Надо отдать Еве должное, она мигом сбросила с себя недовольство и, надев маску уверенности и гордыни, походкой от бедра продефилировала вглубь зала.
О небеса, да я сейчас не выдержу и как завизжу от восторга, а, возможно, что и подпрыгну! У меня просто нет слов, где именно остановилась молодая любовница Коваржа, чтобы иметь возможность вблизи наблюдать за ним на сцене.
Ева и Марьяна Валерьевна стоят на одной линии, и между ними нет даже метра. Если одну женщину толкнуть, то она плечом заденет другую.
Коварж, что произносил речь, вдруг резко запнулся на полуслове, помолчал две-три секунды, откашлялся и вновь продолжил вещать.
Похоже, не только я заметила Марьяну Валерьевну и Еву бок о бок, а кто-то еще…
Любопытно, а когда Сергей смотрит на своих двух любовниц вместе, ему не приходят в голову мысли о тройничке?
Тьфу-у… дрянь-то какая! О чем я только думаю? А все из-за Коваржа, этого похотливого кобелины, ведь с кем поведешься от того и наберешься.
Когда босс, согласно сценарию, передал мне эстафету по поздравлению гостей, так злобно на меня зыркнул, что целый табун перепуганных мурашек пробежался по спине, а в душу закралось вполне серьезное подозрение, что Коварж мне из мести возьмет и шею свернет, а потом скажет, что так и было.
Наши слова с боссом закончились, и мы, откланявшись, поспешили убраться со сцены, а именно, я хотела от Коваржа убежать, а он, судя по тому, что несся за мной вприпрыжку, пытался не дать этого сделать.
— Алена Анатольевна, — донеслось мне в спину рычание, — мне надо у вас кое-что спросить. Да не бегите вы так! — последние слова были сказаны уже криком.
Ковшик, главная мысль в твоем предложении — это то, что расспрашивать меня приспичило именно тебе, а мне это нафиг не надо, поэтому я изображаю внезапную глухоту на оба уха сразу и уношу отсюда ноги подальше.
— Алена Анатольевна, — босс все-таки меня нагнал, поймал за локоть и принудительно заставил не только остановиться, но еще и развернуться к нему лицом.
— А-а-а… да… что? — невинно похлопав ресничками, делаю вид, что только сейчас сообразила, что босс от меня что-то там хотел.
— Это ваших рук дело? — притянув меня еще к себе ближе, шипит начальство. — Если да, то… — недоговорив фразу, Сергей прикрыл глаза. Ой, чую, нехорошее он сейчас представляет, наверняка в его воображении он отрезает от меня один кусочек плоти за другим.
— Сергей! — помощь пришла откуда не ждали. Подойдя к сцене ближе, одновременно позвали Коваржа обе его женщины.
Я сглотнула, а ковшик, раскрыв глаза, обернулся на своих дам, и лицо у него, мягко говоря, было бледное.
Ну что тут сказать, любишь кататься — люби и санки в горочку возить. А в нашем случае — любишь спать сразу с двумя, люби и их претензии по этому поводу слушать. Султан чертов!
— Вас зовут, — аккуратно освобождая свой локоть от захвата, не без издевки сообщила я боссу и, пользуясь его замешательством, упорхнула со сцены.
Далеко, конечно же, не убежала, не могу же я пропустить спектакль, который сама и организовала. Спряталась в углу за огромным горшком с экзотическим деревом и во все глаза слежу за развитием событий.
У-у, ну и в предвкушении же я… Надеюсь, женщины Коваржа сейчас разберутся что к чему, скооперируются и общими усилиями оторвут своему чересчур любвеобильному мужику все причиндалы под корень.
Пока я пряталась, а Коварж нехотя со скоростью черепахи спускался со сцены, две обманутых женщины не просто так стояли. Я не видела, что происходило до этого, но сейчас они разговаривают. Ну как разговаривают, их общение больше похоже на прелюдию перед кошачьим боем, с выдиранием клоков волос и выцарапыванием глаз.
Только вот что-то как-то рано они встали в агрессивную стойку? Складывается такое ощущение, что дамы в курсе о существовании друг друга в постели Сергея.
Выводы пока стараюсь не делать, потому, как если Марьяна Валерьевна осведомлена, что не единственная у Сергея, то и пинком его под зад из агентства не выгонит. А вот босс меня за подставу обязательно привяжет веревкой за правую ногу под потолок и будет колотить битой, как грушу, пока не осознаю, что натворила.
Как это ни прискорбно, но события развиваются не в мою пользу. Во — первых, Коварж сказал что-то Еве, и девушка, поджав хвост, моментально растворилась в воздухе. Во-вторых, Марьяна Валерьевна, хоть и смотрит на Сергея волком и что-то ворчит, поглядывая в сторону, куда ушла Ева, но подходит к нему, берет за лацканы пиджака, наклоняет к себе и целует в щеку. В-третьих, сам босс ни капли не выглядит ни в чем уличенным. Да, ощущается, что ситуация ему неприятна, но чувствует он себя как и прежде — на коне.
Ага, Коварж на коне, а я в полном дерь…. Ну, в общем попала я, и похоже пришло время сушить сухари, кота Пушу сажать на диету, а еще топать домой и писать резюме, потому как работы в агентстве я, похоже, лишусь в ближайший час, ну или два, в зависимости, как скоро найдет меня ковшик.
Смотрю на Марьяну Валерьевну с начальником и откровенно плююсь. Куда катится мир? Если такие женщины, как хозяйка агентства и еще много чего… позволяют собой помыкать? Ладно, Ева, ей Коваржа шантажировать нечем, он себе еще целую кучу таких же силиконовых кукол найдет…. Но от Марьяны Валерьевны он же зависит финансово, почему она не настояла на эксклюзивности в отношениях?
Вон, стоит уверенная, самодостаточная, шикарная женщина, ну и что ей далеко не восемнадцать, зачем она по плечу изменника гладит, смотрит ему в глаза с обожанием, хоть при этом и рычит?
Вдруг Коварж зачем-то начал оборачиваться по сторонам, словно кого-то в толпе потерял, то же самое делает Марьяна Валерьевна. От греха подальше присела на корточки и, согнувшись в три погибели, не дышу.
А вдруг они, чтобы между собой не ругаться, решили на меня всех собак спустить! Только в голове оформилась эта мысль, как мобильный в сумочке ожил, звонко загудел и завибрировал.
Дрожащими руками достала телефон, а когда глянула на экран, сердце пропустило удар. Мои подозрения подтвердились, входящий был от Коваржа.
Вызов я не сбросила, но и не ответила, ну его нафиг. Зато отползла чуть правее и уже с более низкой позиции выглянула из-за горшка, глазами нашла начальника с Марьяной Валерьевной и вновь за ними слежу.
Коварж еще гудков пять подержал телефон возле уха, а потом, пожав плечами, убрал его в карман брюк, но расслабляться мне рано, обо мне никто не забыл, потому как средство связи теперь достала хозяйка агентства, и как только она нажала пару клавиш, в моей сумочке вновь раздалась трель.
Да что же это такое, что они ко мне привязались? Я к их любовному треугольнику никакого отношения не имею!
— Боже мой! — вблизи раздался девичий визг, и зазвенела посуда. — Зачем вы сюда забрались?
— Пугайтесь, пожалуйста, тише, — зашептала я трясущейся официантке, которая, по всей видимости, заметила шевеление за горшком и оторопела. Выпрямилась и, подлетев к девушке, помогла ей не уронить с подноса шатающиеся бокалы.
После того как посуда была спасена, даже не стала оборачиваться и проверять, рассекретили мою засаду Коварж и Марьяна Валерьевна, а рванула наутек, прятаться в какое-нибудь другое место.
Добравшись до женского туалета, забралась в кабинку, закрылась и лишь после позволила себе перевести дух. На повестке дня остро стоял вопрос — что делать дальше? Оставаться на празднике и прятаться от начальства или уехать домой и переждать бурю там? А вдруг Коварж за ночь остынет и вместо увольнения за приглашение Евы назначит мне лишь строгий выговор и пусть даже штраф?
Обстоятельства не дали мне право выбора. Через несколько секунд моего пребывания в туалете дверь в комнату хлопнула, и я услышала голос хозяйки агентства:
— Алена, привет. Это Марьяна Валерьевна. Я видела, как ты сюда заходила.
Заходила? Да я сюда влетела, сметая все на пути!
— Добрый вечер, Марьяна Валерьевна, — заставила я себя пропищать. — Уже выхожу, — сообщила я, спустила в бачке воду, дабы оправдать свое сидение в кабинке, и вышла. Перед смертью ведь не надышишься, а в моем случае — перед увольнением.
