Вы ж-же сами понимаете — в горах легко укрыться, — сразу затараторил Сморкин. — Здесь леса, здесь тропы… «Лимонники» — контрабандисты, которые тайком перетаскивают товары через ханьскую границу. Я не имею с ними ничего общего!
— Конечно, не имеете, — киваю. — Раз вы всё еще дышите, значит, я вам не верю. Но отныне моя гвардия контролирует всю вашу землю до тех пор, пока не вычистит всех бандитов. И подпишем договор об охранных услугах — зачистка произойдет за ваш счет. Вы же не против, господин сосед?
— Н-нет, — тяжело роняет Сморкин. — Ага, а до тех пор вы побудете моим гостем, — указываю на бронемобиль. — Прошу в карету.
Сморкин бросает отчаянный взгляд на свою гвардию, словно умоляя о помощи. Но те вдруг заинтересовались облаками на небе да полевыми цветочками в траве. Еще и ремни автоматов перекинули через спины, всем видом демонстрируя свою невоинственность.
Поняв, что боевая поддержка у него фиктивная, Сморкин тяжело топает к бронемобилю. Долго у себя я не буду держать соседа. За два дня прочистим его имение, избавимся от бандитов и наведем порядок, а потом отпущу Сморкина с испытательным сроком. Если вынесет правильный урок — то установим добрососедские отношения.
А уже через пару дней вместе с женами вылетаем в Москву. С собой я также взял роту гвардейцев и тавров-дружинников, ну и телохранителей-ящеролюдей. Ах да, еще и Змейку с Дубным. Общение с Бирюзовыми обещает быть горячим, а потому не стоит пренебрегать живой силой. Тем более, что Стяжковы устраивают осенний бал. Мои бывшие враги и боярские союзники не забыли позвать и меня с супругами. Какая честь! Я искренне польщен! А заодно и обклеен энергопластырями, просто на всякий случай. Будет неплохая разминка перед церемонией в Кремле.
К этому времени мы уже почистили всех «Лимонников». Земли Сморкина полностью освобождены от наемников. К сожалению, знали бандиты немного полезного. Их лидеры были лишь пешками в игре, не обладающими серьезными сведениями или стратегическими планами. Но и я ничего не потерял, наоборот только приобрел.
В процессе операции гвардия обнаружила несколько тайников с оружием и припасами, которые пригодятся бойцам. Более того, удалось захватить важные документы, указывающие на сеть контактов и потенциальных союзников банды, что может помочь в дальнейших действиях против Бирюзовых и их вассалов.
Что же выиграли Бирюзовы? Тот телепат в коме успел сообщить кому-то по телефону несколько сведений о таврах. Однако ничего секретного там не было. Так, общая информация о рогатых иномирянах и их обычаях.
Со всей этой бандитской мелочью не забыл я и об Организации. А потому урвал несколько часов для более интенсивного развития Стоеросова. Еще и всех легионеров предупредил, что, возможно, в скором времени грядет сильный враг, а потому сейчас не время загорать на морском пляже, надо качаться и расти.
Дома Кира с Гепарой встречают нас радостно, чего не скажешь о скелете-попугае. Мой заклятый враг выглядит измотанным Рыжиком, но еще полным сил и злого намерения спереть у меня очередную вкусняшку при любой удобной возможности.
— Шеф, соскучился по Кеше? — улыбается Кира, заметив, как я пристально смотрю на тварюгу на ее плече.
— До смерти, — соглашаюсь, от чего некромантка счастливо смеется.
Бал уже завтра, а жены срочно принимаются за приготовления. Гепара помогает девушкам, а Кира уходит работать, оставив мне Кешу. Усевшись на карниз для штор, попугай злобно зыркает в мою сторону.
— Когда-нибудь я обязательно добавлю в Легион некроманта, — обещаю дурацкой птице. — А потом заставлю тебя закопаться глубоко в землю, как собачьи кости.
Конечно, умертвие нисколько не пугается угрозы. Что неудивительного: у меня не могло бы быть слабовольного главного врага. Только бесстрашная тварь из самого ада…
— Кешечка, иди сюда, мой сладкий! Я тебе клювик почищу! — раздается голос Киры из коридора, и попугай послушно уносится к хозяйке.
Что ж, пора и мне делами заняться. Полтора дня уходит на разъезды по городу. Сначала навещаю Алису с Василисой в «Валентино», чему красавицы-помощницы очень радуются. После корпорации заезжаю в Академию к декану.
— Да-да, Данила Степанович, — кивает Морошкин. — Фирсов уже сообщил о вашем желании закончить учебу экстерном. Я ничего не имею против. Составим расписание экзаменов, и вы будете сдавать их согласно графику.
— Благодарю, господин декан. — Не думал, что выйдет так просто. Спасибо, старому ликвидатору, что позаботился.
На следующий день суматоха перед балом начинается рано вечером. Жены бегают по всему дому в отчаянных поисках сережек или колготок. Даже Лакомка, обычно всегда с лукавой улыбкой, сейчас выглядит сосредоточенной, словно готовится к тяжелому бою. Наконец мои благоверные собираются, нарядные и красивые. Все они одеты в элегантные желто-коричневые платья, оттеняющие их естественную красоту и символизирующие цвета глаз филина, нашей гербовой птицы.
— Мелиндо! — с упреком произносит альва, глянув на мой смокинг. — Почему у тебя красная бутоньерка? Надо желтую! — она моментально формирует в руке желтую розу и заменяет цветок на моем лацкане. — Теперь порядок! — удовлетворенно заявляет альва, улыбаясь.
На балу мы производим фурор. Всё благодаря единому стилевому решению Лакомки. Гости не могут отвести взглядов от стройной фигуры моей главной жены, утонченное желто-коричневое платье подчёркивает каждый изгиб её тела. Пунцовые от восторга Лена, Света и Камила тоже купаются в лучах чужого восхищения.
Что ж, так и задумано. Я вывел своих жен в свет не только для того, чтобы они отдохнули, но и чтобы они ощутили высокое положение нашего рода. Их ослепительный вид и наше уверенное поведение служат напоминанием всем присутствующим о нашей растущей силе и титулованном статусе.
Я же, как обычно, уделяю первоочередное внимание закускам. Заодно поглядываю на гостей, изучая лица. Боярин Бирюзов держится в другой стороне зала, словно бы специально подальше от меня, а рядом с ним возвышается скалой Василий Быков, Грандмастер Камня. Носорог почти не уступает габаритами могучим таврам. Ему чертовски не идет смокинг. Эта гора мышц аутентичнее выглядела бы в шкуре мамонта с дубиной в руке.
— Спаситель, — окликает меня сзади мелодичный голос с требовательными нотками. — Ты подумал о моих словах?
Горнорудова, как всегда, стройна, изящна и юна. Последнее не относится к подкрашенным глазам с жестким блеском. Это точно не глаза молодой девочки.
— Жанна Валерьевна, — любезно целую протянутую руку. — Я всегда думаю о ваших уроках, наставница.
— Я не об этом, спаситель, — поджимает губы баронесса, всё же польщенная. —
