— Откуда тогда знал, что нужно бежать? — опешила я.
— Они недвусмысленно предупредили нас выстрелами, не находишь? — У него был такой вид, будто это не он только что скрывался от преследователей, готовых убить нас, Выглядело это странно, как будто для кьерна это обыденно.
— Тогда почему ты не остановил их? — продолжила я. — Кому в здравом уме придет в голову спорить с кьерном?
— Тебе приходит, и часто, — отшутился Балуа.
— Нил, я серьезно! — настаивала я.
Все-таки я путешествую с ним, и если опасность грозит ему, то где гарантия, что пощадят меня? Если честно, то я уже почти не надеялась получить от кьерна правдивый ответ, скорее, ждала очередной колкости. Мужчина же стал серьезным, прекратив улыбаться. Без этих морщинок, выдающих в нем озорного и совсем еще молодого человека, он казался холодным, далеким и отстраненным.
— Знаешь, Лея, — без какого-либо намека на шутливость заговорил он, — до этого момента я думал, что за нами следят только люди Анри, но сейчас вижу, что есть кто-то еще. И я не совру, если скажу, что не знаю, кто это и чего им нужно.
Мне потребовалось примерно полминуты, чтобы осознать услышанное. Но от такого ответа только прибавлялось вопросов. Почему за нами следят люди Анри? И если это так, то выходит, что мой жених знает, где и с кем я сейчас?
— Люди Анри? — хрипло переспросила я и подняла полный надежды взгляд на Нила. Тот лишь кивнул. — Он знает, что я с тобой? — задала очередной вопрос.
— Он подозревал, что я захочу познакомиться с тобой поближе, — ответил кьерн. Как у него выходит таким образом отвечать на вопросы, что у меня появляются новые и при этом еще в большем количестве? Я была настроена решительно, чувство, что мне чего-то недоговаривают, уже изрядно нервировало, и мне хотелось ответов.
— Либо ты рассказываешь мне все — либо я ухожу, — гордо вздернув подбородок, сказала я.
— Мы оба знаем, что ты не уйдешь, — улыбнулся кьерн, — но я могу кое-что рассказать.
— Слушаю, — согласилась я.
— Моя бабуля, к которой мы сейчас едем, одна из самых богатых женщин в Крамииле, — заговорил Балуа. — Ей девяносто семь лет, я думаю, ты знаешь, что для людей это крайне опасный возраст. — Я кивнула. Только я бы назвала его не опасным, а, скорее, предсмертным. — Так вот, Петра онт Балуа не только моя бабуля, помимо меня, у нее есть еще один внук — Анри, он сын моей родной тети, — пояснил Нил.
К чему он рассказывает мне всю свою родословную? Или просто начал издалека? В любом случае мне не хотелось слушать долгих рассказов о семье, нужно было просто узнать больше о нашей поездке.
— Хотелось бы ближе к делу, — мягко напомнила я.
— Так вот, Петра обещала передать все свои земли и состояние тому из своих потомков, который женится на леди из рода Аргуст.
Я была настолько ошарашена таким заявлением, что даже не сразу пришла в себя. Откуда какая-то жутко богатая леди знает мой род? Что речь идет именно о моем роде, сомнений не было, потому что он один в Крамииле. Знати с подобным именем рода больше нет. Но как, что и почему? Слишком много вопросов!
— Почему Аргуст? — все же спросила я.
— Спросишь, когда приедем, — ответил он.
— А если бы в роду Аргуст были бы одни мальчики? — Несомненно, это не тот вопрос, который волновал меня больше всего, но стало интересно.
— Она сообщила об этом, когда у твоих родителей было уже три девочки, — беззаботно отозвался Нил. — Кстати, мы можем идти.
Мы вышли из кустов и подошли к тому месту, где расстались со своими лошадьми. Вся эта история с бабулей как-то не укладывалась в моей голове, что-то было не так, не на своем месте.
— А если, предположим, я сбежала бы, — осторожно начала я, — а мои сестры еще слишком малы для замужества. Вдруг случилось бы так, что бабуля не дожила бы до вашей свадьбы, что тогда?
— Видишь ли, по закону, все ее состояние все равно переходит к моему отцу, и тогда, если бы Петры не стало, он сам передал бы все имущество тому из нас, кто возьмет в жены девушку из твоего рода.
Так вот почему Анри так скоро определился с выбором. Он просто хочет получить наследство. А Нил перехватил меня буквально из-под его носа. Зачем тогда он уехал, если боялся, что кузен перебьет его карты? Судя по хитрому прищуру Балуа, когда я задала этот вопрос, он имел непосредственное отношение к стремительному отъезду кузена в неведомые края.
— Значит, ты считаешь, что Анри хочет тебя убить? — спросила я, внимательно изучая лицо кьерна.
— Даже не сомневаюсь, — ответил он.
— Из-за наследства? — В моей голове почему-то никак не укладывалось, что один человек может убить другого, тем более своего кузена, из-за наследства.
— Совершенно верно, — согласился Нил.
— Но убивать людей незаконно! — возмутилась я.
Кьерн лишь заливисто рассмеялся.
— Людям с нашим титулом можно почти все, Лея, — отсмеявшись, сказал он. — И пусть я более влиятелен, чем он, никто не мешает обставить все так, будто я погиб на охоте, или придумать другой правдоподобный вариант.
Я поежилась. Такие вещи были мне чужды. Почти полжизни я провела в пансионе, а там слово «убийство» упоминалось крайне редко, и то в обсуждении сплетен. Сейчас же я столкнулась со всем этим по-настоящему.
— То есть он планирует убить тебя и, забрав меня, представить этой вашей бабуле? — недоверчиво спросила я.
— Думаю, его скудного ума хватило именно на такой план, — кивнул Нил.
— Но я же могу послать его ко всем чертям и просто сбежать! — воскликнула я.
— Не можешь. — На этот раз усмешка кьерна была горькой. — Если ты сбежишь, оставив свои долги, твою семью отправят на рудники, лишат титула, арестуют все имущество…
— Я могла бы заплатить долги и сбежать, — предположила я.
— Собственно, так ты и собираешься сделать, правда, Лея? — хитро прищурился он.
Я смутилась и опустила взгляд. Кьерн же остановился и три раза коротко свистнул. Через несколько минут из леса показались наши лошади. Немного потрепанные и мокрые от быстрого непрерывного бега. А не могли ли они привести преследователей за собой обратно к нам? Я озвучила свой вопрос, но Балуа был уверен, что Ветер не мог быть столь неосторожным и, скорее всего, на некоторое время сбил их со следа.
— Давай в седло, я знаю еще одну дорогу, — сказал Нил и занял место на лошади, ласково потрепав Ветра за гриву.
— Феникса жалко, — пожаловалась я, запрыгивая на Снежку, — улетел.
— Вернется, — улыбнулся Балуа, — они всегда возвращаются к хозяевам.
Я удивленно посмотрела на кьерна.
— Он не успел привыкнуть ко мне, едва ли считает хозяйкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
