месту.
И всё. Варяг замолчал, развернулся и ушёл, будто и не было этого разговора. Рёнгвальд, подумав, плюнул и забыл. Надо будет – сам расскажет. Кто знает, что за тайны обитают в голове старого варяга?
А в Киев отплыл Турбьёрн. Сначала Рёнгвальд предложил отправиться послом Геллиру, но старый норег твёрдо отказался. Сказал, мол, в Кенугарде он никогда не бывал, земли там ему чужие, племён местных не знает, да и не охота ему. Можно подумать, Тур с малолетства жил в Гардарике и знал тут каждый камень на речном берегу.
План был прост – спуститься вниз по реке до волока, от туда дальше вниз, в буйный полноводный Днепр, и там и до Киева рукой подать. Купцы, с которыми Рёнгвальд беседовал довольно часто, ходили этим путём не один десяток лет.
Чуть посовещавшись, решили отправить послов на Морском змее. Драккар был маленький, ходкий, но с просторным трюмом, который до верху загрузили ценным северным товаром, мехами и шкурами, златом, боевым оружием.
Отдельно, завёрнутый в непромокаемую кожу, медвежий плащ – главный подарок Великому князю. Кривой постарался на славу. Рёнгвальд бы сам не отказался от такого подарка. Но для дела – не жалко.
С Турбьёрном в Киев Рёнгвальд отправил десяток Флоси Маленького. В него входили те самые отроки под началом молодого варяга Некраса, неплохо показавшие себя в драке со свеями на земле огнищанина Перста. Также Флоси со своим десятком были единственными, кто во время битвы с хирдом ярла Рогнира не потеряли ни одного человека убитыми. Так, несколько средних ранений.
Одним словом, серьёзная сила. От речных разбойников отбиться с лихвой хватит. А других серьёзных противников на Днепре встретить сейчас ой как не просто! Считай, самая середина обжитых словенских земель, находящихся под защитой Киевского князя.
– Запомни, брат, – наставлял Рёнгвальд Тура перед уходом, – Нрав буйный свой не показывай, но и перед кем попало не прогибайся. Пускай видят – здесь, в земле Полоцкой, сила появилась новая. И считаться с ней следует.
– Не подведу, брат, – прогудел в ответ Турбьёрн. Браться обнялись.
– Жду вас обратно в концу лета! Всех! – крикнул ярл, когда Тур ступил на палубу. Кто-то из варяжских отроков убрал сходни, и драккар, уверенно работая вёслами, начал свой путь.
Турбьёрн, стоявший на корме, смотрел на пропадающие вдали стены Полоцка и думал о приятном. Например, что ему, Туру, сыну Ульфа, младшего брата хевдинга Олафа, предстоит посетить главный город русов – Киев. И наравне беседовать с Великим князем Киевским – Ингварем, сыном Рюрика.
Казалось бы, идут по центру обжитых земель. С важной задачей – установить между Киевом и Полоцком торговый и военный союз. Ветер попутный, на вёслах – умелые гребцы. Однако нарвались же на неприятности. А началось все так.
Днепр река широкая, судоходная, важная. В летнюю пору движение сильное, то и дело навстречу Морскому змею попадались пузатые лодьи словенских купцов. Тур заблаговременно отдал приказ снять страшную драконью голову, и бережно уложить её в трюм. Однако нурманский драккар выделялся среди корабликов русов как волк посреди овечьей отары. И это приносило свои неприятности.
Завидев с берега хищный киль Морского змея, местные смерды наводили такую панику и суету, куда б деваться! В каждом прибрежном поселении их встречали зло настроенные воины с копьями наготове. Турбьёрн старался вести себя мирно. На слова резкие не обижался, платил за свежую воду да пищу серебром. Хотя мог бы силой взять, сам добыть. Но Рёнгвальд прямо сказал – не дурить, не обижать, не нарываться. И Тур очень старался.
С купцами словенскими общался с интересом. Выведывал, какие товары нынче в цене, да что происходит в большом мире. Купцы поосторожней отмалчивались, похрабрее отбрёхивались. В общем, не выказывали никакого желания общаться с нурманом. Пока Тур не развязывал кошель. Правильно говорит старый Геллир, серебро – лучший переговорщик.
Узнал Тур следующее. Оказывается, Кенугарду, а с ним и Ингварю, сейчас совсем не до далёкого северного Полоцка. В степи, на днепровских порогах, лютуют страшное кочевое племя – печенеги.
Прежний военный вождь Полоцка Светозар рассказывал про них. В ближнем бою рубаки так себе, однако из луков бьют метко и больно. И на лошадях скачут, как драккары по волнам. Ингварь-конунг пытался с ними воевать, однако получалось у того, прямо скажем, не очень.
Купцы сетовали – опасное дело сейчас ходить вниз по Днепру. На волоках большая орда стоит. Тысячи печенегов. Хоревой, цапон, и иные племена. Житья совсем не стало. Бывает, уйдёт князь Ингварь в поход, одних печенегов гонять – другие к самому Кенугарду подойдут.
В сам город не полезут, куда им, а окрестности пожгут, народа в полон похватают, и обратно в степь. А там ищи их. Купцы посолидней говорили – у ромеев в далёкой Византийской империи цены на челядь совсем упали. А всё потому, что печенеги ромейским купцам словенских трелей продают. Задешево. Потому что много.
Слушал Тур, слушал, да запоминал. И примерно прикидывал положение сил в словенской Гардарике. А также налаживал торговые связи. Купцы, не брезговавшие общением с молодым нурманом, искренне радовались предложению Тура посетить Полоцк, и воспользоваться безопасным путём до Холмгарда. За долю малую от товаров. А если сказать на волоке, что он, купец, друг близкий ему, Турбьёрну Ульфсону, можно и вовсе не платить. Купцы радовались. Приятно, когда тебя от нурманов берегут сами нурманы.
Неприятности начались на одной из стоянок. Как обычно, под вечер, Морской змей начал искать место для ночлега. Идеальным вариантом была бы какая-нибудь деревушка или городище малое. Момент, когда потянуло дымом, первым на драккаре почувствовал Некрас.
– Дым, сотник, – сказал молодой варяг, обращаясь к Туру. Сотником Турбьёрна называли в основном варяжский молодяк, как более старшего и опытного воина. Выглядело всё чинно – если Геллир воевода, то почему Тур не может быть сотником. Парень принюхался. Точно, горит что-то.
– А ну, тихо все! – гаркнул он, прислушиваясь. Где-то вдалеке послышался едва слышный крик. Показалось или нет?
– Кричат, – подтвердил кто-то из десятка.
– Хирд, брони вздеть, – по-нурмански приказал Турбьёрн, подавая пример и облачаясь в собственный панцирь. Нахлобучив на голову шлем, парень подбежал к носу драккара и прислушался ещё раз. Точно,
