— Не надо, — сказала она, по-прежнему стоя к нему спиной и боясь повернуться. — По-моему, тебе лучше… одеться. Мне кажется, твоя одежда в гостиной. — Она облизнула губы и спокойно добавила:
— Сегодня у тебя будут лекции?
— Лекции? — В голосе Куинна звучал скрытый сарказм. — Ты имеешь в виду, твои лекции?
— Нет, не мои. — Джулия хотела было повернуться, но вовремя остановилась. — Ты должен быть в колледже, не так ли? Родители считают, что ты именно там.
Куинн со злостью выругался.
— О, совсем забыл, — презрительно произнес он. — Поговорим о моих родителях: убьем настроение. Ты на это надеешься?
Джулия расправила плечи.
— Не думаю, что хочу обсуждать это прямо сейчас, — твердо произнесла она. — Но если уж ты заговорил об этом — да. Мне бы не хотелось, чтобы ты думал, будто случившееся прошлой ночью — больше чем… чем…
— Стоянка на одну ночь?
— Да. Пожалуй, да.
— Почему?
— Почему?
Забывшись, она повернулась к нему и на мгновение потеряла дар речи. Он выглядел так прелестно, так бесстыдно. Ну можно ли подыскать вразумляющие слова, если ее собственные чувства в таком хаосе?
— Я… я думаю, ты знаешь, что я хочу сказать, — запинаясь, произнесла наконец Джулия, но если она надеялась, что слова заденут его сознание, то ошибалась. С ленивой улыбкой он подался вперед, и не успела она разгадать его намерения, как была уже в его руках.
— Да, знаю, ты хочешь того же, что и я, — протянул он, затем развязал узел на ее халате и, скользнув руками по голой коже, чувственно прижал ее к себе. — Вот так. Теперь тебе лучше? — Он посмотрел вниз, где их тела соприкасались, и победно улыбнулся. — Думаю, пора вернуться в постель, а?
Это было началом их романа.
Сколько Джулия ни твердила себе, что пора прекратить, роман продолжался. Как это ни глупо, она словно опьянела от него. Понимала, что поступает не правильно, но покорно отдавалась любви.
Она никогда не любила прежде. Это открылось ей с самого начала их отношений. Иногда эта мысль пугала ее. Экстаз, магия — но этому придет конец.
Раньше или позже она утомит Куинна. Раньше или позже он станет искать другую подружку, своего возраста, и они расстанутся. Ему надоест скрывать их отношения. Он найдет кого-то, кого одобрят его родители.
Не ее. Его родители никогда не одобрят женщину на девять лет старше, о которой говорят, что она спит с каждым привлекательным мужчиной. Мариотты придут в ужас, лишь только заподозрят. Любовница наследника Кортланда — подруга его матери!
Конечно, Куинн не признавал этого. Он отрицал ее домыслы долго и пылко, используя все средства для доказательства своей правоты. Действительно, с каждой неделей он казался все более влюбленным. Настолько, что действительно собирался объявить своей семье об их связи.
Но здесь Джулия провела черту. Сколько бы Куинн ни пытался сломить ее непреклонность, она стояла на своем намертво. На него действовала единственная угроза — не встречаться с ним, и он знал, что Джулия выполнит угрозу, если его мать узнает правду.
Нельзя сказать, что хранить тайну от Изабель было легко. Особенно когда Джулию приглашали в Кортланд, а она не могла найти подходящего повода отказаться. Как на то Рождество, с содроганием вспомнила она. Когда Изабель настаивала, что она — почти член семьи…
Джулия тряхнула головой, вспоминая еще один сюрприз, полученный на то Рождество. За четыре дня до праздника доктор подтвердил, что она беременна. Последующие предосторожности опоздали. Это случилось, когда она впервые переспала с Куинном.
То была самая трудная неделя за всю ее жизнь. После начала их связи с Куинном она провела в Кортланде единственный уикенд, но тогда была уверена, что он не приедет; В этот раз Куинн заглянул в дверь ее спальни в первую же ночь по прибытии, уверяя, что никто их не заметит, когда в доме столько гостей. И хотя Джулия намеревалась его выставить, этого почему-то не получилось. Снова он провел ночь в ее постели, и в его руках она забыла про свои тревоги.
Но наутро Джулия приняла твердое решение и потратила весь остаток праздников, убеждая его, что роман закончен. В подтверждение этому оставалось только запереть дверь. И, несмотря на уговоры, она не смягчилась.
Оглядываясь назад, Джулия понимала, что именно страх дал ей силы отказать ему. Страх, что Мариотты узнают о ребенке. Тогда у нее не было определенных планов, как поступить после отъезда . из Кортланда. Она лишь знала, что должна устроить себе передышку. До того, как нервы — и тело — выдадут ее. Она хотела ребенка; здесь не было вопросов. Как она справится с ним, можно решить потом.
Она смогла оставить Куинна в неведении до своего отлета в Лос-Анджелес. Это оказалось нетрудно: у него были экзамены, а у нее съемки последних сцен телесериала в Брайтоне. Она догадывалась, что Куинн планирует возобновить их отношения после экзаменов. У него и в мыслях не было, что Джулия может покинуть страну.
Ей претило обманывать Изабель. Несмотря на страхи Джулии, ее дружба с матерью Куинна оставалась столь же теплой. Но что та подумает, если узнает правду? У Джулии не оказалось выбора. Ей нужно было уехать.
Любопытно, но идея избавиться от ребенка никогда не приходила ей в голову. Во многих отношениях он стал долгожданным поводом. Поводом сделать то, о чем она думала много лет. И она вцепилась в частицу Куинна, которая сейчас принадлежала ей, как в дар Божий.
Случилось так, что ее исчезновение превратилось в лучший ее спектакль. Арнольд Ньюман, глава «Интерконтиненталь студиос», пригласил ее в Голливуд с перспективой сыграть роль в его новом фантастическом боевике. В прошлом она была в хороших отношениях с Арнольдом. Он был тираном, но всегда оставался честен, и на «Интерконтиненталь студиос» интриги никогда не процветали.
Однако, когда Джулия объявила, что собирается уходить, оставить актерскую работу, Ньюман впал в ярость. Он не мог понять, как она — да кто угодно на ее месте — может бросить такую прибыльную профессию, и сначала понадеялся, что дело в деньгах.
Дело оказалось не в деньгах, и Арнольд потратил немыслимую энергию, выкладывая ей под занавес, какое она неблагодарное создание. Конечно, она не назвала ему истинной причины отказа от карьеры. Даже в том состоянии у нее хватило на это благоразумия.
Их скандал докатился до публики. Должно быть, из его офиса произошла утечка в прессу. Всегда найдутся люди, готовые на что угодно за несколько лишних долларов, и Джулия не сомневалась, что они получили награду за шокирующую сплетню.
Новость о том, что Арнольд Ньюман выбросил любимую актрису из своего офиса, потрясла мир кино. Джулию осаждали репортеры, желающие узнать подноготную истории. Ее апартаменты в отеле в Лос-Анджелесе превратились в тюрьму. Ей не давали покоя конкурирующие студии, и она уже отчаялась скрыться.
