, какой, черт побери, сейчас год? Я точно вставала на работу, но на работе я не была, а что…
Открываю глаза с трудом и первое, что вижу перед собой — рука. И я, кажется, на ней лежу. Ну, или не кажется… Вторая рука, подозреваю, того же человека, лежит сверху на мне и по-хозяйски сжимает мою грудь. Смею предположить, что кто-то еще и очень нагло прижимается к моей спине, развалившись на моем диване, ведь я совершенно отчетливо чувствую стояк.
