в угли.
— Боже мой, — усмехнулся я. — Они горят лучше, чем дрова, может, захватим с собой парочку?
Пока жрец пытался достать нас своей магией, мы методично уменьшали численность его приспешников.
Мы уничтожали нападающих. Мои руки врезались в их тела, ломая кости и разрывая плоть. Кровь брызгала фонтанами, заливая площадь. Нек мелькал между ног, как чёрная молния, разрывая горла и оставляя за собой мёртвые тела; Линна тоже не отставала и убивала эльфов без сомнений.
Жрец взревел, видя всю бесполезность своих попыток и смерть своих агнцев, призывая магическую бурю. Взяв из чащи чьё-то сердце, он быстро съел его. Тело начало изгибаться и трансформироваться: кожа покрылась густой чёрной шерстью, как уголь, а руки превратились в когтистые лапы. Он, поднявшись, открыл зубастую пасть и пронзительно угрожающе завыл.
Да он же оборотень, а я как-то не прихватил свой серебряный меч; придётся справляться руками, как обычно.
— Ты пожалеешь, что встал на нашем пути! — его голос напоминал звериный рык.
— Серьёзно? Я бы угостил тебя косточкой, но ты был плохой собачкой. — Я ухмыльнулся, размяв пальцы.
Мы бросились в схватку. Его удары были быстрыми и мощными, но я ловко уклонялся, отвечая серией атак. Одним мощным прыжком я приблизился к нему в плотную и схватил его за руку, оторвав её с силой. Кровь хлынула, окатив меня горячим потоком, но я лишь улыбнулся.
— О, смотри-ка, у тебя что-то отвалилось.
Некросс тем временем активировал сферу, которая высасывала души убитых нами жителей из окружающего пространства. Сфера засветилась, и в ней снова появилось движение, а жрец, заметив это, завыл от ярости и бросился к Неку.
— Ну уж нет, — сказал я, перехватывая его по пути и запрыгивая ему на спину.
Несколько мощных ударов посыпались на позвонки оборотня, пока не послышался хруст, и его лапы подогнулись, и жрец рухнул на землю, обращаясь обратно в эльфа.
— Нек, да ты настоящий мастер по созданию хаоса, — прокомментировал я.
— Каков хозяин, таков и питомец, мяо, — усмехнулся кот.
Я подошёл к сфере и поднёс её к глазам.
— И сколько там душ? — из интереса спросил я.
— Пятьдесят шесть, мяо, очень даже неплохой улов, мяо.
— А я-то всё думал, зачем ты сказал прихватить её с собой. Какой же, ты плохой, котик, — язвительно заметил я.
— Я котик, который заботится о своём хозяине, и вот такая штучка будет незаменима при кризисной ситуации, мяо. — Серьёзно ответил Нек.
Вдруг наш разговор прервал болезненный хрип жреца.
— Вы уничтожили всё, что мы поддерживали на протяжении многих веков, но раз уж нам суждено отправиться в небытие, вы отправитесь вместе с нами, — сказал он хрипучим голосом, раздув черный амулет в руке и испустив последний вздох, умер с улыбкой на лице.
Сначала ничего не происходило, как вдруг земля под ногами затряслась,
По периметру всей деревни из земли выскочили каменные столбы с светящимися символами, и когда все поднялись в полный рост, просто взорвались каменными осколками. Кроуэль вскрикнула, когда один из осколков пробил ей бок.
Так вот где она была? То-то оттуда враги на нас совсем не шли.
Всё на пару мгновений затихло, пока рука в когтистой перчатке не вылезла из земли. Упёршись ей в землю, появилась вторая, и, упёршись второй, он вылез из земли полностью.
Это был тёмный эльф под два метра ростом в красивой диэдрической броне, его кожа была тёмной, но не черной, как у обычных тёмных эльфов, а скорее тёмно-серой, мертвенно бледной, а безжизненные глаза холодно смотрели на нас.
Не нужно быть гением, чтобы понять, что это их герой, которому они поклонялись — Вир'Калеор.
Если не ошибаюсь, но для краткости буду звать его просто Вир или воин, но тот жрец говорил, что он вознёсся и стал богом? Что-то не похож он на бога, если только на бога червей или на бога тухленького мясца.
Видимо, жрец нехило так вешал лапшу своим братьям и сестрам.
Воин осмотрел побоище, что мы устроили, после чего обратился к нам:
— Хорошо, что вы избавились от этого мусора, — его голос был глубоким и скрипучим, — они извратили всё, во что я когда-то верил.
Он посмотрел мне прямо в глаза.
— Воин, у меня есть к тебе пара просьб; для начала выслушаешь мою историю?
Немного поразмыслив, я уселся на ближайший порог дома и махнул ладонью в согласии его выслушать.
Ну а что? С меня не убудет немного послушать, да и интересно узнать о нём. Нравился он мне чем-то, хоть и был древним трупом, но кто без недостатков?
— Четыреста лет назад началась великая война между светлыми и тёмными эльфами, — начал он. Я тогда ещё был мальчишкой, но уже хотел отправиться на войну за свой народ и отправился. Вначале я был лишь мальчиком на побегушках, но после первой битвы, где я самолично убил одного из офицеров вражеской армии, меня признали и назначили командовать десятком. Но я не желал останавливаться на этом, мне нужно было больше силы и за короткий срок.
Он остановился, его взгляд стал тяжёлым.
— Я встретил колдуна, и он набил мне особое магическое тату. Теперь, сразив врага, я должен был пожрать его сердце, и тогда его сила станет моей. И так я становился всё сильнее после каждой битвы. Не успел я опомниться, как уже командовал тысячами. После очередной выигранной битвы я вернулся на время в родную деревню, где и позорно умер от руки своей же возлюбленной. Пока я был на войне, она спала с моим братом,
Но они слишком боялись, что я об этом узнаю и убью их, поэтому она отравила меня, а мой родной брат проткнул кинжалом моё сердце. Такова история Вир'Калеора «великого» воина, которому поклонялись эти фанатики.
Он сделал паузу, затем продолжил:
— Спасибо, что выслушал меня. Моя вторая просьба — это умереть в бою с сильным воином вроде тебя. Удовлетворишь мою эгоистичную последнюю просьбу?
Ну что тут сказать, не повезло? Нет, просто он был слишком наивен. Если бы он не был так слеп, то заметил бы странности и убил бы их быстрее, чем они бы даже подумали. Так что и жалеть его я не стану, но не скажу, что он мне не по душе.
— Может, вместо смерти будешь служить мне? —
