– Годарду не понравилось бы такое сравнение.
– Вы же не думаете, что я имела в виду вашего брата. – Мэллори оглядела коридор и, убедившись, что он пуст, сказала: – Я говорила о типах, которые напали на вас, о тех, у кого под лохмотьями были надеты кольчуги.
– Вы тоже это заметили? – Он прищурился, и девушка задумалась, что же он пытается утаить на этот раз? – Тогда почему у реки вы упомянули Жака Злодея?
– Эти люди могли выполнять его приказ.
– Воры в рыцарских кольчугах?! – От нелепости подобного предположения Саксон презрительно фыркнул.
Мэллори скрестила на груди руки, подавляя искушение схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы вбить немного здравого смысла в его упрямую голову.
– Если они воры, то вполне могли их украсть.
– Бои идут далеко от Пуатье, так что мародерам здесь мало чем можно поживиться.
– Как бы то ни было, мы не знаем, связаны ли они с Жаком Злодеем.
– Верно, – нехотя признал он.
– Ничто не указывает на связь этих людей с теми, кто стрелял в королеву, – сказала Мэллори, пытаясь рассеять свое собственное беспокойство.
– Вам удалось узнать еще что-нибудь о стрелках?
– Я отнесла стрелы мастеру Ивону в надежде, что он заметит что-то, что ускользнуло от нас. Он обещал мне на днях дать ответ.
– На днях? Жизнь королевы в опасности!
– Ему это известно, поэтому он и торопится готовить стрелы для ее лучников. Мы также не знаем, связаны ли мерзавцы, напавшие на вас с сэром Годардом, с угрозой, посланной на стреле в мою комнату.
– На вас не нападали.
– Возможно, угроза адресовалась не мне.
– Ее послали в вашу комнату!
– Но это вы стояли тогда у окна на виду у любого, кто целился из лука.
Саксон открыл было рот, но тут же закрыл его. В глазах его появилось изумление, и он уставился на Мэллори, словно впервые ее увидел.
Очень тихо, опасаясь, что кто-нибудь может подслушать, девушка сказала:
– В свое время я не подумала об этом, но факты говорят сами за себя, Саксон! Стрелу пустили, когда вы сидели у окна. Так что предостережение скорее относилось к вам, чем ко мне.
– Или же к нам обоим. – В голосе его звучала тревога.
– Я только недавно во дворце. Чтобы узнать, что это окно моей комнаты…
– Нужно всего лишь иметь глаза. Говорю же вам, вы сидели у окна в то утро, когда приехали.
– Откуда вы знаете?
– У меня есть глаза. – Он подступил к ней ближе.
Тревожный сигнал вспыхнул в ее мозгу, побуждая отодвинуться. Однако Мэллори не шевельнулась, лишь гордо вздернула подбородок.
– Вы за мной следили?
– Я случайно увидел вас у окна, когда был в саду. – Он подошел еще ближе. – Кто-нибудь еще тоже мог вас увидеть, в том числе и тот, кто пустил стрелу, которая, по вашему мнению, предназначалась мне. По этой причине вы последовали за мной, когда я вышел из города?
Мэллори кивнула. Невозможно было произнести хоть слово, когда его палец, слегка касаясь, скользил по ее щеке, заставляя сердце учащенно биться.
– Я и не предполагал, что, поклявшись защищать королеву, вы взялись еще охранять всех при ее дворе.
«Не всех, – хотела сказать Мэллори. – Только тебя!» Но, не произнеся этих предательских слов вслух, она отвернулась от него, прежде чем успела, как ее мать, совсем потерять разум и позволить мужчине вынудить ее раскрыть свои мысли в обмен на его ласки.
– Если с вами что-то случится, королева будет переживать, – сказала девушка.
– Только она одна?
Мэллори сжала кулаки. Во имя Святого Иуды! Не хватало еще, чтобы он втянул ее в свои игры! Она предпочитает прямой, откровенный разговор, как в аббатстве.
– Представляю себе, как расстроится леди Элита и ее подруги, если вас не будет рядом, чтобы петь им баллады и туманить головы изящными стихами.
– Ведь вашу голову я не затуманил ничем подобным, верно?
Не успела она ответить, как низкий рев разнесся по коридору:
– Саксон! Как долго ты собираешься где-то болтаться? Мне нужна твоя помощь!
– Кажется, он решил, что вы его оруженосец, – сказала Мэллори под град проклятий, низвергавшийся через дверной проем.
Когда Саксон направился к двери, девушка поспешно спросила:
– Саксон! Сэр Годард видел… Видел, во что были одеты мерзавцы?
– Заметь он что-то необычное, непременно сказал бы б этом, – ответил Саксон.
– Саксон! – снова послышался крик. – Куда к черту ты провалился? Заканчивай поскорее с этой шлюхой, дай ей монету или две и возвращайся сюда, помоги мне!
Саксон улыбнулся Мэллори.
– Шлюха? Как Годард заблуждается на ваш счет! Скажи я ему, что вы прибыли из монастыря…
– Нет! Не вздумайте говорить об этом! Вы обещали королеве никому не рассказывать об аббатстве Святого Иуды!
– Я пошутил, Мэллори. – Саксон легким движением пальца, показавшимся ей восхитительно интимным, дотронулся до ее подбородка. – Но если он так сильно ошибся в вас, кто знает, что может взбрести ему в голову?..
Девушка даже не улыбнулась в ответ.
– На тех головорезах под лохмотьями были кольчуги… – Мэллори осеклась.
Саксон помрачнел, глаза его вспыхнули искренним чувством, которое ей так редко приходилось видеть.
– Что вы об этом думаете?
– Страшно произнести.
– Согласен. – Саксон хмуро посмотрел на дверь, за которой сэр Годард снова выкрикнул его имя. – Невозможно себе представить, что королеве грозит еще большая опасность, чем мы с вами предполагали.
Мэллори обхватила себя руками, а Саксон вернулся к Годарду и плотно закрыл за собой дверь. Заторопившись в свою комнату в покоях королевы, Мэллори подумала, что для того, чтобы успешно защитить королеву Элеонору, надо придумать что-нибудь экстраординарное. У нее было несколько идей, и она надеялась, что одна из них помешает врагу, который, возможно, находится совсем рядом и готовит следующий удар.
Глава 8
– Что тебе удалось узнать о стрелявшем в меня лучнике? – спросила королева Элеонора.
Она сидела в кресле у нетопленого камина в своих личных покоях. Дождь стучал по широкому откосу окна, выходившего в сад, объятый тишиной. Было очень душно.
Королева куталась в теплый плед, но на лице ее не выступило ни капли пота. Рядом с ней графиня Мария трудилась над вышивкой. Обе держались беззаботно, однако камеристка королевы Амария стояла у двери, словно охраняя ее.
– Пока я ничего не узнала, ваше величество, – с плохо скрываемой досадой ответила Мэллори.
– А насчет нападения на Саксона и Годарда Фицджаста на берегу реки тоже ничего не известно?
– Нет, ваше величество, – с горечью ответила Мэллори.
Королева Элеонора вздохнула и покачала головой.
