звучал так же буднично, как и во время нашего с ним путешествия из города в замок. — Однако же вынужден признать, что твоя воля к жизни превзошла мои ожидания. Потому еще раз повторю: ты полон сюрпризов!
— Не стану скрывать, вы тоже меня удивили! Думаю, вы более не настаиваете на том, что являетесь посланником бургомистра Скуэли?
Про защитные амулеты меня расспрашивал, даже свой подарил. Правда, «немножко» разряженный, чтоб наверняка — местные обыватели совсем уж невысокого мнения о магах, если даже не допускают мысли, что «ученик волшебника» способен проверить уровень заряда. И на конфронтацию с Амелией тер Берин меня старательно настраивал. Вроде как заботился обо мне, а на самом деле провоцировал на агрессию и неадекватное поведение — чтобы я все время боялся за свою жизнь, не думал ни о чем, кроме борьбы за наследство, и доверял бы только ему одному.
— Конечно, не настаиваю, — усмехнулся Берин, вальяжно поигрывая мечом. — Просто денек покрутился в магистрате, выяснил, кого пошлют в Кри оформлять наследство, да и заявился к Пагносису прямо с утра, якобы от бургомистра. Ничего сложного.
— Какая же вам от этого выгода?
— Отчего бы не помочь старому знакомцу, тем более когда за это предлагают неплохие деньги? Впрочем, тебе это уже ни к чему, — ответил тер Анри и бросился в атаку, рассчитывая быстро решить вопрос в свою пользу.
Несмотря на темноту и отсутствие боевого опыта, я парировал два удара, сбросил его клинок в сторону и успел повернуться к Симусу ровно в тот момент, когда он попытался ткнуть меня мечом в бок. Живо отскочив в сторону, я рубанул по атакующей руке, но меч со свистом рассек воздух — не один я тут такой быстрый.
Не сговариваясь, Берин и Симус разошлись в стороны, заставляя меня пятиться назад, чтобы держать в поле зрения обоих противников. Следующую атаку они начали одновременно, почему-то не захотев нападать по очереди, как очень часто делают злодеи в голливудских фильмах.
Пришлось изрядно попотеть, маневрируя и меняя темп, парируя удары, уклоняясь и контратакуя в ответ. Несмотря на все усилия опытных воинов, никому из них пока не удавалось продырявить мне шкуру. Меч не только вселял в меня уверенность, он будто подпитывал меня энергией, позволяя не просто суматошно отбиваться от матерых мечников, но плести свои кружева, участвуя в общем танце, безумно красивом и смертельно опасном. Более того, с каждой секундой крепла убежденность в том, что я перетанцовываю обоих, и, происходи схватка на открытой местности, мне бы не составило труда одержать победу.
Однако же в тесноте замкнутого пространства бесконечно вести бой со столь умелыми противниками, оставаясь при этом невредимым, невозможно. Только я парировал атаку одного, как тут же приходилось отбиваться от второго, только ускользал из-под удара Симуса — и сразу переключался на отражение укола от Анри. На свои контратаки почти не было времени. Нужно было что-то предпринять, а то еще и свечи грозились совсем догореть в самом скором времени и окончательно погрузить комнату в темноту. Свечи! Ну конечно же!
— Неплохо его Вальтер натаскал, — на секунду остановившись, отметил Анри Берин, тяжело при этом дыша. Выходило, что не мне одному трудно давались эти ночные «танцы».
— Вальтер сам так не умеет, — возразил командир замковой стражи, по широкому кругу снова пытаясь зайти мне за спину.
Что-то он еще хотел добавить, да я слушать не стал, сочтя момент удобным для осуществления внезапно возникшего плана. Резко бросившись в атаку на Берина, я заставил его попятиться и проскочил в лишь на короткий миг открывшийся передо мной проход между противниками.
У стола я развернулся, чтобы встретить лицом к лицу бросившихся за мной убийц. Здесь им приходилось действовать в относительной тесноте — тыл теперь у меня был прикрыт. Правда, и я оказался ограничен в маневре, но это сейчас было не так важно.
Сдвинув ногой лавку, чтобы вплотную подойти к столу, я протянул за спину левую руку, стараясь нашарить на его поверхности подсвечник. К моему большому удивлению, это удалось сделать с первого раза. Возникло даже смутное подозрение, что он сам прыгнул мне в руку. Не теряя времени, я с силой его встряхнул, отправив в лицо Симусу капли расплавленного воска.
Зашипев от боли, тот попятился назад, инстинктивно вскинув руки к лицу. Самое время было добить мерзавца, но ему на выручку бросился товарищ. Вытянувшись стрелой, тер Анри попытался проткнуть мой правый бок. Но вместо преследования главного стражника замка я отступил на шаг, отбил клинок Берина в сторону и огрел не сумевшего вовремя вернуться в позицию нападавшего подсвечником по голове, вслед за чем всадил меч ему в живот.
Оправившийся от горячего воскового душа Симус был уже тут как тут. Пришлось толкнуть в его сторону только что выбывшего из игры подельника, заодно высвободив из его тела оружие. Получилось весьма удачно: стараясь увернуться от нежданной преграды, стражник на миг замешкался, и это решило исход дела. Вытянув руку, я снизу-вверх вогнал клинок ему прямо под подбородок.
Уж не знаю, были ли Симус с Анри Берином друзьями по жизни или их свело вместе общее дело, но смерть свою они встретили в моей комнате замка Кри с разницей всего в несколько секунд.
— Ух! Спасибо! — прошептал я, обращаясь сразу к мечу и подсвечнику с единственной, чудом еще не потухшей свечой. Я по-прежнему не понимал, как у меня получается так фехтовать, но так ли уж это важно? Главное, что получается, и мне это чертовски нравится.
Пора, однако, действовать дальше. Не со всеми участниками заговора еще сведены счеты.
— Все сюда! — на всякий случай крикнул я, осторожно приближаясь к приоткрытой двери в коридор.
Кто его знает, сколько людей было задействовано в операции по лишению меня жизни? Умом-то понимаю, что Анри и Симус вряд ли бы полезли вперед сами, оставив простых воинов в резерве, но лучше все же перестраховаться.
Коридор был пуст. Плотно закрыв дверь в полную трупов комнату, я направился в гости к дражайшей родственнице. Заряженный мини-арбалет снова был при мне — болтаясь на перекинутом через шею ремешке, он довольно больно шлепал меня по бедру. Нужно будет на досуге что-то придумать для удобства.
Вот и господская спальня. В очередной раз поправив ремешок арбалета, я осторожно постучал левой рукой, в правой при этом на всякий случай сжимая рукоять верного меча. Дверь открылась так быстро, словно Амелия дожидалась
