не выдавать». Так что, примите мои слова на веру, где будет Дорсо и когда. Есть честность и открытость, примипил, а еще есть откровенная наивность.
- Нам понятно твое желание не выдавать свои источники, информатор ...
- И что мы решим, Трибун?
- Надо подумать. Где, например, гарантия, что я не собираюсь посылать своих людей в ловушку, с твоим участием или без него? Откуда мне знать, что тебя не обманули, заставив поверить в эту очевидную закономерность в передвижениях преторианца? Что, если он гораздо более подозрителен и осторожен, чем ты предполагаешь, и того, кто пойдет с ним на встречу в этот его музей, не встретит там более горячий прием, чем ты нам здесь расписываешь?
Эксцингус снова пожал плечами.
- Что находится внутри заведения, я понятия не имею. Насколько я знаю, он даже нанимал самого Великого Фламму в качестве своего телохранителя. Все, что я могу вам сказать, это то, что, как только Дорсо заканчивает охранять императорские дворцы, он тратит достаточно времени, чтобы помыться и переодеться в свою гражданскую одежду, а затем идет по улице Патрициев (Vicus Patricius) в небольшой дом, который он либо арендует, либо приобрел … последнее, я полагаю, учитывая все деньги, которые он, заработал за последние несколько лет, наиболее верно. Затем он покупает себе и двум гвардейцам, которые повсюду сопровождают его, горячую еду в ближайшей таверне и исчезает в доме. Он выходит оттуда только рано утром на следующий день, когда поднимается обратно на холм к преторианской крепости и возвращается на службу. А что касается того, откуда я это знаю? На этот раз, учитывая сложный характер наших отношений, я откажусь от одного из своих принципов, если это поможет убедить вас в происхождении моей информации. Я использовал шайку мелких воришек и карманников, которым я достаточно не плохо плачу, чтобы они не отвлекались на свою профессию, когда обстоятельства требуют от них особых уличных навыков, для слежки за центурионом Дорсо, незаметно, заметьте, в течение последних шести суток. Учитывая, что преторианцы меняют распределение своих когорт раз в две недели, чтобы дать людям на ночном дежурстве время должным образом адаптироваться к изменению времени их сна, я не вижу причин, по которым он не мог бы отказаться от своего распорядка этим вечером. Так что все его передвижения довольно предсказуемы.
- И ты понятия не имеешь, что у него там внутри
Информатор покачал головой, глядя на Марка.
- Я же, уже сказал об этом. Мои люди могут достаточно легко отследить его перемещение из одного места в другое, но как только он оказывается в доме, он исчезает из поля их зрения. Мы все можем строить догадки, и я предполагаю, что он ходит туда, чтобы позлорадствовать над своей коллекции, и больше об этом не могу ничего сказать.
- Зачем нам ломиться в его дом? У этого человека репутация коллекционера оружия, так почему бы нам просто не пустить слух, что у нас есть трофеи на продажу из недавней кампании в Британии?
Эксцингус улыбнулся молодому центуриону, не в силах скрыть покровительственных ноток в своем голосе.
- Все было намного бы проще, если бы вы предложили ему тот довольно интересный меч, который захватили, кажется, в Нижней Германии ...- Он улыбнулся, увидев прищуренные глаза Марка. - Да, если бы вы предложили ему Меч Леопарда, то он мог бы послужить довольно сочной наживкой, чтобы надеть его на крючок, а не несколько старых кусочков ржавого металла, которые вы забрали у племени, о котором никто никогда не слышал? Этот человек - серьезный коллекционер, по крайней мере, так ходят о нем слухи, оружия и других предметов, охватывающих всю историю Рима и восходящих к временам завоевания этрусков. Ходят даже слухи, что у него есть меч, который, как предполагается, был тем самым, который Одноглазый Гораций использовал, чтобы удерживать мост через Тибр почти семьсот лет назад, и только боги знают, какую цену он запросил бы, если бы выставил его на рынке.
- Неудивительно, что он так рвется, поучаствовать в убийстве видных вельмож римского общества. В их домах должны быть семейные реликвии, которые иначе никогда не увидят дневного света. Итак, как ты предлагаешь привлечь этого преторианца к нашему правосудию?
Эксцингус поднял блеклую бровь, глядя на трибуна.
- Как я предлагаю? Я не собираюсь ничего предлагать, трибун. Все, что я собираюсь сделать, это сообщить вам, где и когда, вы сможете добраться до этого человека. Как вы будете действовать дальше, полностью зависит от вас. А теперь, господа, насколько я понимаю, моя роль в ваших интригах против центуриона Дорсо подошла к концу, мне нужен провожатый до главных ворот или я должен найти дорогу сам?
- Итак, теперь вы рлняли, как расстояние влияет на ваш глазомер, когда вы следуете за человеком так, что давайте рассмотрим, как это работает на практике, не так ли?
Отряд собрался вокруг Кадира по его команде и сидел полукругом вокруг него, в то время как хамийский центурион оглядывал их, оценивая, насколько внимательно они следят за его словами.
- Представьте, что мы следуем за одиноким человеком, идущим по городу. Наша задача - держать его в поле зрения, пока он направляется туда, куда ему нужно, и, что мы должны ..?
Он сделал паузу и многозначительно огляделся по сторонам, приподняв бровь в немом вопросе. Ему ответил один из самых сообразительных солдат, собравшись с духом, чтобы обратиться непосредственно к офицеру.
- Убедиться, что он нас не видит, центурион?
