— Прекрати! — приказал он, настойчиво отталкивая меня.
Такого я не ожидала, поэтому потеряла равновесие и плюхнулась в горячую воду, подняв фонтан хлорированных брызг, намочивших мне волосы. Я гневно запыхтела, сложила руки на груди и обратила на него презрительный взгляд. Ну все, хорошенького понемножку. И двойной агент Киска, и я были крайне возбуждены и о-о-о-о-очень недовольны.
— Да что с тобой такое, Кроуфорд? — Я, сделав движение руками, изо всех сил хлопнула по воде и обрызгала его.
Он неторопливо вытер воду с лица, но грудь вздымалась, указывая на то, что Ной был далеко не спокоен.
— Я стараюсь не причинять тебе лишней боли, — произнес он сквозь сжатые зубы. — А ты сейчас делаешь для меня эту задачу чертовски сложной.
Я шагнула вперед и снова села на него. Взяв в руки его «дружка», приставила к своему входу, готовясь все делать сама. Он пытался отбиться, но если я что-то задумываю, то превращаюсь в упрямую распутницу. И в ту минуту мне нужно было что-то доказать самой себе. Утром Ной сбежал, как только я сама бросилась на него, и меня это совершенно не устраивало. Противно, когда тебе дают от ворот поворот.
— Хорошо! Ты этого хочешь? Ты это получишь! — выпалил он, а потом, схватив меня за бедра, резко опустил.
— А-а-а! — одновременно завопили мы. Только мое «А!» было в смысле: «твою мать, как же больно!», а его — скорее, «черт, как приятно!». Получилось слишком много восклицательных знаков, но совершенно обоснованно.
Я с шипением всосала воздух, впилась пальцами в его плечи и прижалась лицом к его шее, стараясь не двигаться, потому что от этого было бы еще больнее.
Его горячее дыхание коснулось моего уха.
— Видишь? Я же говорил… Но нет, тебе обязательно надо лезть на рожон. — Руки его успокаивающе прошлись по моей спине, и он продолжил: — Может, разрешишь мне решить, когда ты будешь готова? У меня в этом деле опыта побольше твоего.
Я кивнула, все еще не дыша и не в силах говорить. Ной медленно поднял меня и осторожно посадил себе на живот. Убрав с моего лица волосы, погладил по щеке.
— Я тебе обещаю, следующие два годы мы будем часто и много трахаться. Я в самом деле очень ценю твое желание доставить удовольствие и себе, и мне. Из-за этого мне так тяжело было с тобой в спальне.
В другой раз я бы посмеялась, подумав, что он решил, будто я без ума от него и его чудовищного приятеля. Но сейчас смеяться мне совершенно не хотелось. Слышать это было больно, и я почувствовала себя побежденной. И потом, я и вправду была без ума… От его «дружка», не от него.
Я не дура. Я знала, что ненормально испытывать такие чувства к человеку, которого ты должна ненавидеть. Я и ненавидела его, но в мыслях и в теле у меня все перемешалось. Может, это какой-то извращенный стокгольмский синдром? Похоже, объяснить все эти странности можно тем, что я в прямом смысле заложницей не являлась. Меня не заставляли ничего делать против воли. Я подписала контракт, даже сама вписывала в него условия. Короче говоря, я совсем растерялась.
Ной приподнял мне подбородок и мягко поцеловал меня в губы.
— Извини, что сделал тебе больно, — прошептал он, упершись лбом в мой лоб. — Все только для удовольствия, а не для боли.
— Ради твоего удовольствия, — напомнила я.
Закрыв глаза и вздохнув, он сел ровно.
— Поначалу да. — Он снова вздохнул и посмотрел на свою руку, которая гладила мою грудь. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо, Дилейн.
А то я этого не хочу! Интересно, чем я все утро пыталась заняться?
Я встала и повернулась к нему. Пальцы мои заныли от желания прикоснуться к его волосам, и я оказала им эту маленькую услугу. Ной взял меня за бедра и придвинул к себе, рот его припал к моему соску. Но мне хотелось большего. Поэтому я поставила одну ногу на сиденье рядом с ним и нажала на его плечо, чтобы он, оторвавшись от меня, сел ровно. Потом то же самое я проделала со второй ногой и, обтекая водой, встала в полный рост. Двойной агент Киска оказалась прямо напротив его лица и выпятила губы для поцелуя.
Ной одной рукой обхватил мои ноги, чтобы я не упала, и вопросительно посмотрел на меня. Ореховые глаза — калейдоскоп оттенков…
С полуулыбкой я сказала:
— Сделай мне хорошо, Ной.
А потом взяла его за волосы и потянула к себе.
Ной усмехнулся, глаза его просветлели от желания, он прикусил нижнюю губу и покачал головой.
— Откуда ты взялась, Дилейн Талбот?
Ждать ответа он не стал. Его рот прижался ко мне, губы стали целовать, посасывать мои складки, пока язык делал свое волшебное дело. Моя голова запрокинулась, я громко застонала, просто чтобы он знал, как мне приятно. Пальцы его крепко прижались к моим бедрам, я почувствовала его силу и поняла — можно не бояться упасть. Я прижимала его к себе все сильнее. Потом его умелый язык проник в меня, и я отпустила его волосы, чтобы он мог свободно двигаться.
— Боже, за такое можно и самой платить, — простонала я.
Язык его закружился вокруг клитора, потом он легонько пощекотал распухший комок нервов зубами и начал нежно посасывать.
— Да, здесь, — выдохнула я, сжимая бедра и снова схватив его за волосы, чтобы направить.
Он продолжал сосать, быстро поглаживая клитор языком. Неизъяснимо сладостное томление зародилось внутри, и у меня задрожали ноги. Ной взялся обеими руками за мои ягодицы и прижал к себе. Потом пальцы его оказались у моего входа, но он не стал их вводить. Вместо этого нащупал сморщенную кожу заднего прохода, надавил и вошел в него.
Я закричала. Внутри у меня как будто что-то взорвалось, тело начало биться в конвульсиях. Я бы испугалась, что у меня подкосятся ноги и я упаду, если бы не была так ошеломлена ощущениями, которые расходились по мне через каждую клеточку тела.
— Да, киса, — не отрывая от меня рта, хрипловатым, сладострастным голосом произнес он. — Кончай. Кончай для меня.
Я так крепко держала его за волосы и так сильно вжимала его в себя, что было непонятно, как ему удается издавать какие-то членораздельные звуки. Было удивительно, как он вообще может дышать.
Он снова сжал губами клитор и начал медленно водить пальцем сзади во мне, отчего через меня прокатилась новая волна оргазма. К этому времени у меня перед глазами уже летали хвостатые звездочки. Я не знала, сколько еще выдержу, но останавливать его не собиралась.
Однако волосы его я отпустила, давая ему свободу действий. Он же, судя по всему, воспринял это как сигнал остановиться.
Взять на заметку: в следующий раз, когда лицо Ноя Кроуфорда окажется у меня между ног, руки с его затылка не убирать.
