С другой стороны ― две группы змеелюдов. Одну из них, ту, что слева, терзает дорвавшийся до крови Обжора. После каждой его атаки гаснут один за другим магические источники.
Группа справа самая многочисленная. Дюжина змеелюдов сбилась вокруг своего предводителя, источник которого интенсивно мерцает. Урод тоже кастует что-то убойное.
Рядом со мной, в нескольких шагах, мечется последний оборотень. Я слышу его рычание. Это Ульф. Он взбешен. Ищет меня, но никак не может учуять. За последние дни его уровень заметно подрос. Видимо, учел прежний опыт. Готовился к нашей встрече. Ни молнии, ни тараны его не берут ― либо хороший щит, либо успел прокачать сопротивление эффектам оглушения и оцепенения. Видел, как мне удалось остановить его молодняк.
Я хищно усмехнулся. Нет, псина, сегодня все равно не твой день. Ты думал, что Обжора ― мой единственный козырь? В этом твоя ошибка. Ты в очередной раз недооценил меня.
Сущность черного панцирника, врезавшаяся в вожака оборотней, сбила того с ног и протащила по камням еще несколько метров. Характерная магическая вспышка вокруг тела Ульфа сообщила мне, что крит в шесть тысяч единиц снес остатки магического щита перевертыша. А выпущенные вдогонку ледяные стрелы уже добрались до его плоти. Благодаря прогрессу трансформации «ястребиный глаз», ни одна не прошла мимо. Правда, особого вреда ледышки не нанесли. Слишком объемистый у волчары источник жизни. Да и регенерация в боевой ипостаси наверняка функционирует в ускоренном режиме. Собственно, я и не рассчитывал прикончить эту гору мышц одними сосульками.
Оборотень неожиданно радостно взвыл и рванул прямо в мою сторону. Выпущенные сосульки раскрыли ему мою позицию. Но его ждал сюрприз в виде дыхания ледяного голема. Ульф потерял один из главных своих козырей ― скорость. Но даже замедлившись на семьдесят процентов, он все еще был слишком быстрым для меня.
Пока оборотень пытался добраться до меня, я успел выпустить еще два десятка ледяных стрел. Критовал через раз, но не это главное. Каждая стрела оставляла на теле оборотня обморожение, высасывавшее из его источника энергию. На последнем шаге он покачнулся и рухнул на землю.
Я было дернулся вперед, чтобы поставить точку в нашем противостоянии, но неожиданно пещеру тряхнуло. Толчок был такой силы, что я не удержался и плюхнулся на землю. Со всех сторон послышался уже знакомый мне каменный треск. За первым толчком последовали еще несколько, но слабее. Судя по характерному звуку, с потолка пещеры рухнуло несколько сталактитов. А в следующую секунду меня обдало плотной волной из пыли и мелкого песка.
Протирая глаза и отплевываясь, я поднял голову на шум. Когда понял, что увидел, ощутил, как предательски ёкнуло сердце. На потолке среди сталактитов зависло гигантское чудовище. Змеиное тело от головы до кончика хвоста мерцало магическим светом. Огромный лиловый глаз с вертикальным зрачком уставился прямо на меня.
― Теперь вам конец, ― услышал я насмешливый хрип Ульфа. В его источнике не осталось ни капли маны. Обморожение, дыхание ледяного голема и его собственная боевая ипостась «сожрали» все жизненные силы. Но умирать оборотень не торопился. ― Зря вы позволили Шхану призвать свой аватар!
Я снова взглянул на гигантского змея, который готовился к атаке, и громко сглотнул пересохшим горлом. Так вот какое заклинание кастовал главный змеелюд!
Все, что я успел сделать перед рывком магической твари, так это активировать каменные шипы на потолке пещеры. Судя по разъяренному шипению, крит почти в двадцать пять тысяч единиц змею не понравился. Плотная лиловая дымка вокруг змеиного тела заметно истончилась. Значит, магический щит у тебя не такой уж и «толстый».
Прицельного броска у змея не вышло. Здоровенная туша рухнула с потолка, словно огромный мешок с репой, подняв новую волну из пыли и мелких камешков.
Прохлаждаться змею не дали. Пульсирующий силой источник Обжоры уже был рядом с тварью. А мгновением позже пещеру заполонило оглушительное шипение боли. Харн несколькими ударами уничтожил щит чудовища и добрался до его плоти.
Я видел, как на помощь своему предводителю ринулись почти два десятка змеелюдов. С моей ладони уже были готовы сорваться новые заклинания, но меня опередили ― в бой наконец вступил Боровик.
Увеличившийся в два раза кокон взорвался несколькими десятками гибких отростков, которые жадно метнулись в сторону наших противников.
Первыми под раздачу попала троица оборотней, все это время безуспешно пытавшаяся пробить защиту Боровика. Их тела, пронзенные шипастыми стеблями, корчились в предсмертной агонии. Я видел, как опустошаются их источники и истончаются их энергетические каналы. Кокон в буквальном смысле слова высасывал из них жизнь. Здоровенной змее повезло еще меньше. Ее тело пронзили сразу два десятка отростков. Тварь дергалась и извивалась, пытаясь освободиться, но делала только хуже. Привлеченные отпором, в змеиное тело вонзились еще полтора десятка стеблей. Я, уже зная, что будет дальше, в стороне не остался ― запустил по несколько ледяных стрел в каждого противника.
Магический туман растворился, и я смог взглянуть на пещеру уже обычным зрением. Оглядевшись, я облегченно выдохнул ― мы победили.
Кровь, растерзанные тела, потроха ― раньше, от вида всего этого я бы точно выблевал содержимое своего желудка. Сейчас же воспринимал все как данность.
Обжора, весь перепачканный в крови, навис над принявшим человеческий облик Ульфом и угрожающе порыкивал. Оборотень был на последнем издыхании, но даже в таком состоянии он умудрился приподняться на дрожащих руках и зло уставиться на меня.
Обновлять невидимость уже не было смысла, поэтому Ульф прекрасно меня видел.
Краем глаза наблюдая за тем, как магические стебли поглощают своих жертв, я опустился на землю. Приближаться к кокону желания не было. Лучше понаблюдаю за происходящим со стороны. Вон, с Ульфом пообщаюсь.
― Я так понимаю, клану Потрошителей теперь придется несладко? ― усмехнувшись, спросил я.
Из глотки Ульфа вырвалось глухое рычание. Он попытался дернуться, но тяжелая лапа Обжоры легко прижала его к земле.
― Какие же вы оборотни все-таки предсказуемые, ― хмыкнул я. ― Зачем вы напали на нас? Или Нурэ-онна действительно отдала приказ убить нас? Неужели она почувствовала себя настолько оскорбленной? Мало верится. Уверен, она приказала доставить нас живыми.
Ульф глухо рычал, но не произнес ни слова.
― Думаю, это ты подговорил своего дружка Шхана напасть на нас. Что скажешь?
На мой вопрос оборотень отреагировал молчанием.
― Значит, все-таки это приказ Змеи, ― с тяжелым вздохом сказал я. ― Да и глупо было бы думать, что вы пойдете против воли магистра. Тогда зачем ей наша смерть? Зачем подсылать Добеса, а потом убивать?
Я пристально посмотрел на перевертыша, но тот словно в рот воды набрал. Как-то он подозрительно спокоен. Перейдя на магическое зрение, я взглянул на его источник и мои глаза полезли на лоб. Ничего себе регенерация! Живучий гад!
Пока я тут чесал языком, он ускоренными темпами начал восстановление. Оборотень, правильно интерпретировав мое молчание и мой взгляд, попытался было дернуться, но Обжора одним взмахом лапы поставил жирную точку в нашем затянувшемся противостоянии.
Отмахнувшись от сообщения о победе, я осмотрелся. На поле боя кое-что изменилось. Те стебли кокона, которые закончили высасывать ману из павших оборотней и змеелюдов, начали постепенно тускнеть и растворяться. Они оставляли после себя высохшие мумии. У меня мороз пошел по коже от этого зрелища.
Дольше всех продержалась туша гигантской змеи. Хотя ее ману Сердце Леса поглощал с особым аппетитом. Еще бы! Чистая энергия хаоса. Враждебная энергия.
Как ни странно, у меня легко получалось распознавать эмоции и желания растущего зерна. Видимо, во время противостояния с духом хаоса мне каким-то образом удалось активировать особую связь с семенами.
Приблизившись к кокону, сквозь полупрозрачные стенки я увидел стоящего с опущенной головой Боровика. Присмотревшись к его энергоканалам, я не увидел повреждений. Скорее, наоборот. Они заметно расширились. Сердце Леса в ускоренном темпе поглощало враждебную энергию, пропуская ее через тело своего хранителя и усиливая тем самым его энергоструктуру.
