— Я все хотела встретиться с вами, — говорила Люси. — Пару раз я видела Адел в деревне. Она сущее наказание, верно?
— Еще какое! — рассмеялась Элма.
— Ага, а вон наши мужчины? — внезапно воскликнула Люси. — Видите? Та лодка с красным бортом. — Она крикнула рыбакам что-то и замахала руками.
Мужчины в лодке тоже заметили их и поприветствовали. Элма не знала, как ей себя повести, и ограничилась вялым жестом в ответ.
— Я думала, ваши лодки побольше этой посудины, — сказала она, обращаясь больше к себе, чем к Люси.
— Точно больше. Лодка Рона годится для рыбалки в компании с приятелем, только когда на море полный штиль.
Элма насилу оторвала взгляд от лодки, застывшей на гладкой поверхности моря. Даже на расстоянии Крейтон смотрелся великолепно.
— Хорошо, что они снова вместе, — продолжала меж тем Люси. — Когда Кеннеты приезжали сюда каждое лето, Крей с Роном были не разлей вода. А сейчас Крея так долго здесь не было.
В голосе женщины мелькнула нотка грусти, и Элма сказала:
— Я уже поняла, что смерть жены была для него настоящим ударом.
Люси кивнула.
— Да. Они были так счастливы. Я еще не встречала мужчину, столь подходящего для семейной жизни, как Крей. Он просто боготворил Мелли.
Мелли… Очевидно, это имя его покойной жены.
Люси вздрогнула, как будто сообразила, что ей следовало бы промолчать. Коснувшись руки Элмы, она извиняющимся тоном произнесла:
— Простите. Но я полагаю, вы уже знаете о той истории.
Элма кивнула, и лицо собеседницы просветлело.
— Как бы то ни было, мы все рады, что он наконец выходит из депрессии. И теперь, когда вы тут, ну и…
Элма моргнула, ничего не понимая.
— Я хочу сказать, когда мы узнали, что вы приехали и проведете здесь какое-то время, то были просто счастливы, что Крей нашел кого-то, кто скрасит его одиночество. Вот и все. — Она показала рукой на небольшой выступ внизу на скалах. — Это лучшее место для сбора яиц. Я спущусь и буду подавать их вам наверх, идет? А потом мы их разделим поровну. — Она обернулась к карапузу: — Билли, солнышко, сиди здесь и жди мамочку. — Эти слова подкрепил леденец, ловко выуженный из кармана и торжественно переданный малышу.
Ребенок послушно уселся на землю и сосредоточенно занялся целлофановой оберткой. Элма молча последовала за Люси, но, когда они достигли края утеса и черноволосая женщина приготовилась спуститься, она сказала:
— Думаю, это какое-то недоразумение. Я приехала сюда вовсе не затем, чтобы навестить Крейтона. До того как я ступила на землю вашего острова, я мистера Кеннета в глаза не видела. Моя сестра убежала из дому, привлеченная брачным объявлением в газете. Это Бен все придумал. А так как связь с островом прервана и туман помешал Ларкину прилететь еще вчера, мы были вынуждены остаться.
Люси взглянула на нее широко открытыми глазами.
— Вы шутите! Бен послал объявление, ища себе новую мать? — Она внимательно посмотрела Элме в глаза, и лицо ее осветила грустная улыбка. — Бедный мальчик. Никогда не понимала, зачем Крей отправил его в эту школу. Кажется, когда умирает близкий тебе человек, самое время держаться поближе к детям. — Она бросила на сынишку взгляд, исполненный любви. — Я бы так поступила. Да и любая мать тоже.
Элма кивнула.
— Между ними не все ладно. Но я не могу понять, в чем дело.
— Точно, — согласилась Люси горестно. — Когда Рон пригласил Бена порыбачить вместе с ними, Крей так странно посмотрел на сына и сказал «нет». — Она уже добралась до гнезда и вынула оттуда два продолговатых, белых в серую крапинку яйца, оставив еще одно лежать на месте. — Что за кошка между ними пробежала. — Со вздохом Люси передала спутнице яйца, прибавив: — Мужчины не такие, как мы. Когда нам плохо, мы, наоборот, стремимся окружить себя друзьями, семьей. А мужчины убегают, предпочитая зализывать свои раны в одиночестве. И при этом на все вопросы еще гордо отвечают: «Со мной все в порядке». Дурацкая мужская гордость, вот как я это понимаю.
Элма осторожно уложила яйца в корзину.
— Понимаю, — тихим эхом отозвалась она, на самом деле не думая, что все так просто. Хотя было очевидно, что Крейтон все еще тяжело переживает гибель жены. Он боготворил Мелли. Немудрено, что он так одинок сейчас и не желает допустить в свою жизнь никакую другую женщину. Раненный один раз жизнью, он просто не хочет получить следующий дар. Элма вздохнула, удивившись, до чего грустным вышел этот вздох.
Люси передала ей еще два яйца, как бы невзначай спросив:
— Он ведь вам нравится, правда?
Застигнутая врасплох прямым вопросом, Элма вспыхнула до корней волос и, чтобы скрыть замешательство, быстро ответила:
— Боюсь, я очень мало его знаю.
Люси одарила ее новой улыбкой.
— Желаю удачи, — произнесла она со всей добротой, на которую была способна. — Крей слишком великолепный мужчина, чтобы тратить свою жизнь на безутешную скорбь.
Элма с трудом справилась с возникшим невесть откуда комком в горле и постаралась перевести разговор на другую тему:
— А что это за яйца?
— Морских чаек, милая. — Люси уже перебралась к другому гнезду и вытащила оттуда два новых яйца, на сей раз светло-зеленых с черными точками.
— Протухшие? — спросила Элма, скорчив гримаску.
Люси расхохоталась.
— Это яйца кайры. На вкус они гораздо лучше, чем выглядят.
— А почему вы не взяли эти? — поинтересовалась она у аборигенки, заметив, что мимо одного из гнезд та прошла, словно не увидев его.
— О, это яйца трехпалых чаек, — услышала он? в ответ. — Они не отнесены к вымирающим видам однако их численность в последние годы резко уменьшилась…
Истошный крик прервал ее объяснения, и обе женщины как ужаленные резко повернулись в сторону моря. Один из мужчин в красной лодке явно сражался с каким-то подводным чудовищем, и удочка в руках рыболова то полностью погружалась в воду, то изгибалась дугой.
— Крейтон, — прошептала Элма пересохшими губами. — Что случилось? — спросила она дрожащим голосом у подруги.
— Сдается мне, они подцепили огромного палтуса. — Передав еще четыре зеленоватых яйца, она добавила: — Эти малютки достигают в весе трехсот фунтов. Но тот, что сейчас стремится сорваться с крючка, потянет на восемьдесят-девяносто, не более.
— Боже мой! — воскликнула Элма. — Это опасно?
Черноволосая женщина обернулась к ней и спустя секунду разразилась хохотом.
— И еще как — для рыбины!
— И что вы с ней будете делать? — полюбопытствовала Элма.
— Мы обычно коптим свежевыловленную рыбу или высушиваем ее и солим. Тут все общее. Жизнь на острове суровая, и часто улов бывает скудным. За исключением Рождества, когда Крейтон дарит каждому жителю по прекрасному копченому лососю. — Во взгляде Люси промелькнул какой-то огонек, и она осторожно спросила: — Вы здесь всего неделю, но то, что успели узнать о Крейтоне, не внушает вам симпатии, верно. — Это прозвучало скорее как утверждение.
