до воды в пустыне. И теперь хочется пить и пить, хотя в сознании так и бьется мысль: это мираж. Не может в реальности происходить.
Ник подается вперед, и я прикрываю глаза, приоткрыв рот. Его губы на моих губах. Не так, как пять минут, этот поцелуй другой. Он полон желания, страсти, меня словно в вихрь закручивает ответными эмоциями. Руки Ника гладят мое тело, я зарываюсь пальцами в его волосы.
Мы уже начинаем переходить за границы дозволенного, оторвавшись, я шепчу ему в губы, не отпуская от себя:
— Аленка!
Ник ничего не говорит, подхватывает меня на руки, уносит в свою комнату, умудряясь аккуратно закрыть дверь.
В моих висках стучит желание вперемешку со страхом. Что я делаю! Что я делаю!
Оказываюсь на кровати, Ник сверху. Снова смотрит на меня, словно изучает.
— Уверена, Надя? — спрашивает вдруг тихо.
Словно давая время одуматься, понять, какую я творю дичь, и сбежать. Я только киваю. Сердце грохочет так сильно, что я не столько слышу его слова, сколько читаю по губам.
— А ты? — облизываю пересохшие губы, Ник опускает на них взгляд.
— Более чем, — он склоняется к моему лицу, целует, на этот раз словно дразнит.
Прикусывает губу, тут же проводит по ней языком, и я начинаю теряться в своих собственных ощущениях, которые вызывают его действия. Перестаю думать, хотя и не особенно то пыталась.
Наверняка потом Ник скажет, что все это ничего не значит. Но сейчас мне плевать. Я словно оживаю, оттаиваю, мой ледяной кокон, созданный после того, как Ник уехал, тает, раскалывается на части. Я снова дышу, живу, чувствую себя желанной.
Ник выпрямляется, стягивает с себя футболку, и я жадно касаюсь его тела, глажу подтянутый живот, сжимаю плечи, когда он опускается обратно ко мне, глажу спину, ниже…
— Я хочу тебя, Ник, — шепчу как-то бессознательно.
И вижу, что мои слова, словно спусковой крючок. Словно именно сейчас он теряет последние зацепки на то, что мы совершаем ошибку. Его губы опускаются вниз по моей шее, руки стягивают пижаму. Дрожащими пальцами я помогаю раздеться ему.
Я словно лечу в бездну, и это самое приятное падение в моей жизни. Которого я так долго ждала.
И самое важное — Ник со мной. Падает вместе со мной.
Глава 33
Протираю рукой запотевшее зеркало. Ловлю свое отражение. Темные глаза блестят, губы припухли от поцелуев. Это было… Это было просто с ума сойти. Я и Ник. Вместе. Как раньше, но одновременно совсем по-другому. Прикрываю глаза, мое тело все еще горит от его прикосновений, дрожит от полученного удовольствия.
Но я уже не могу не думать о последствиях. Боже, всего два дня мы прожили вместе, и я оказалась в его постели. Даже не думала, что я настолько слаба. Что меня может так переклинить, что забуду обо всем. Ну что ж, забыла. Теперь придется разгребать последствия.
А они непременно будут. Потому что между мной и Ником прошлое. Оно никуда не делось, обида, боль никуда не ушли. Он меня бросил. Может, я зря не рассказала ему о дочери, но все же — это не отменяет его поступка. Ник просто вычеркнул меня из своей жизни. А теперь вернулся и вписал обратно.
Что помешает ему с той же легкостью в какой-то момент вычеркнуть снова? Если мог тогда, сможет и сейчас. Тогда хоть о каких-то чувствах можно было разговор вести, сейчас мы не встречаемся. Мы просто живем в одной квартире и растим вместе дочь. Целых два дня.
Расчесываю волосы, разглядывая себя в зеркало. Не хочу выходить. Не знаю, что ему сказать, что скажет он. Какими будут наши отношения дальше. Но надо идти. И вообще, поспать не помешает. Аленка встанет как обычно, нужно отдохнуть. Если я вообще смогу заснуть, конечно.
Ник сидит в гостиной, на нем одни спортивные штаны, в руках чашка с чаем, он листает ленту телефона. Когда застываю на пороге, поднимает на меня взгляд. Смотрим друг на друга, молчим. Какой же отстой. Глупо было думать, что мы станем ближе. Как бы наоборот не вышло.
— Пойду спать, — говорю зачем-то.
Ник кивает. Тоже киваю, топчусь на месте. Надо идти, а я все чего-то жду. Какая же глупая.
Уже разворачиваюсь и выхожу, когда Ник произносит:
— Не стоило нам этого делать.
Сжимаю рукой дверной косяк. Сама прекрасно знаю, что не стоило, а все равно больно слышать.
— Мы можем просто забыть о случившемся, — говорю тихо, не глядя на Ника.
Не вижу его реакции, но слышу усмешку. Следом он встает с дивана, идет ко мне.
— Ты легко все забываешь, да, Надя? — замирает напротив, уперев ладонь в стену рядом с моей головой. — Быстро забыла обо мне?
— Нет, не быстро, — я сглатываю. — Я ребенка от тебя ждала, Ник. Даже если бы хотела забыть, не могла.
— А ты хотела? — Очень.
Это правда. Очень хотела забыть его — чтобы было не так больно. Но не выходило. Аленка, девочка моя, сначала напоминала о Нике, когда жила у меня под сердцем, и потом каждый день, когда родилась.
Но боль имеет свойство притупляться. И Аленка, даже напоминая о Нике, одновременно лечила меня своей искренней любовью, не требующей ничего взамен. Только маленькие дети умеют любить так чисто, бескорыстно, по-настоящему.
Губы Ника кривятся в усмешке.
— Ты, полагаю, недолго мучился? — спрашиваю его, пропитав голос тем же сарказмом. Ник становится серьезным, прожигает меня взглядом. Я зачем-то продолжаю: — Наверняка быстро нашел себе какую-нибудь испанку.
— И не одну, — кидает он, все еще оставляя на моем лице ледяные метки взглядом.
Я выдавливаю улыбку, отчего-то мне хочется побить Ника прямо сейчас. Наброситься на него с кулаками и… Он касается моей скулы, и я забываю, как дышать. Осторожно ведет пальцами вниз, гладит шею. Я прикрываю глаза, чувствуя, как снова сбивается дыхание.
— Почему ты сейчас со мной, Надя? — тихо спрашивает Ник, носом трется о мой висок. — Я думал, ты будешь холодной, неприступной.
Я бы хотела. Хотела, но не могу. Потому что вдруг оказалось, только рядом с Ником я оживаю. Ни один парень близко не вызывал тех эмоций, что он. Даже если просто видеть его, не говоря уже о том, что происходит сейчас. Ник все понимает.
Понимает, что после того, как бросил меня, я не должна его прощать. А я слабая. Подрагивающими руками провожу по его прессу вверх, сжимаю плечи, ловлю полный желания взгляд. Мы же… Мы не будем снова?..
Мой невысказанный вопрос
