начбезу.
— Кирилл Петрович, му…ой жених рассказал, что дедушку нашли с телефоном в руке. Вы уже выяснили, кто ему звонил?
— Пойдёмте в машину, — Рокотов мягко приобнял Лизу, разворачивая её в нужном направлении, — не надо тут ничего обсуждать.
В машине они оказались вдвоём, но следом за массивным внедорожником начбеза ехал ещё один «танк», уже с охраной.
«Как принцессу караулят, — отрешённо подумала Лиза. — Господи, хоть бы дедушка очнулся!»
— Вы выяснили, кто ему звонил? — повторила она вопрос, как только автомобиль выехал со стоянки.
— Почти, — ответил Кирилл Петрович. — Этим утром у вашего дедушки состоялось несколько телефонных разговоров, и только один звонок пришёлся на личный номер Николая Романовича. Тот, который известен считанному количеству людей: вам, мне, Олегу Дмитриевичу и ещё двоим близким вашей семье людям. Понимаете, да? Ему позвонили на личный контакт, который нигде не фигурирует! Далее — вызов был осуществлён с неизвестного номера. Обычная практика — берут паспорт у какого-нибудь пьяницы, платят ему деньги и набирают кучу сим-карт разных операторов. В общем, там концов не найти.
— То есть вы ничего не узнали, — упавшим голосом спросила Лиза.
— Мы работаем, ещё не вечер. И кое-что уже есть: последней с вашим дедушкой разговаривала женщина. Случайно в момент, когда Николай Романович принял звонок, возле него находилась сиделка. Принесла лекарства, и ваш дедушка жестом выпроводил её вон, показав, что занят, не беспокоить. Она вышла, но успела услышать, как на его «Слушаю», из динамика донёсся женский голос.
*Дежа вю (от фр. déjà vu — «уже виденное») — психическое состояние, при котором человек ощущает, что когда-то уже был в подобной ситуации или в подобном месте.
Глава 12
Минули сутки, потом вторые, пошли третьи, но Николай Романович по-прежнему не приходил в себя.
Лиза приезжала к нему каждый день. Теперь ей разрешали оставаться подольше, и она сидела рядом, держала дедушку за руку и говорила, говорила. Перебирала все счастливые моменты их жизни, напоминала о мечтах и планах. И звала его, молила вернуться.
Олег регулярно появлялся в клинике, подгадывая время, когда там была Лиза. Но она уже через пять минут выставляла его из палаты. Теперь ещё сильнее, чем раньше, Елизавета ощущала его посторонним, чужим человеком. Хоть у Левина и было, что называется, алиби, ему на самом деле именно сейчас, пока ещё не отгремела фальшивая свадьба, смерть Рузанова-старшего была совершенно невыгодна. Как и холдингу. Потому что крупный контракт, над которым дед вместе с исполнительным работали последние месяцы, повис на волоске. Ибо капризный партнёр, узнав о состоянии владельца Техногрупп, решил повременить с подписанием.
И даже зная всё это, всё равно в произошедшем Лиза винила Олега.
Дедушке звонила какая-то женщина, причём, на личный, недоступный простым смертным, номер.
Кто?
Любовница? Вряд ли.
Во-первых, дед всю жизнь чётко разграничивал семью и представительниц эскорта. Скорее всего, после смерти жены у него и были содержанки, но Лиза никогда о них не слышала, не то чтобы быть с ними знакомой.
Во-вторых, дедушке 77, он уже два года болеет и сильно сдал. До плотских ли ему утех?
Но если звонила не содержанка, то кто дедушку посмел побеспокоить и довести до приступа?
И первой на ум приходит Карина.
«Да, с её стороны это была бы непростительная глупость, но где ум и где любов… Ах, простите, оговорилась — любимая женщина Левина?»
Возможно, Лизе во многом ещё недоставало жизненного опыта, но подстроенная Кариной встреча в кафе, а также то, как она держалась с Елизаветой, что говорила и как при этом себя вела, прямо указывали, что эта женщина способна на безрассудные поступки.
Если Олег проговорился любимой о состоянии Николая Романовича и упомянул, что тому противопоказано волнение и стрессы, то эта порядочная стер…лядь вполне могла напакостить. Раз у неё есть доступ к телу Левина, то есть доступ и к сотовому.
В любом случае, у неё точно есть и мотив.
Но Лизу смущало одно — Олег ещё не получил акции и прочие бонусы от брака с ней, с Елизаветой. А значит, ускорив события, Карина вредила в первую очередь своему будущему супругу!
От мыслей пухла голова.
Вот и третьи сутки прошли, а улучшений в состоянии больного не произошло.
Лиза просидела в палате несколько часов, пока за ней не приехал Левин и буквально силой не увёл её из клиники.
— Ты себя доведёшь до истощения. Хочешь лечь рядом с ним? Садись в машину, отвезу тебя домой.
— Дедушка…
— Куда он денется? Завтра навестишь.
— Завтра экзамен, я только после обеда освобожусь. А вдруг он… Нет, я останусь тут на ночь, — и она выскочила из машины.
Но не успела сделать и пары шагов, как Олег догнал и остановил.
— Господи, очнись уже! Твой дед в коме. В коме, понимаешь, что это такое? Ты ничего не можешь изменить, только время зря тратишь, просиживая тут. Лучше бы занялась подготовкой к экзамену или своей свадьбой. Кстати, почему я должен выбирать салфетки, снимать пробу с торта и объяснять организатору, почему невеста ничем не интересуется?
И Лиза сорвалась.
— Какой торт⁈ Ты с ума сошёл? У меня дедушка без сознания, мне не до спектаклей! Никакой свадьбы не будет, пока он не поправится! И еще, — Елизавета понизила голос, вспомнив, что находится на парковке возле клиники и тут полно зрителей, — я не уверена, что этот спектакль вообще состоится!
— Это не я, это ты сошла с ума! — зашипел Левин и больно схватил её за руку. — Ты что несёшь, хочешь, чтобы всё пошло прахом? Из-за болезни Николая холдинг и так штормит, все боятся перемен. Что до внешних связей, то конкуренты на низком старте, а партнёры до сих пор не выводят активы только по одной причине — Рузанов успел объявить о нашей свадьбе! То есть фактически назвал имя преемника — меня! Меня все знают, уважают и доверяют…
— Зря, — бросила Лиза. — Зря уважают и доверяют. И с первым утверждением не соглашусь — тебя, Олег Дмитриевич, они не знают! Ты шантаж…
— Заткнись, дура! — Левин метнул взгляд по сторонам и — Лиза не успела ни воспротивиться, ни пискнуть — втолкнул временную жену обратно в салон автомобиля.
— Правда глаза колет? — от отчаянья её несло. — Посмотрим, что останется от твоей репутации, когда
