С 24 января по 6 февраля, — ответила Лиза.
Николай Романович быстро сверился с календарём и довольно кивнул:
— Прекрасно! Значит, свадьбу назначим на 25 января.
— Так скоро? — ахнула Елизавета. — Но как же… платье, салфетки, торт, само торжество? Я знаю, что на подготовку нужно несколько месяцев.
— Прости, внуча, — грустно произнёс дед, — боюсь, у меня нет этих месяцев. Но ты не переживай — у тебя будет самое лучшее платье и самый красивый праздник! После вы с мужем на недельку махнёте куда-нибудь к тёплому морю, хорошенько отдохнёте от забот и зимы. И ты сама не заметишь, как влюбишься, а Олег к тебе уже и так неравнодушен. Всё будет хорошо, стрекоза! Я завтра же поручу PR-менеджеру объявить о вашей свадьбе.
И ей ничего не оставалось, как согласиться.
Глава 11
Вечером приехал Кирилл Петрович и заперся с дедушкой в его кабинете.
Лиза с сожалением подумала, что это надолго, и на сегодня вождение отменяется. Но уже через полчаса начбез прислал ей сообщение: «Через двадцать минут навестите вашу новую собственность, я заберу вас оттуда».
Сначала она опешила, но потом подумала, что это разумно: ежедневные поездки в компании Рокотова могли навести на ненужные вопросы. А так всё шито-крыто: это её дом, она вольна в любой момент его посетить. И никто из дедушкиного дома не узнает, что она опять уезжала. Осталось решить, как идти — вокруг, по дороге или через сад?
Поразмыслив, Елизавета решила проверить короткий путь. И не прогадала: по расчищенным дорожкам она в пять минут дошла до калитки и проскользнула на соседний участок. Дорожки и там оказались чистыми и ухоженными.
С удовольствием обозревая свои владения, девушка вышла к площадке у дома, а там её уже поджидал начбез. Да не один, а в компании с красным Лексусом.
— Пора вам познакомиться и подружиться со своей ласточкой! — улыбнувшись, пояснил Рокотов. — Но сначала поведу я. Садитесь.
И мужчина распахнул перед ней дверь.
Лиза нырнула в салон, с трудом уняв забившееся сердечко: «Неужели сегодня я сяду за руль своей машины? Получится ли, всё-таки коробка автомат, а я на такой ещё не ездила?»
Но всё оказалось намного проще, чем она себе воображала: повинуясь ей, автомобиль послушно разгонялся и тормозил, трогался в горку и останавливался под уклоном.
«Боже, АКП — это настоящее чудо! С ней даже ребёнок сумеет управлять машиной», — ликовала она про себя.
— Так, на сегодня достаточно, — через час начбез прервал её упражнения.
А она ехала бы и ехала! Но безопасник прав — уже поздно, пора домой.
— До МКАД поведёте сами, потом поменяемся.
— Но я уже ездила по Москве! — возмутилась Лиза.
— Сначала надо привыкнуть к машине, — спокойно возразил ей Кирилл Петрович. — Тут нет второго набора педалей, поэтому случись что, я банально не смогу перехватить управление и исправить ситуацию. Не торопитесь, всё успеете: и наездиться, и возненавидеть московские пробки.
До МКАДа доехали до обидного быстро, и Лизе пришлось поменяться с Рокотовым местами.
Как только автомобиль снова набрал скорость, она мысленно вернулась к недавним событиям. То есть к стремлению временного мужа получить статус постоянного жителя посёлка и его угрозе оборвать жизнь дедушки, если внучка посмеет выйти из-под контроля.
Промучившись несколько минут, Елизавета решилась-таки поговорить с начбезом. Но выдать ему информацию не напрямую, а подать её завуалировано.
Мало ли — рисковать дедом она не собиралась, а Рокотов по должности просто обязан сразу обо всём ему докладывать.
Поэтому пусть будет кни… Нет, лучше фильм!
— Кирилл Петрович, можно задать вам несколько вопросов? Не про вождение.
— Задавайте.
— Прежде чем новый работник получает допуск в наш дом, вы его тщательно проверяете?
— Разумеется.
— И сиделок тоже?
— Всех: горничных, сиделок, курьеров, дворников и прочих, кто вхож в ваш дом или приближен к вашей семье. Изучаем в микроскоп и телескоп не только самих кандидатов, но и ближайших родственников, а также знакомых, отрабатывая все контакты. Почему вы спрашиваете, Елизавета Сергеевна? Заметили что-то странное: поступки, слова, поведение? У кого?
— Нет, ничего такого. Просто я вдруг подумала — прислуга проходит проверку только в самом начале и один раз, но что если… — Лиза помялась, подбирая слова. — Ведь может случиться такое, что сиделку или одну из горничных, которые долгое время служили верно и честно, однажды кто-то соблазнит или перекупит? Например, какой-нибудь нехороший человек, который желает причинить дедушке зло, узнал про слабое место нашего наёмного работника и шантажом или деньгами вынудил того пойти на преступление?
— Я понимаю ваше беспокойство, — спокойно ответил Рокотов, — и могу заверить — одной проверкой мы не ограничиваемся. За работниками всё время присматривают — негласно, ненавязчиво и любое изменение в их жизни немедленно становится мне известно.
— Хорошо, — Лиза прикусила губу и как в омут с головой — выпалила: — Если я попрошу вас тайно от дедушки взять у него анализы и проверить их в… независимой лаборатории — вы выполните мою просьбу? Анонимно, чтобы никто не знал, чьи они…
— Можно, конечно, — с расстановкой произнёс Кирилл Петрович, — но зачем?
— Затем, что я хочу убедиться в правильности лечения. Нет, я не думаю, что доктора мудрят или что-то в этом роде, но… — после непродолжительного молчания ответила она.
— Говорите, — начбез включил аварийку, свернул на обочину и остановил машину. — Вы что-то узнали? Елизавета Сергеевна, это очень серьёзное обвинение…
— Обвинение? Боже, нет! Просто я недавно посмотрела один фильм. И там такая ситуация: с главным героем, а это богатый мужчина, приключился удар. Но он выжил, просто превратился в лежачего больного. Родственники же мечтали поскорее получить наследство, а он всё не умирал. И тогда они подкупили сиделку, чтобы она начала больному давать увеличенные дозы лекарств. Несколько дней ничего не происходило, а потом несчастный просто не проснулся, и никто не узнал об убийстве, представляете? Врачи написали, что смерть произошла по естественной причине, потому что вскрытие не нашло ничего подозрительного. В крови и органах погибшего тоже не обнаружили ничего постороннего — лишь те препараты, которые он принимал по назначению врача. Просто не выдержало сердце.
— Лихо закручено! Но это кино, а в жизни, — хмыкнул Рокотов, — в жизни, Елизавета Сергеевна, убить человека, не оставив следов, очень непросто! Тем
