Она уже устала возражать, но мысль о ночлеге, приходившая в голову раньше в виде фразы «найти бы сухое уютное местечко», несколько трансформировалась. Змеи, скорпионы, лягушки здесь действительно водятся в избытке – засыпать страшно. Но сейчас она готова упасть под любым кустом и отключиться до утра! А может, установить дежурства?
– А как мы будем спать? – поинтересовалась Валя.
– Нужны подробности? – усмехнулся он.
– Здесь полно ядовитых змей, – игнорируя насмешку, ответила она. – Предлагаю установить дежурства.
– На меня особо не рассчитывайте, – произнес Павел, увлекая ее все глубже в лес, – я собираюсь сладко проспать всю ночь.
Она дернула руку, желая высвободиться, но он лишь крепче сжал ее пальцы.
Ну и ладно!
– И я собираюсь крепко спать, – сообщила она.
– А вот и пища богов.
– Где?
Павел так резко остановился, что Валя впечаталась в его плечо и ойкнула. Плечо оказалось крепким, каменным, рубашка после падения в ручей почти высохла и пахла смесью сухой травы и воды.
– Это гарциния, а это ее плоды. Приятного аппетита, – пояснил Павел, отпустил руку Вали и шагнул вперед. – Если я не ошибаюсь, конечно. – Он повернулся к ней лицом и пожал плечами, мол, угощайтесь, если не боитесь отравиться. Присел на корточки, поднял с земли круглый плод, легко разломил его на две части, вынул мякоть и принялся есть.
– Вы хотите сказать, что это съедобно? – спросила Валентина, подходя ближе. – Я никогда раньше ни о какой гарцинии не слышала.
– Вполне съедобно.
Она тоже села на корточки и стала разламывать плоды.
– Я думала, вы заставите меня есть червей. Жирных, белых, противных. Если по телевизору показывают какого-нибудь любителя попутешествовать по непроходимым джунглям, то он всегда ест червей, гусениц, муравьев и вообще гадость всякую. – Валя скривила губы, наглядно демонстрируя отношение к подобным туристам. Но потом представила, что, вероятно, ей все же придется воспользоваться флягой с водой, вытянула руку в сторону Павла и выпалила: – Только, пожалуйста, не говорите, что вы их ели, мне это совершенно неинтересно!
– Я их ел.
Валя со стоном устремила взгляд к верхушкам деревьев. Увы, неба по-прежнему не было видно, и конца-края приключениям – тоже. «Хочу домой, как же я хочу домой… и спать хочу в теплой постели, а не на земле». А все из-за человека по имени и фамилии Павел Этлис. Тукана! Любителя белых червяков! И прочее, прочее, прочее!
– А вы почему приехали на полуостров один? – едко поинтересовалась Валя. – Наверное, никто не захотел составить вам компанию?
– Да, – согласился он, игнорируя укол. – Но, надеюсь, мы с вами теперь будем часто путешествовать вместе.
«Когда я умру, лет через сто, – зло подумала Валя, – вы уж, так и быть, можете путешествовать с моим пеплом!»
– У вас богатое воображение, – произнесла она.
– Вот увидите, – улыбнулся Павел, – обещаю.
Поднявшись, он огляделся, потер щеку ладонью и бросил на Валентину внимательный взгляд. Устала гордая девчонка, отвернулась и молчит, а нужно устраиваться на ночлег. Москиты жаждут крови…
– Ваш полдник закончен? – спросил он. – Нам необходимо найти место для ночлега. Вы же вчера имели возможность убедиться, как быстро темнеет. Минимум час уйдет на то, чтобы организовать крышу над головой. Вы мне поможете, Валентина?
А что ей оставалось делать?
Поиски места заняли минут пятнадцать. Оказалось, в этих плохо проходимых джунглях маловато ровных участков земли, окруженных подходящими для опоры деревьями. Затем пришлось убирать гнилые листья, рвать широкие листья, Павел ломал и резал ветки, складывал, привязывал лианами, точил нож, опять резал…
Валентина уже не злилась, она просто мечтала лечь и проспать трое суток, хоть на корягах, хоть в ручье, хоть в обнимку с обезьяной, хоть… нет! Только не в обнимку с Павлом Этлисом! Лучше уж со змеей и скорпионом. С двумя змеями и двумя скорпионами!
– Кладите листья на ветки черепицей, цепляйте вот так, – сказал он, показывая нехитрую технику.
– Разберусь, – выдохнула она из последних сил. – А вы лучше… а вы лучше займитесь добычей огня… или это слишком сложно для вас?
– Отнюдь. – Павел достал из прорезиненного мешка зажигалку и щелкнул, показывая, как легко ему добыть огонь.
«Ах, да, он же курит», – рассердилась на свою забывчивость Валентина и отметила, что вечер уже начал опускаться на полуостров. Стало стремительно темнеть, москиты донимали противным продолжительным писком, первая капля дождя чиркнула по щеке.
Павел разжег небольшой костер, притащил непонятный темно-коричневый шар, пояснив, что это термитник, разломил ножом на рыхлые части и отправил в огонь. Рубашка не скрывала широкие плечи, крепкие мускулистые руки, плоский живот. Валя поймала себя на мысли, что ей все же приятно смотреть на Павла… ну, не на самого, а на его слаженные, четкие, уверенные действия.
– Сейчас этих сволочей станет поменьше, – пообещал он, – они не любят дыма.
Валентина плюхнулась на листву, вытянула ноги и буркнула:
– Неважно, я не боюсь маленьких комариков.
– Пить будете? Из негигиеничной фляги?
– Буду, – ответила она, – но только для того, чтобы вам меньше досталось.
Запрокинув голову, Павел громко засмеялся.
– Вы знаете, моя дорогая, – сказал он, успокоившись, – вероятно, ваше драгоценное агентство «Профи-круз» и не пойдет на дно, чему я бы не удивился. С таким директором по туризму, как вы, шанс удержаться на плаву есть. Сколько вам лет? Двадцать два? Двадцать три?
– Это не имеет никакого значения, – отрезала она и добавила: – Дайте мне, пожалуйста, воды и… Спокойной ночи!
Прежде чем сделать глоток, Валентина тщательно протерла горлышко.
Укладывалась она долго, хотя, казалось, коснуться бы щекой листьев, а там мозг мгновенно отключится. Наконец улеглась и затихла, но ощущение, будто Павел сидит и смотрит на нее, не давало возможности уснуть. Дождь вроде затих, но потом опять возобновился – мелкий и редкий. Стараясь отвлечься, Валентина принялась считать капли, падающие на «крышу», и, наверное, это бы помогло, если бы не появилась нервная мысль: сейчас ливанет, и они окажутся в луже.
– Пожалуйста, перестаньте на меня смотреть, ложитесь спать, – строго сказала она.
Но Павел не ответил. Он вынул сигарету и закурил – табачный дым смешался с дымом от термитника и полетел в сторону. Вкусно пахло. Ему нравилось. «Пусть заснет, а то не сдержусь и начну приставать. – Он улыбнулся, представляя эту картину. – Пусть заснет». Но подавлять свои порывы он не хотел. На расстоянии вытянутой руки лежала маленькая худенькая светловолосая девушка, которая понравилась ему сразу. И теперь, после дня пути, он сидел и думал о ней с теплом и заботой. Это было приятно. «Спи, спи», – мысленно повторял он, но знал, что не сдержится и сделает попытку согреть гордого воробья.
