садовник стал розоветь, а потом поднялся. Алый фонтан из его горла и ноги стал мельчать и вскоре совсем прекратился. Но самое страшное было то, что в какой-то момент Левков обернулся к столу, взял с него нож и аккуратно ткнул им в крупные артерии своего собеседника.
Все это мы наблюдали в обратном порядке. Как только Святослав убрал нож, я остановил заклинание.
Левков вздрогнул и удивленно вытаращился на меня:
— Владимир Иванович? Откуда?.. Как?.. Что-то случилось? — ошарашенно спросил он.
Осознав, что он не исчез, пришла моя очередь обалдело смотреть на него. Как получилось, что он остался здесь? А кто же остался в комнате⁈
— Игорь Васильевич, — проигнорировав вопрос Святослава, я глянул на стражника, — а вы можете сейчас послать в наши комнаты человека, чтобы он привел Григория Чернышова?
Начальник смены не сразу ответил, он, раскрыв рот, уставился на появившегося Святослава и живого садовника.
— Артем… — глухо позвал он, — ты жив?
— Игорь, что происходил? Откуда такие странные вопросы? — Артем похлопал себя по комбинезону и хохотнул. — Конечно, живой! Что мне сделается-то? А вот вы откуда тут взялись да еще в таком составе?
— Потеряли нашего Святослава, — ответил я за Игоря Васильевича и криво улыбнулся. — Подскажете, о чем вы беседовали?
— Дык о крови! — отозвался Артем. — Я рассказывал вашему сотруднику, насколько это важная жидкость.
— И предложили ткнуть себя в шею? — мои брови поднялись.
— Что? Нет! Бред какой. Вы рехнулись, что ли?
Святослав моргнул и наклонил голову к плечу, обдумывая сказанную мной фразу.
— Знаете, Владимир Иванович, какое интересное совпадение, — потянул он. — Мне как раз до жути захотелось порезать Артему Михайловичу артерии.
— На бедре и шее? — спросил я.
— Именно.
Садовник сильно побледнел, услышав слова Святослава, и отшагнул от него, спрятавшись за дверью.
— Это твое желание или кем-то навязанное? — продолжал я допрос своего мага.
— Вот это-то и странно, — он дернул плечом. — Мое сознание будто раздвоилось. Я уже был готов вытащить нож, а тут увидел вас и остановился. И мозги сразу на место встали. Не нравится мне это. Боюсь, я больше не смогу вас сопровождать в этом путешествии. Прошу закрыть меня одного в комнате. Или в камере.
Он вытянул руки в сторону стражников, и Игорь Васильевич озадаченно посмотрел на меня. В его глазах явно читался вопрос, как ему поступить.
— Думаю, с этим мы повременим. Дождемся Голубева и Коровина. Там и решим, — я повернулся к начальнику стражи. — Вы сами все видели. Садовник убит не моим человеком. Это первое. Второе, на нем заклинание подчинения. И в связи с этим мне нужно срочно переговорить с архимагом.
Игорь Васильевич совсем растерялся. Не каждый день увидишь, как труп оживает, появляются из ниоткуда маги, а гость просит немедленной аудиенции с самим архимагом.
— И еще, — сказал я чуть тише, — вы не могли бы мне рассказать, почему Ряскин так среагировал на некроманта?
* * *
— Мы сидели, разговаривали, — взахлеб говорил Дмитрий, — а он взял и исчез! Только следы крови остались на кресле.
— Я глазам своим не поверил! — добавил его брат. — Даже руками все потрогал, думал заклинание какое. Но его на самом деле не было! Даже Гриша растерялся, что не смог удержать ауру. Вот мы и выскочили в коридор.
Этот разговор состоялся почти через два часа после случившегося. К архимагу я не попал, зато Коровин и Голубев успели принести булавки, и Левков все вспомнил.
В том числе и свое пребывание у Соколова в комнатах. Оказалось, Степан действительно успел применить свое коронное заклинание. Оно было очень тонко рассчитано. Святослав не должен был убить кого-то, а именно навести шороху, чтобы подставить весь особый отдел.
Неприятно, но в то же время это сыграло нам на руку. Теперь-то Соколов старший от наказания сына не отвертится.
— А зачем вы меня вызвали-то на склад? — Григорий высунулся из комнаты и извиняющимся тоном добавил: — уже можно заходить.
Он отступил от двери и по привычке уселся на подоконник.
— Хотел узнать, остался ли Левков в комнате, — отозвался я. — Да и думал, вдруг ты сможешь увидеть, кто был таинственным убийцей. Но ты в таком состоянии прилетел, что распугал всех в саду и его окрестностях. Чую, архимаг еще спросил меня за того парня, что сиганул через забор и повис на нем, зацепившись штанами.
Маги хохотнули. Им хорошо, они в это время находились в комнатах и не ощутили той мощи, с которой полыхнул Чернышов. У меня самого, кажется, седина скоро появится, если еще раз я такое испытаю.
Так или иначе, за всей суетой мы благополучно пропустили ужин. Да и не особо хотелось. Больше всего на свете я мечтал не в столовой сидеть, а убраться из этого города подальше.
Но увы, пока это невозможно.
Я смотрел на болтающих магов и все думал, что нас ждет дальше. Моя фантазия решительно отказывалась даже представлять. Тут тайны, интриги и расследования на каждом шагу, даже ходить далеко не нужно.
Кстати, о ходить. Я вспомнил про Голубева.
— Андрей, а что ты нашел в оранжерее? Ты такой загадочный был, — с улыбкой спросил я.
— Ковальдовский тогда же сказал, что под кустом находятся остатки погреба, вот мне и стало интересно. Я обошел все дорожки и проверил каждую плиту. И я думаю, что там все еще есть тайный склад.
— И чем тебя порадовала эта находка, — не понял я.
— А вход туда закопан прямо под тем кустом, возле которого я стоял, — сияя, как новенькая монета, ответил Голубев.
— Так, он закопан, значит, им уже давно никто не используется, — блеснул знаниями Артем.
— Не уверен. Земля
