Тем не менее, он только что сделал ей предложение.
А она отказалась.
Поднявшись на ноги. Джудит пустилась в обратный путь. Не хватало ей еще потеряться. Если ее хватятся в доме, тетушка Луиза позаботится, чтобы у нее больше не было свободного времени.
Подойдя к черному ходу, она обнаружила, что кто-то запер дверь изнутри. Несмотря на усилия, тяжелая дверь не поддавалась, а на стук никто не ответил. Джудит пошла в обход к парадному крыльцу, отчаянно надеясь, что чаепитие в гостиной до сих пор продолжается и ей удастся проскользнуть наверх незамеченной.
Выйдя из-за угла и направившись ко входу в особняк, Джудит увидела, как конюхи ведут двух лошадей в конюшню, а лакеи выгружают из кареты целую гору багажа. Двое джентльменов стояли к Джудит спиной, и один из них отдавал приказания нетерпеливым, даже высокомерным тоном. Джудит резко попятилась и уже готова была скрыться за углом, как второй мужчина полуобернулся, и Джудит смогла разглядеть его профиль. Она недоуменно уставилась на него, а потом, забыв всякое смущение, бросилась к нему.
— Бран! — закричала она. — Брануэлл!
Брат обернулся, изумленно поднял брови, а потом с улыбкой поспешил ей навстречу.
— Джуд! — воскликнул он. — Неужели и ты тоже здесь? Чудесно! — Сорвав с головы шляпу, молодой человек сжал ее в медвежьих объятиях и поцеловал в щеку. — А все остальные тоже приехали? Мне нравится твоя шляпка, очень соблазнительно выглядит.
Брануэлл был одет по последней моде и выглядел необыкновенно мужественно и привлекательно. Светлые кудри развевались на ветру, а на милом мальчишеском лице играла ослепительная улыбка, адресованная сестре. Джудит уже и не помнила, что собиралась предать изощренной пытке каждую частичку его тела, до самого последнего пальчика.
— Нет, — ответила она на его вопрос. — Из всей нашей семьи пригласили только одного человека, и выбор пал на меня.
— Здорово! — искренне обрадовался Брануэлл.
— Но что ты здесь делаешь, Бран?
Прежде чем он успел ответить, к ним подошел другой джентльмен.
— Так-так-та-ак, — протянул он, окидывая Джудит таким красноречивым взглядом, за который отец, будь он сейчас здесь, долго ругал бы ее. — Ты меня представишь, Лоу?
— Это Джудит, — охотно подчинился Брануэлл, — моя вторая сестра. А это Хорэс Эффингем, наш сводный кузен.
А, так, значит, он все-таки приехал, этот сын дядюшки Джорджа от первого брака. Тетушка Луиза будет польщена. Джудит никогда его раньше не видела. Он был на несколько лет старше Брануэлла, которому недавно исполнилось двадцать два, и на пару дюймов пониже его. Хорэс был почти одного роста с Джудит. Он выглядел более коренастым, чем Бран, обладал темными волосами и довольно выразительной красотой. Когда он улыбался, обнажались крупные белые зубы.
— Кузина, — приветствовал он, протягивая ей квадратную гладкую ладонь, — очень рад знакомству. Признаться, я даже рад, что поддался на уговоры мачехи и приехал сюда, хотя чувствовал, что здесь будет жуткая скука. Я специально привез вашего брата, чтобы немного скрасить тоску. Возьму на себя смелость называть вас просто Джудит, раз уж мы близкие родственники. — С этими словами он поднес руку Джудит к губам и удерживал ее дольше, чем следовало.
— Эффингем — отличный парень, Джуд! — воодушевленно воскликнул Брануэлл. — Мы с ним ходили на скачки, и он учил меня правильно делать ставки, а потом водил меня в «Таттерсоллз» и советовал, как выбирать лошадей. Однажды он взял меня в качестве гостя в клуб «Уайтс», где я сел за игровой стол и выиграл триста гиней, прежде чем проиграть триста пятьдесят. Заметь, я потерял всего лишь пятьдесят гиней, тогда как джентльмены вокруг проигрывали сотни. Господи, «Уайтс»! Ты должна видеть это, Джуд, хотя, конечно, это невозможно, потому что ты женщина.
Джудит наконец пришла в себя после неожиданной встречи и оправилась от восторга. Брануэлл, единственный мальчик из пятерых детей — красивый, добродушный, веселый Бран — с детства был всеобщим любимцем. Отцу стоило огромных усилий отправить его учиться в школу, откуда он вернулся с весьма негативными отзывами. Правда, на игровом поле ему не было равных, и все мальчики считали его лучшим другом. Потом он поступил в Кембридж и, стиснув зубы, с трудом преодолевал каждый экзамен. Однако молодой человек не был заинтересован ни в церковной, ни в политической карьере, его не привлекали ни юриспруденция, ни военная или дипломатическая служба. Он не знал, чего хочет от жизни, и как-то даже сказал, что ему надо жить в Лондоне и общаться с нужными людьми, которые помогут понять, в какой области лежат его таланты и как ему лучше использовать свои возможности, чтобы заработать состояние.
За год после окончания Кембриджа Брануэлл спустил все деньги, которые отец отложил на его содержание, а потом и те, что были предназначены для скромного приданого четырем сестрам. Сейчас он подбирался к той сумме, которую отец отложил на черный день. Тем не менее, никто не мог противостоять обаянию этого юноши, и все надеялись, что он скоро перебесится и поймет, что пришло время восстанавливать благосостояние семьи. Даже отец, который отличался строгостью по отношению к дочерям, не видел в характере и поведении Брануэлла ничего такого, что не пройдет со временем.
— Рада познакомиться с вами, мистер Эффингем, — вежливо произнесла Джудит, высвобождая свою ладонь, как только это стало возможно. — И я безумно рада видеть тебя снова, Бран. Но мне надо спешить. Бабушка вот-вот проснется, и я должна узнать, не нужно ли ей чего.
— Бабушка? — переспросил Брануэлл. — Я и забыл, что старушка живет здесь. Она превратилась в старую каргу, Джуд?
Ей не понравился неуважительный тон брата.
— Я очень тепло к ней отношусь, — искренне произнесла она. — Как только приведешь себя в порядок с дороги, зайди к ней засвидетельствовать свое почтение, Бран.
— Если с бабушкой будет находиться Джудит, то я приду вместе с тобой, Лоу! — со смехом воскликнул Хорэс Эффингем.
Но Джудит не ответила на его слова, так как уже спешила к дому, сравнивая свое положение с положением Брануэлла. Она жила здесь на правах бесплатной служанки, тогда как брат приехал в качестве гостя. Тем не менее, именно он и был всему причиной — Брануэлл стал источником бед всей семьи. Если бы не он, она никогда не оказалась бы в том почтовом экипаже. Она не оказалась бы в Харвуд-Грейндж. Нет никакого смысла начинать жалеть себя. Джудит с облегчением отметила, что в холле и на лестнице никого не было. Поднимаясь в свою комнату, она слышала звуки голосов из гостиной.
* * *
Как и все члены семейства Бедвин, Рэнналф не питал особой любви ко всякого рода светским мероприятиям, будь то бал в Лондоне во время сезона, собрание в Брайтоне или на другом курорте, домашние праздники в любое время года. Он сразу понял, что праздник в Харвуде обещает быть ужасно пресным. К сожалению, избежать его было невозможно. Следующие две недели ему придется посвятить настойчивым ухаживаниям за мисс Эффингем. В течение этих четырнадцати дней или чуть позже он должен будет сделать ей предложение.
