– известный продюсер, вы должны его знать. Можете в интернете почитать! Отец во мне души не чает, и, если я его попрошу и скажу, что вы относились к нам гуманно, он не обидит. Найдем способ, как с вами связаться и передать деньги.
Чем дальше я делилась своей идеей, тем пламеннее и искреннее выходила моя речь. Лицо Валеры сделалось задумчивым, и я вдохновенно продолжила:
– А Стасяну мы ничего не скажем! Когда он приедет, сделаем все как было. Но хотя бы несколько часов мы сможем провести в человеческих условиях…
Пока Валера раздумывал, я взглянула на растерянного Тараса. Интересно, а в самом деле, где его машина? Может, где-то рядом? Тогда на ней отсюда и уедем… Но как Тарас здесь оказался? Выяснить это можно, только оставшись наедине, но я сомневалась, что такое возможно. Учитывая масштабы заброшенного корпуса, вряд ли нас будут держать вместе.
– Сколько дашь? – наконец спросил Валера.
– А сколько нужно? – оживилась я. – Скажите, меня похитили из-за денег?
– Никому не нужны деньги твоей мамки, в том-то и дело, – поморщился Валера. – И вообще, никто тебя не похищал. – Тут мне захотелось возмущенно заорать: «Здрасте, дяденька! А как же это называется?!», но я промолчала. – Просто попросили во время шумихи, которая должна начаться, припрятать тебя. Пока босс с твоей мамкой выясняет отношения.
Что за шумиха должна начаться? Мы с Тарасом удивленно переглянулись. Какие еще отношения у мамы могут быть с загадочным боссом? Никогда не подумала бы, что она как-то связана с преступным миром.
– Так сколько дашь? – повторил Валера.
Настроен он явно решительно, поэтому мне стоило поторопиться с ответом. Пообещать Валере деньги – наш единственный шанс на какие-то действия. С завязанными руками Тарас точно не сможет мне помочь. А сейчас пусть хотя бы ему просто разрешат сходить в туалет… Кто знает, что будет в смену этого Стасяна и сколько нам предстоит здесь проторчать.
– Сколько попросите! – искренне пообещала я.
Сумма, которую назвал Валера, к моему удивлению, оказалась не такой большой, и я быстро кивнула:
– Идет! А теперь развяжите руки Тарасу и отведите его туда же, где была я.
На мгновение мне пришла мысль, что сейчас Тарас все-таки сорвется. Я уже отчетливо представила, как Соколов после освобождения бьет в лицо Валеры кулаком… А потом мы несемся по темному лесу на свет луны и вокруг воют волки… Но Валера вдруг внезапно выудил откуда-то внушительный ствол, и я икнула от страха.
– Думали, я вас на понт беру? – усмехнулся наш похититель.
Ему понравилось, какое впечатление на меня произвел пистолет. Настоящее оружие я увидела впервые, и чувства, которые испытала при этом, мне не понравились.
В то время как меня охватила паника, Тарас выглядел уж слишком серьезным и сосредоточенным. Наверное, в отличие от меня он ожидал такого развития событий. Когда они вдвоем вышли из столовой, я от страха не смогла сдвинуться с места. Шутить и ерничать больше не было желания. Мне захотелось плакать. Мы попали в руки самых настоящих психов! Кто знает, на что они способны. Версия об отвергнутом сумасшедшем поклоннике сейчас казалась мне самой правдоподобной.
Я напомнила себе, что поддаваться панике нельзя. Пока Валера и Тарас отсутствовали, я прислушивалась к каждому шороху и старалась настроить себя на позитивный лад. До того как я увидела в руках у Валеры пистолет, опасности от него не исходило. Мы сносно общались, и мне даже удалось выйти на сделку. Я, конечно, молодец. А еще Валера сказал, что не хочет мокрухи, и это тоже вселяет надежду. Есть шанс, что он не пристрелит Тараса по пути в туалет.
Лишь когда в коридоре послышался негромкий разговор, я выдохнула с облегчением. Ни ссор, ни споров… Больше всего на свете я боялась услышать звук выстрела. В столовую они вошли, что-то горячо обсуждая, и Валера даже слабо улыбался. А я чуть под стол не свалилась от радости, что Тарас жив и невредим и ему хватило ума не вступать в схватку с вооруженным преступником, но меня обескуражил их непринужденный смол-ток. Точно так же он вернулся и со «свидания» с Евой Никитиной. Тарас снова негромко сказал что-то Валере, и тот весело гоготнул. Как Соколову это удается? Да еще и абсолютно бесплатно. Я-то уже наобещала Валере золотые горы, а в их отсутствие восхищалась своей собранностью и «умением» вести переговоры с преступником…
Тарас как ни в чем не бывало уселся рядом со мной на стул, придвинул к себе тарелку с бутербродами и принялся жевать.
– Ты больше не будешь? – кивнул он на еду.
Я помотала головой:
– Что-то не хочется…
Аппетит и в самом деле пропал. В такой обстановке, зная, что преступник вооружен, кусок в горло не лез. Тарас же, наоборот, активно жевал и вдруг беспечно выдал:
– Мы с Валерием уже обо всем договорились. За те бабки, что даст ему твой отец, он поселит меня в соседнюю комнату. Только когда Стасян придет, конечно, перееду обратно в подвал. Но это наш маленький секрет, ведь никому не хочется делиться, да, Валерий?
Рыжий Валера, почуяв наживу, вдруг смущенно заулыбался.
– Когда вы успели спеться? – прошипела я Тарасу.
– Думаешь, ты одна умеешь языком чесать?
Если честно, так и думала. Решила, что Тарас будет махаться направо и налево, как он это умеет, а я поступлю мудро и выступлю в роли переговорщика.
– Ты ему веришь? – осторожно кивнула я на Валеру.
– Не то чтобы верю, но куда деваться? Он реально думает, что твой батя ему за наш комфорт заплатит.
– Эй, молодежь, о чем вы снова шепчетесь? – нахмурился Валера.
– Нам бы чайку, – нагло заявил Тарас, и, к моему удивлению, Валера поспешил исполнить его просьбу.
Когда он вернулся с двумя стаканами кипятка и чайными пакетиками, я решила снова задобрить нашего похитителя.
– Я говорила Тарасу, как здорово, что вы разрешили не ночевать ему в этом холодном подвале. Это очень гуманно!
– Какая ты умная девочка! Гуманно, конвенция…
– Я ж говорю, она у нас светлая голова. Светило науки, – жуя бутерброд, кивнул Тарас.
– Да вы оба светлые головы, – хмыкнул Валера.
– Вообще-то я отличница, – поспешила сообщить я.
Боже, Сырок права: я настоящий противный ботан.
– И у тебя нет друзей, – снова согласно кивнул Тарас.
Я одарила его убийственным взглядом. Захотелось связать Соколова с ног до головы и пинком отправить с лестницы обратно в его подвал.
Чай в стаканчиках медленно остывал, а за окном уже плыл синий предрассветный сумрак.
– Ну чего расселись? – поторопил нас Валера. – Здесь вам не санаторий. Как совсем рассветет, Стасян приедет.
Слова про санаторий прозвучали
