Джудит повернулась к нему, и Бедвин увидел перед собой зеленые глаза, расширившиеся от изумления.
— Что? — переспросила она.
— Вы были невинной и неопытной юной девушкой, — продолжал он, — а меня трудно назвать невинным и неопытным. Я должен был догадаться, я должен был все понять во время... м-м... процесса.
— Вы чувствуете свою вину за то, что произошло между нами? — спросила Джудит, устремив на него недоумевающий взгляд. — Что за глупости! Ничьей вины здесь нет, все произошло по обоюдному согласию. Наше приключение закончилось, и лучше поскорее о нем забыть.
Если бы все было так просто!
— Ничего не закончилось, — возразил Рэнналф. — Я лишил вас девственности, и теперь вы, грубо выражаясь, порченый товар, мисс Лоу. Полагаю, вы не настолько наивны, чтобы не отдавать себе в этом отчета.
Щеки Джудит вспыхнули. Она резко поднялась на ноги и отвернулась, уставившись прямо перед собой.
— Что заставляет вас думать... — начала она.
— О, только не мой личный опыт, — заверил ее Рэнналф. — Я, можно сказать, был опьянен выпитым вином, вашей изумительной актерской игрой и вашими прелестями. Когда вы исчезли, хозяйка постоялого двора объяснила мне, почему она после первой же ночи сменила нам простыни. Она с удовольствием сообщила, что на использованном белье были пятна крови.
Услышав эти слова, Джудит вздрогнула, как от удара.
— Вы дочь джентльмена, мисс Лоу, — продолжал он, — хотя вы и не принадлежите к богатой и знатной семье. Вы принадлежите к социальному кругу, из которого ни члены моей семьи, ни мои друзья никогда не посоветовали бы мне выбрать невесту, но у меня нет выбора. Заметьте, я не виню вас. Я ругаю себя за то, что был ослеплен и не замечал очевидного, но теперь уже слишком поздно о чем-то сожалеть. Не окажете ли вы мне честь стать моей женой?
На этот раз она не шелохнулась. Ее тело напряглось. Она молчала так долго, что Рэнналф начал бояться, что она вообще не собирается отвечать. Но в конце концов Джудит нарушила тишину.
— Нет, — решительно и твердо проговорила она, развернулась и пошла вниз и остановилась у самой кромки воды.
Наверное, надо было сделать предложение в более мягкой форме, встав перед ней на колено и взяв ее за руку. А вместо этого он бросил ей в лицо жестокую правду. Эта девушка сразу почувствовала бы в его словах фальшь. Играя роль Клер Кемпбелл, она поразила его своим умом и проницательностью, его сильно тянуло к ней.
— Почему нет? — осведомился лорд Рэнналф.
— Да будет вам известно, что я не собираюсь быть ничьей обузой, — отчеканила она, — или пятном на чьей-то совести. Я поехала с вами по доброй воле, и я... я легла с вами в постель по доброй воле. Я давно хотела приобрести подобный опыт, поэтому не замедлила воспользоваться шансом. Вы абсолютно правильно назвали причину моего приезда в Харвуд. Маловероятно, что женщину в моем положении кто-то будет считать падшей или, как вы изволили выразиться, порченым товаром. Такие женщины, как я, неизбежно становятся старыми девами. Не скрою, перспектива стать в один прекрасный день замужней кажется мне соблазнительной. Я могу стать леди Рэнналф Бедвин, богатой и знатной. Но я не хочу становиться женой человека, который предложил мне руку и сердце под давлением обстоятельств, потому что оказался в ловушке. Я не стану обрекать вас на столь неравный и опрометчивый брак. Вряд ли вы будете чувствовать себя польщенным, если женитесь на мне и будете всю жизнь мучиться.
— Прощу прощения, — вмешался Рэнналф, — я не имел в виду...
— О нет, — поспешно сказала Джудит, — вы ничего не имели в виду. Вы выразились прямо. По какой, интересно, причине вы думали, что я соглашусь выйти за вас, лорд Рэнналф? Потому что вы сын герцога и сказочно богаты? Потому что мои надежды выйти замуж весьма туманны, даже будь я девственницей? Потому что, по правилам, я должна стать женой человека, который соблазнил меня и оказался достаточно благородным, чтобы сделать мне предложение, хотя вы, конечно, не соблазняли меня? Потому что вы сказали, что я окажу вам честь, если выйду за вас? Мой ответ — нет.
В душе Рэнналфа облегчение боролось с недоверием и неотступным чувством вины. Она явно обиделась на грубую форму, в которой было сделано предложение. Если он попросит ее как надо, может, она сделает правильный выбор?
— Простите меня, — проговорил он, — я просто думал, что вам претят откровенно льстивые речи. Позвольте мне...
— Нет! — Резко повернувшись, она посмотрела ему прямо в глаза. — Это было приятное приключение, лорд Рэнналф, которое не предусматривало продолжения. Мне было любопытно, я решила удовлетворить его, и мне это удалось. У меня не было абсолютно никакого желания продолжать эту связь и уж тем более выходить за вас замуж. Да и с какой стати? Я не настолько наивна и несведуща, чтобы не понимать, каковы собой люди вашего круга. В дороге я получила лишнее тому подтверждение, а ваши сегодняшние слова окончательно убедили меня в правильности моих предположений. Вы с гордостью говорили о том, что вы далеко не невинны и обладаете большим жизненным опытом. Вы сказали, что любой, кто знает, что к чему в этом мире, понимает, что такое поведение допустимо для джентльмена как до, так и после свадьбы. Даже если бы я хотела, я не вышла бы за вас. Как я могу сознательно выйти замуж за человека, которому этот брак в тягость и который отправит молодую жену прозябать в каком-нибудь тихом, респектабельном местечке, чтобы самому в это время развлекаться и флиртовать с женщинами, как будто он до сих пор холост? Вы были нужны мне для приобретения опыта, а не для замужества. Опыт я получила и не имею ни малейшего желания его повторять. Можете считать, что вам повезло! Теперь вам не придется терпеть издевательства друзей и недовольство вашего брата герцога Бьюкасла. Всего доброго!
Странно, несмотря на то что ее быстрая речь изобиловала горькими словами и она с трудом сдерживала гнев, несмотря на ее бедную, некрасивую одежду, эта женщина по-прежнему притягивала его, заставляя вспоминать то всепоглощающее сексуальное влечение, которое он постоянно испытывал к ней в течение полутора дней и двух ночей, проведенных вместе. До сих пор Рэнналф с трудом сознавал, что перед ним та самая волшебница.
— Это ваше последнее слово? — осведомился он.
— Что из сказанного мной недоступно вашему пониманию, лорд Рэнналф? — парировала она, не отводя от него взгляд.
Но прежде чем ответить, Рэнналф почувствовал, что они в розарии не одни. Вскинув голову, он заметил в арке садовника, который при виде хозяина смущенно откашлялся. Рэнналф вопросительно изогнул брови.
— Меня послали пригласить мисс Лоу в гостиную, милорд, — сказал он.
