этих идиотов никто не предупреждал, что аттракцион для них может стать одноразовым.
Потому что после они могут остаться прикованными к инвалидной коляске. Я по этому поводу не испытывал никаких сожалений. Любишь кататься — люби и саночки возить. Или своё кресло. Самое главное, что ни одному из них ни разу не удалось меня пошатнуть. Мои ноги всегда крепко стояли на земле и так же крепко вбивали морды самонадеянных полудурков в пыль.
Пожалуй, когда я закончу с Сергеем Михайловичем, то подойду и спрошу его: о чём ты думал, дебил?
В этот раз я был готов и увидел его атаку. Он взмахнул мечом, и я уклонился. А затем произошло то, чего я никак не ожидал. Что выбило меня из колеи и дало понять — бой не будет простым. Атака мечом оказалась обманкой. Я ушёл вбок, уворачиваясь, но в следующий миг в мою грудь врезался его кулак. Удар вышел такой силы, что я пошатнулся и отступил на шаг. На целый шаг! Сергей Михайлович увидел шок на моём лице и ухмыльнулся. Шрам разрезал улыбку надвое.
Чёрт, насколько же он силён?
Я больше, мои руки и ноги длиннее его, но Сергей с лёгкостью уничтожал моё преимущество своим клинком. Он атаковал, а я отступал. Что бы ни делал, я не мог преодолеть границу, которую очерчивало лезвие. И если не начну что-то предпринимать, то учитель рано или поздно загонит меня в угол. Не знаю, в самом деле он собрался меня убить или пытается пробудить мой Инсект, но на собственной шее мне это проверять совсем не хотелось.
Я отступил по коридору между секциями, и оказался на беговых дорожках. Клинок Сергея с тонким свистом разрезал воздух и то и дело вспарывал гаревое покрытие. В воздух взмывали зола и кусочки глины. Я сильно пнул носком ботинка, и туча грязи накрыла Сергея. Он зарычал, когда грязь попала в глаза. А что? Да, подлый приём, но я вообще безоружный! И эту проблему как раз собирался решить.
Я заметил рядом с огороженным ристалищем стойки с тренировочным оружием. Хоть что-то. А то на теле уже появилась пара кровоточащих порезов.
Не выпуская Сергея из виду, дошёл до стоек и схватил первое попавшееся оружие. Им оказался двуручный меч. Правда, для меня одноручный. Судя по простеньким рунам на сверкающем на тупом лезвии клинок был заговорённым. Хотя сила заговора вызывала сомнения. Видимо, на таких клинках тренировали умение вливать в них ману, а не сражаться.
Сергей прочистил глаза и уже через секунду преодолел разделявшие нас два десятка метров.
Чёрт! Да он использует мана-ускорение!
Наши мечи со звоном скрестились. От моего отлетел кусок стали. Учитель не дал мне опомниться и снова атаковал. Мечи звенели и гудели сталкиваясь, а мы кружили вокруг ристалища. Пару раз за счёт длины клинка мне удалось достать противника, и на его щеке вспухло несколько порезов. Но через дюжину атак Сергея моё оружие стало напоминать фиговую такую пилу. Фиговую, потому что вот-вот сломается!
Я ударил сверху, и лезвие переломилось пополам. Отломанный конец поцарапал плечо Сергея. Отлично: чем больше крови он потеряет, тем слабее станет. Но, похоже, учитель разгадал этот мой замысел и усилил натиск. Я снова отступил к стойкам и схватил новое оружие — короткий меч, который развалился от одного удара. Остальные тренировочные клинки постигла таже участь. Дольше всех продержалось копьё, мне удалось пару раз больно достать обломками древка Сергея, но он быстро обкромсал их до уровня зубочисток.
— Заговорённое оружие бессильно, если не вливать в него ману, — усмехнулся учитель.
— Ага, а сила — это произведение массы на ускорение, — ответил я, схватил опустевшую стойку и ударил сбоку.
Сергей попытался защититься клинком, но лишь разрезал длинную металлическую конструкцию надвое. И оба куска врезались ему в бочину. Он отлетел в одну сторону, клинок в другую, а я поднял с земли последнее оружие, что оставалось на стойке. Мощный такой кистень с шипастым шаром на конце. Называется било. Только шипы сами с шариками. Тренировочное оружие… Отлично подходит, чтобы держать Сергея на расстоянии, главное, не дать ему цепь перерубить.
Саданул по мечу препода, чтобы сломать его, пока он не активен, но ничего не вышло, только землю вспахал. А Сергей к этому моменту уже поднялся. Судя по взбешенным глазам, я смог его удивить. И разозлить.
Ничего страшного! Зато драка выходит знатная!
Я решил, что не стоит давать учителю клинок обратно, встал на лезвие и попытался отогнать препода взмахом кистеня. Но Сергей поднырнул под шипы, проскользил по земле и схватился за рукоять меча. Лезвие тут же вспыхнуло голубым. От злости препод влил в клинок всю ману! А я отскочил, чтобы не лишиться ноги.
Я махал кистенем, вспарывая дёрн, а Сергей показывал чудеса акробатики и гимнастики, уворачиваясь. Знал, что если перерубит цепь, то шипастый шар может и в него прилететь. Постепенно отступил к стрельбищу и оказался возле мишеней. Сделанные из стали с деревянными каркасами для установки они напоминали людей со странными щупальцами и диковинных животных.
Рассмотреть их я не успевал, зато прекрасно успевал пулять их кистенем в Сергея. Сталь разрубалась надвое, а деревянные части взрывались щепками, которые впивались в кожу учителя.
Но мишени быстро кончились, а спиной я упёрся в дерево. Зато лицом препод напоминал дикообраза.
— У вас в зубах что-то застряло, — сказал я.
Сергей выплюнул слюнявые щепки.
— А ты силён, Дубов.
Он снова бросился в атаку и заставил меня отступить в лес. Пахло соснами и потом. Моим, наверно. Первый же взмах кистенем обернулся неудачей. У сосен хоть и не было ветвей внизу, но било наталкивалось на деревья, а цепь наматывалась на стволы.
— В лесу кистенем не помахаешь, да, Дубов? — довольно осклабился Сергей.
А на моей груди появилась кровь. Зацепил, гад. Клинок был настолько острый, что даже не чувствовалось, когда он наносил рану.
Да, препод прав. У меня снова нет преимущества. Хотя успел пару раз засандалить ему, но тот будто не чувствовал боли. Я снова отступал. Голубой клинок легко вспарывал стволы сосен, и щепки застревали в моей коже. Я прятался за деревьями, но Сергей каждый раз меня находил.
Постепенно мы вскарабкались на скалу к руинам. Бесконечными атаками учитель загнал меня на лестницу. Я забрался на площадку наверху, ударил кистенем, но Сергей увернулся, а било застряло обломанным шипом в щели между камнями, из которых были выложены ступени.
Несколько мгновений
