"Завтра в четыре часа я стану его женой!" — я улыбнулась от этой мысли. "А теперь надо спать, а то в Загсе буду иметь бледный вид". Взяв подушку, на которой спал Глеб, я обняла её и стала засыпать.
В десять утра квартира превратилась в дурдом — сначала приехали мои подруги, потом приехали стилист и визажист. И началась подготовка к свадьбе — маникюру, макияжи, причёски, а в половину третьего меня стали одевать.
Если вначале я не нервничала, то к трём часам превратилась в комок нервов, и когда раздался звонок в дверь, я чуть не потеряла сознание.
Когда мы обсуждали с подругами свадьбу, я сразу поставила условие, что никаких выкупов и конкурсов проводиться не должно, но теперь уже жалела об этом. Сейчас бы мне не помешало лишнее время, чтобы успокоиться и взять себя в руки. "И как жаль, что мама с папой не дожили до этого дня" — на глаза стали наворачиваться слёзы, потому что в этот момент, мне как никогда, не хватало маминого мягкого голоса и улыбки, и папиного оптимизма.
Катя взяла меня за руку и поставила в центр зала, а потом крикнула Свете:
— Открывай!
Я перестала дышать, а внутри всё замерло в ожидании. Глеб вошёл в зал и улыбнулся мне искренне и открыто, и только после этого я смогла выдохнуть.
— Малышка, ты просто красавица, — нежно прошептал он, подойдя ко мне, и я почувствовала, что сейчас по щеке побежит слеза.
— Куда уж мне до тебя, — нервно ляпнула я, глядя на него. — И не стыдно тебе везти меня в Загс.
Он внимательно посмотрел на меня, а потом поднял руку и провёл пальцами по моей щеке. От этого жеста я окончательно расклеилась и почувствовала, как по щеке покатилась слеза. Глеб аккуратно её стёр и серьёзно сказал:
— Не плачь. Я обещаю, что сделаю тебя счастливой. Поверь.
— Я знаю, — промямлила я, пытаясь взять себя в руки.
Наклонившись, он поцеловал меня, а потом отстранился и, улыбнулся. На душе, после его слов и поцелуя внезапно стало легче, и вся нервозность прошла. Я улыбнулась ему в ответ и в этот момент меня ослепила вспышка.
— А теперь встаньте рядом, — возле нас начал суетиться фотограф и командовать нами.
Дальше я уже плохо понимала происходящее, вернее ничего не замечала, кроме Глеба. Послушно исполняя всё, что меня просят делать, я крепко держалась за его руку и боялась её отпустить.
Когда пришло время рассаживаться по машинам, я с трудом заставила себя разжать руку, и сесть в арендованный лимузин без него. Подруги всю дорогу мне что-то говорили, но смысл их слов не доходил до меня, и я желала только одного — скорее приехать к загсу и опять оказаться рядом со своим будущим мужем.
Как только мы подъехали туда, я выскочила из машины, не дожидаясь пока мне откроют дверь, и с улыбкой пошла навстречу Глебу, вышедшему из второй машины.
Церемония прошла быстро и как в тумане. После того, как Глеб сказал "да" я смотрела и видела только его, и Кате даже пришлось толкнуть меня локтем, чтобы я тоже сказала "да".
После загса мы сели с ним в лимузин, и как только захлопнулась дверь и машина тронулась, он усадил меня к себе на колени и стал целовать.
— Жена, — довольно протянул он, перестав меня целовать.
— А ты мой муж, — произнесла я, пытаясь привыкнуть к этому слову.
Прокатившись по городу, в половине шестого мы подъехали к ресторану, и начался банкет. Тосты и слово "горько" звучали через каждые пять минут, и к десяти часам вечера мне показалось, что у меня уже распухли губы от поцелуев, потому что я никогда в жизни столько не целовалась.
Сидя на диванчике, в объятиях Глеба я наблюдала за всеобщим весельем, и на душе было полное спокойствие, а в теле лёгкость от выпитого шампанского.
— А Катя всерьёз заинтересовала твоим боссом, — с улыбкой произнесла я, наблюдая, как они танцуют. — И как хорошо, что он согласился быть твоим свидетелем.
— Малышка, а давай сбежим, — прошептал Глеб мне на ухо. — Гости пусть веселятся, а мы поедем домой.
— Но ведь это некрасиво.
— Некрасиво мучить меня и так соблазнительно выглядеть, — он скорчил гримасу мучений и страданий. — Я целую ночь провёл без тебя и одних поцелуев мне мало. Я требую продолжения!
— Хорошо, — прошептала я, чувствуя, как на щеках загорается румянец. — Поехали.
Незаметно выскользнув из зала, мы сели в машину. Прижавшись к Глебу, я подставила губы для очередного сладкого поцелуя, но он чопорно сказал:
— Нет. Сначала приедем домой, иначе мы рискуем начать свою брачную ночь прямо на заднем сиденье этого лимузина.
— А знаешь, я не против, — улыбнувшись, ответила я. — Никогда не занималась этим в машине.
— Однажды мы это попробуем и в машине, но не сегодня. Даже не соблазняй! — твёрдо сказал он, пряча улыбку.
— Как скажешь дорогой, — я отодвинулась от него и стала смотреть в окно.
— Но маленькую разминку всё же можно начать и в машине, — не выдержав, он посадил меня к себе на колени и начал целовать.
Когда мы приехали к дому, я уже просто изнывала от желания. Глеб подхватил меня на руки и понёс в квартиру.
Не успел он поставить меня в спальне на ноги, как я уже протянула руки и стала его раздевать.
— Малышка, не спеши, и дай мне насладиться каждой минутой, — попросил он и, развернув меня спиной к себе, расстёгивая платье, начал целовать меня в шею. — Ты так умопомрачительно пахнешь, — прошептал он, снимая платье и проводя руками по голой коже.
От его прикосновений и его шёпота у меня начала кружиться голова и, не выдержав этой сладостной пытки, я развернулась и быстро начала расстёгивать на нём рубашку, а потом пояс брюк. Глебу ничего другого не оставалось, как сбросить с себя одежду.
Уложив меня в кровать, он наклонился и прошептал:
— Теперь ты моя до конца жизни. Запомни это, — это были последние слова, которые я отчётливо запомнила, потому что после них я погрузилась в океан наслаждения и любви.
Вся следующая неделя пролетела незаметно. Мне казалось, что такого счастья и такой радости я ещё никогда не испытывала. Глеб почти постоянно находился рядом со мной, только пару раз отлучившись вечером, потому что его боссу нужно было решить какие-то проблемы.
В остальное же время он всё время был рядом со мной и дарил мне себя без остатка. Мне нравилось просыпаться и засыпать в его объятиях, нравилось слушать его рассказы о тех местах и странах, где он побывал, нравилось с ним гулять по городу, когда на улице становилось темно. Мне нравилось в нём абсолютно всё, и счастье переполняло меня.
"И как я раньше жила без него?" — спросила я себя в субботу вечером, сидя на подоконнике в кухне и глядя в окно, ожидая приезда Глеба, которого опять вызвал босс.
