и Талгена. Попрощавшись последний раз и пожелав им удачи, мы пошли в таверну, а бывшие товарищи поспешили на арену, ведь их бои будут скоро.
По дороге рассказали гному вчерашние приключения, он похвалил нас, за то, что не клюнули на бандитов, но поругал, за то, что сразу не пошли к Лэнсу.
Гном похвастался что поставил десять тысяч золотых на свой бой и удвоил сумму, так как никто не ожидал его поражения. Деньги он оказывается занял и сегодня ему надо будет отлучится за выигрышем, а затем еще сходить вернуть долг, после чего он присоединится к нам, а завтра с первыми лучами солнца караван тронется в долгий путь.
Так мы и поступили, на подходе к таверне наши пути разошлись, мы пошли отмечать, после хорошего обеда, не дождавшись гнома, мы с Гриной пошли погулять по городу, я вызвал и пантеру, чтобы проветрилась. Побывали в районах где еще не были, сходили на главную площадь, а также посетили несколько парков. В каждом месте была своя история и архитектура. Город построен сотнями мастеров из разных миров и с разной культурным и технологическим развитием.
К вечеру вернулись в таверну, жутко голодными, но довольными. Наптеля все еще не было, за него я не стал переживать, он уже не первый раз за последний месяц пропадает, может с кем-то прощается.
После чего мы пошли спать, Ночь заняла свое привычное местно у меня в ногах.
Когда еще удастся принять ванную и поспать на чистой и мягкой кровати?
Глава 13. Трудовые будни караванщиков
— Интер! Интер, вставай! — услышал я шепот и почувствовал толчки.
С трудом разлепив глаза, увидел перед кроватью Наптеля.
— Уже пора идти? — смотря затуманенным взглядом, на взъерошенного гнома, спросил я, после чего прикрыл глаза на секундочку.
— Да, скорее, нам надо покинуть город, пока меня не нашли! — тряхнул меня гном, видя, что я засыпаю.
— Ладно, ладно, иду — откидывая одеяла и позевывая сказал я, после чего потянулся и собравшись с силами встал.
Ночь недовольно потянулась, зевнула широко раскрыв пасть и спрыгнула с кровати.
Я зашел к Грине и разбудил её, после чего мы вместе спустились вниз и пошли на улицу. Наптель ждал нас за углом, на улице оказалось еще темно, но вскоре должно было начинать рассветать, вдали уже виднелся свет первых лучей, впрочем, они еще не касались земли. Ночь я отозвал, слишком приметная.
Вместе с гномом, петляя по улочкам, мы выбрались загород, и пошли к придорожной таверне, откуда должен тронутся караван.
Караван состоит из десятка телег и сотни охранников, у них один капитан, а все они поделены на группы по десятку. В каждой десятке имеется свой десятник, который отчитывается капитану.
На каждой телеге по два возчика, а также другого персонала два десятка, среди которых как помощники караванщика, помогающими с покупками и продажами, так и обслуга: повара, оруженосцы и другие работники что будут следить за снаряжением и обеспечивать комфортные стоянки для каравана.
Сам караванщик по имени Вархуг — дородный гном, с медленной речью и длинной бородой, одет в удобного кроя легкую броню.
Влившись в караван, спустя пол часа мы тронулись в путь, за это время гном раздобыл для нас завтрак. Расположившись на телеге, мы принялись за еду.
— Ну рассказывай, что ты там сделал и кто тебя искал.
Грина закивала, соглашаясь с моим вопросом, ведь ей тоже пришлось в срочном порядке вставать и бежать к каравану, хотя времени у нас было достаточно чтобы поесть и прямой дорогой дойти до каравана.
Гном замялся, даже забыл про еду, в этот момент он выглядел очень смущенным.
— Я же говорил, что ставил на свой проигрыш? И что занимал для этого золото? — спросил Наптель, почесывая голову и виновато улыбаясь.
— Ну да, ты же за этим и ушел, только говорил, что скоро придёшь, а пропал на всю ночь — кинул еще одно обвинение в него.
— Вот из-за этого я и задержался. В общем моя схема раскрылась и мне пришлось спешно удирать, потом пока сбросил хвост, пока вернул занятое золото, и вот смог добраться до вас. Мне еще повезло, что меня недооценили, возьми они на мою поимку мастера или, подготовь засаду, но чего не было, того не было — улыбнулся Наптель.
— А как вообще они тебя нашли? — поинтересовался я.
— Ну похоже я не один такой умный. За всеми, кто занимается ставками следят, а когда боец учувствовавший в бое проиграл и приходит забирать ставку, его сразу же ловят. Вот я и забирал свое золото, думал о хорошем вложении, как вдруг сзади мне говорят «сдавайтесь, вы нарушили закон», я повернулся, а там несколько молокососов, хоть они и имели уровень больше, реальных опасностей они никогда не встречали и не ожидали от меня попытки бегства — ответил гном — будет им уроком, надеюсь начальство их за такой промах хорошенько проучит.
— Так сколько ты выиграл? — захотел я понять ради чего он так рисковал.
Наптель загадочно улыбнулся, и даже отложил еду на колени и стряхнул грязь с рук, будто готовился что-то взять.
— Пятнадцать тысяч и еще столько же получил за участие — ответил он.
— Ого, ты у нас теперь богач, на что собираешься деньги… Золото тратить? — спросил я
— Половина уже ушла, а остальное вложу в экипировку, только жаль, что не смог в Сигроде закупится, там выбор больше, но ничего, думаю по пути еще найду где закупится можно.
— Хорошее вложение — кивнул я.
Наш путь продолжился, как мы закончили завтракать, нас выгнали с телеги. Идя по наезженной дороге, часто встречали других торговцев, охотников и разных путников.
В первый вечер мы остановились на большой поляне возле леса, телеги поставили по кругу, а лошадей отвели в сторону и привязали к подготовленной коновязи. Внутри окруженной площадки поставили палатки и разожгли несколько костров, мы свою разбили с краю.
Вечер выдался веселым, первый день путешествия подходил к концу, и все были навеселе, кто-то достал гитару и забренчал, к нему добавились хлопанье в ладоши, а затем и девушка запела нежным голосом, заставляя проникнутся песней. Вскоре ее заменили и запела уже другая барышня со звонким голосом, только веселые песенки.
Вархуг дал отдохнуть и повеселится, после чего громовым басом разогнал всех по палаткам, оставив лишь нескольких охранников сторожить на ночь. Народ весело бегая и смеясь разбежался по местам, через десять минут наступила полная тишина, прерываемая лишь редким храпом.
Я лежал в
