Поможешь бедной девушке избавиться от тел?
Я усмехнулся.
— Только за отдельную плату.
Её смех прозвучал, как шёлковая завеса, разрываемая осколком, стали.
Глава 10
После того, как мы с Кроуэль разделались с телами, она отправилась обратно в трактир, где намеревалась отдохнуть, а я с Неком направился домой. Снег тихо хрустел под ногами, а холодный ветер трепал шёрстку Нека. Дом Ханны, как всегда, выглядел уютно, создавая тёплый ореол вокруг.
Когда я открыл дверь, меня встретил аромат свежего хлеба и варёного мяса, рот мгновенно наполнился слюной. Ханна выглянула из кухни, её лицо сразу озарилось радостью.
— Ты вернулся, ня! — воскликнула она, бросаясь ко мне. Её тёплые объятия и звонкий смех мгновенно заставили меня забыть о недавних трупах.
— Да, вернулся, — сказал я, обнимая её в ответ. — Нек, ты следующий. Иди, принимай свою долю любви.
— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, мяо, — фыркнул Нек, спрыгивая с моего плеча и усаживаясь на подлокотник кресла у камина.
— Ужин почти готов, ня. Садитесь, скоро всё будет на столе, ня, — сказала Ханна, её голос звучал радостно, но взгляд задержался на моём лице чуть дольше обычного.
Я снял куртку и сел в кресло, наслаждаясь теплом. Нек уютно устроился рядом, а Ханна хлопотала на кухне, время от времени бросая на меня быстрые взгляды.
После ужина, когда мы все собрались у камина, она наконец решилась спросить:
— Ты выглядишь задумчивым, ня… Что-то случилось, ня?
Я посмотрел на неё. Интересно, кем теперь после проведённой ночи и признания она нас считает? И стоит ли давать нашим отношениям ярлык. Хоть я и не испытывал к ней таких же глубоких чувств, как она ко мне, но она определённо мне нравилась, с ней я чувствую себя немного человечнее и не кажусь себе таким чужим в этом мире. Поэтому я решил: Ханна, ты определённо будешь моей самой любимой игрушкой, и не важно, куда я уйду или кем стану, я заберу тебя с собой. А любой, кто покусится на тебя… смерть, это лучшее, на что они смогут надеяться. Я знал, что предстоящий разговор её расстроит, но молчать не имело смысла.
— У меня есть ещё одно задание, — сказал я тихо, не отводя глаз.
— Задание, ня? — её голос стал тише. — И ты… опять уйдёшь, ня?
Я кивнул.
— Кроуэль попросила помочь с одним делом. Это важно.
Она опустила взгляд, её пальцы нервно скользили по краю пледа. Было видно, как при упоминании Кроуэль она прикусила губу: ревность вот, что она сейчас испытывала, но и закатывать скандал она не желала.
— Я понимаю, ня, — сказала она, но в её голосе слышались нотки грусти. — Ты должен делать то, что должен, ня.
— Ханна, — я протянул руку, коснувшись её пальцев. Она посмотрела на меня. — Как только я вернусь, мы пойдём на свидание. Ты выберешь место, и весь день будет посвящён только нам двоим.
Её глаза загорелись мягким светом, и слабая улыбка тронула её губы.
— Обещаешь, ня?
— Обещаю, — сказал я, слегка наклоняясь и касаясь её губ лёгким поцелуем.
Вечер прошёл в тихом, почти семейном уюте. Камин трещал, распространяя мягкое тепло. Нек лежал, свернувшись клубком у меня на коленях, а Ханна сидела рядом со мной, её голова покоилась на моём плече.
— Нек, тебе тут нравится? — вдруг спросила Ханна, её голос звучал с улыбкой.
— Очень, мяо, — пробормотал он, не открывая глаз. — Здесь тепло, уютно, и кормят хорошо, мяо.
— Рада слышать, ня, — засмеялась она. — А тебе, Сноу, ня? Тебе здесь уютно, ня?
Я посмотрел на неё; я знал, какие слова сделают её счастливой.
— Знаешь… Это единственное место, где я могу расслабиться и по-настоящему почувствовать себя дома. Даже во время путешествий я с теплотой вспоминаю о доме и о тебе.
— Подтверждаю, он много рассказывал о доме и о девушке, что его ждёт, мяо, — подал голос кот.
— Эй, не сдавай меня, — усмехнулся я, погладив Нека по мягкой шерсти.
Ханна счастливо вздохнула, она закрыла глаза и посильнее прижалась ко мне.
— Нек, что ты думаешь о других обычных животных, ня? — любопытно спросила Ханна.
— Настоящие животные слишком примитивны, мяо. Я — высший представитель своей категории, мяо! — гордо проговорил Нек.
— То есть ты не ладишь с обычными кошками? И некогда не пробовал завести романчик с одной?
Нек недовольно прошипел.
— Прекрати, Сноу, мяо, это то же самое, если бы ты захотел завести романчик с коровой, мяо. Она может показаться симпатичной и даже даёт молоко, но она всё равно останется неразумным животным, мяо. А сама мысль об этом претит мне, мяо. Не скажу, что не задумывался о поиске кого-то и избавлении от одиночества, мяо, но варианты меня совсем не устроили, и я просто смирился, мяо, — его бушующее негодование под конец сменилось грустью.
Похоже, это для него больная тема. Нужно будет на досуге поразмыслить над этим, то, на что не подымится сделать лапа Нека, моя рука поднимется спокойно.
Я, ничего не комментируя, просто положил руку ему на голову и нежно погладил. Через пару минут он тяжело вздохнул и лёг обратно.
Перед тем как сменить тему, я задал последний вопрос.
— Скажи, а сколько ты уже в этом теле? — спросил я, продолжая его гладить.
— Больше ста лет, мяо. Я давно перестал считать, мяо. Будь я обычным котом, давно бы уже умер, мяо. Но поскольку моё тело было призвано из другого измерения, я даже не представляю, сколько проживу. Возможно, я и вовсе бессмертен, мяо, — усмехнулся Нек.
— А поэтому при заключении договора ты сказал, что договор будет длиться до моей смерти?
— Да, всё именно так, мяо.
Я усмехнулся и задал новый вопрос, чтобы сменить тему на что-то более весёлое.
— Нек, Ханна, если бы вы могли есть только одно блюдо каждый день, чтобы это было?
— Мясо, мяо, — не задумываясь ответил Нек.
А вот Ханна глубоко задумалась.
— Наверное рыбку, ня, — ответила она, смотря мне в глаза. — А ты, Сноу, что бы ты ел каждый день?
— Пожалуй, что-нибудь сладенькое, — я взял Ханну за подбородок, — Например, тебя, моя
