и других стран, отвергнутую западными государствами, Советский Союз 21 августа 1937 г. подписал в Нанкине договор о ненападении между СССР и Китайской Республикой сроком на 5 лет. Этим документом была подведена международно-правовая основа под отношения с Китаем, которая позволяла оказывать этой стране военно-экономическую помощь, не провоцируя японцев к нападению на СССР Советский Союз стал на сторону Китая, неуклонно и последовательно защищая его на международной арене, оказывая моральную, экономическую и военную поддержку. С военно-политической точки зрения война в Китае сковала силы Японии и в значительной степени ослабила угрозу нападения на дальневосточные границы СССР.
Непосредственным поводом для советского военного участия стало обращение Китайского посольства в СССР в Наркомат по иностранным делам от 25 сентября 1937 г. в связи с началом бомбардировок китайских городов японскими военно-воздушными силами: «Китайское посольство… имеет честь, согласно инструкций правительства Китайской Республики… просить, чтобы Советское правительство приняло… меры, которые бы содействовали быстрому прекращению подобных некультурных и бесчеловечных действий»1. На следующий день советское правительство направило ноту протеста Японии по поводу многочисленных бомбардировок территории Китая и приступило к организации срочной помощи ему вооружением и боеприпасами. С ноября 1937 г. по октябрь 1939 г. координировал эту работу помощник военного атташе при полпредстве СССР в Китайской Республике Иосиф Маркович Ратнер (1901–1953), уроженец м. Шумячи на Могилевщине. В 1929 г. он окончил Военную академию им. М. В. Фрунзе, служил в автобронетанковых частях. С сентября 1936 г. по ноябрь 1937 г. являлся секретарем военного атташе при полпредстве СССР в Испании. После возвращения на родину находился в распоряжении Разведывательного управления Генерального штаба РККА, затем был направлен в Китай. В годы Великой Отечественной войны служил в Главном автобронетанковом управлении Красной Армии, преподавал в военных учебных заведениях. Генерал-майор танковых войск (1944 г.)[101].
В середине октября 1937 г. в Китай было доставлено 86 советских самолетов различных типов. Во второй половине ноября из Севастополя вышли первые 2 парохода с различной военной техникой и вооружением, которые в конце января 1938 г. прибыли во вьетнамский порт Хайфон и в Гонконг. Здесь имущество разгрузили и доставили по железной дороге в провинцию Юньнань. Позднее советские моряки, рискуя жизнью, нередко доставляли военные грузы прямо в блокированные порты Южного Китая.
Первыми рейсами прибыли 20 76-миллиметровых зенитных орудий, 50 45-миллиметровых противотанковых пушек, 500 станковых и 500 ручных пулеметов, 200 тыс. снарядов к противотанковым пушкам, 13 670 тыс. винтовочных патронов, 82 танка Т-26, 30 тракторов, 10 автомашин ЗИС-6 и др.[102] Благодаря советской бронетехнике и под руководством советских военных к августу 1938 г. была сформирована первая в китайской армии механизированная дивизия[103].
В общей сложности Советский Союз с сентября 1937 г. по июнь 1941 г. направил в Китай 1235 самолетов, 1600 орудий, более 14 тыс. пулеметов, 50 тыс. винтовок, около 180 млн патронов, 31,6 тыс. авиабомб, около 2 млн снарядов и другое вооружение. Советским оружием и боевой техникой были полностью вооружены 19 пехотных и одна механизированная дивизии китайской армии. Китайские ВВС практически полностью состояли из советских самолетов[104].
Единственной относительно безопасной наземной транспортной артерией для доставки военных грузов была территория граничившей с СССР провинции Синьцзян. В октябре 1937 г. началась прокладка 2925-километровой автомобильной трассы от пограничной станции Сары-Озек в Казахстане, через синьцзянские города Урумчи и Кульджа до конечного пункта в Ланьчжоу. Главный оперативный штаб трассы находился в Алма-Ате. Дорога, обозначавшаяся в советских секретных документах как «Трасса Z», начала функционировать в 1938 г. Для ее эксплуатации и охраны в Синьцзян направили, якобы на учения в условиях горной местности, дислоцировавшиеся в Казахстане 13-й и 15-й мотострелковые полки пограничных и внутренних войск НКВД СССР, а также территориальный 48-й Казахский кавалерийский полк РККА. Им были приданы автобатальон с 750 грузовыми автомашинами, танковая, артиллерийская, саперная и другие части. Воздушную поддержку осуществлял авиаотряд. Вдоль дороги было организовано 20 пунктов ночевок, питания и заправки машин. Рассчитанная на проезд в течение 24 суток, трасса покрывалась за 18,5[105].
Непосредственное участие в эксплуатации Синьцзянского участка трассы и обеспечении его безопасности принимал Кирилл Прокофьевич Орловский (1895–1968), уроженец д. Мышковичи Кировского района Могилевской области. С 1918 г. работал в Оршанской ЧК. В этом же году организовал и возглавил партизанский отряд, действовавший в тылу кайзеровских войск на территории Беларуси. В 1919 г. – сотрудник Бобруйской ЧК. В 1919–1920 гг. учился на курсах комсостава, окончил Коммунистический университет национальных меньшинств Запада им. Ю. Мархлевского в Москве, участвовал в боях Гражданской войны на Западном и Петроградском фронтах. В 1921–1925 гг. вновь партизанил на территории Западной Беларуси. С 1930 г. – сотрудник ОГПУ-НКВД Белорусской ССР. Был награжден орденом Трудового Красного Знамени БССР. С января 1937 г. по январь 1938 г. находился в Испании в качестве инструктора по разведывательно-диверсионной работе. По возвращении учился на курсах при Особом отделе НКВД СССР, но затем дала о себе знать тяжелая контузия, и в 1939–1940 гг. Орловский недолгое время работал помощником директора Чкаловского (Оренбургского) сельскохозяйственного института. Однако уже в июле 1940 г. вернулся на службу в органы госбезопасности и в марте 1941 г. был направлен советником по разведывательно-диверсионной работе в Китай, где находился до мая 1942 г. В период Великой Отечественной войны действовал на оккупированной территории Беларуси, являясь командиром разведывательно-диверсионного спец-отряда НКГБ СССР «Соколы». 20 сентября 1943 г. удостоен звания Героя Советского Союза. В 1944 г. возглавил колхоз «Рассвет» в своих родных местах, превратил его в крупнейшее передовое хозяйство. 18 мая 1958 г. стал Героем Социалистического Труда[106].
Орловский прибыл в г. Кульджа вместе с женой Натальей Константиновной, дочерьми Лидой и Светланой. Для оперативного прикрытия его назначили заместителем начальника перевалочной авиабазы в Кульдже, в которую входили авиашкола, где советские специалисты обучали китайских летчиков, аэродром и другие службы, а по совместительству – завхозом советской геологической партии, занимавшейся по просьбе китайского правительства поисками нефти в Синьцзяне. Следует отметить, что, являясь опытным не только разведчиком-диверсантом, но и хозяйственником, Орловский успешно совмещал все свои обязанности. Но, конечно, его главной задачей были разведывательные поездки по Синьцзянской трассе и борьба с возможными диверсантами, поскольку в этом районе проживало большое количество бывших белогвардейцев-эмигрантов и действовала рейдирующая японская диверсионная группа, которая несколько раз нападала на Кульджу, взорвала мост. В поездках наш земляк, как и другие советские военные, пользовался своеобразной «охранной грамотой» – кусочком белого шелка, на котором китайскими иероглифами было выведено: «Предъявитель является добровольцем, прибывшим из Советского Союза в Китай для оказания военной помощи. Военные и гражданские лица обязаны уважительно относиться к его просьбам и оберегать его».
Орловский постарался свести до минимума процесс частого обновления обслуживающего персонала базы, среди которого были не только китайцы, но и белоэмигранты. При этом он завербовал
