и сделали. Потом Патрик взял ее за руку и притянул к себе. Не слишком близко. Не как для поцелуя. Но довольно близко. Интимно, но одновременно уютно.
– Я бы хотел снова с тобой повидаться, когда вернусь.
– С удовольствием, – сказала Тильда, не питая особых надежд. Три месяца – это долгий срок.
– В ближайшее время я буду занят. Много работы, да и часовые пояса… Но я непременно позвоню.
Тильде понравилось это обещание.
Патрик вызвал такси.
– Тебя подвезти?
– Дойду пешком. Мне недалеко.
Тильде не хотелось попасть в ситуацию, где ей пришлось бы пригласить его в дом. У нее выдалась тяжелая неделя, а стремительно растущее влечение к Патрику все усложняло.
Когда подъехало такси, Тильда заколебалась: пожать ли Патрику руку или обнять его? Но он вместо этого дотронулся до ее лица так нежно, что она чуть не расплакалась.
– Я очень рад, что познакомился с тобой, Тильда.
Тильда вернулась домой, ощущая, что перед ней открываются новые возможности.
23
Одна из величайших трагедий нашей жизни заключается в том, что свобода возможна, но мы проводим год за годом в ловушке старых привычек.
ТАРА БРАХ, психолог и писательница
Тильда проснулась в мечтательном удовлетворении под лучами утреннего солнца. Она любила свою кровать. Чистое белье, которое сменила накануне. Удобный матрас, купленный после развода, когда ей больше не нужно было думать о больной спине Тома.
Свернувшись под одеялом, она парила в промежутке между сном и бодрствованием, пока ритмы ее мозга переходили от теты к альфе и бете. Она еще никогда не замечала этого перехода. Ей вспомнился Патрик и все детали вчерашнего свидания. Вечер действительно удался. Даже неловкость удалось свести к минимуму. Один чудесный момент следовал за другим, словно очаровательная, волшебная гирлянда из фонариков. С той самой секунды, как она заметила его и у нее в животе запорхали бабочки – она так давно этого не ощущала – до момента их прощания.
«Я очень рад, что познакомился с тобой, Тильда».
Он тебе не позвонит.
О, вот и Пенелопа проснулась. Тильда еще ни разу не наблюдала, как просыпается ее мозг. Она попыталась было вернуться к приятным воспоминаниям, но у Пенелопы были другие планы.
Ты выставила себя дурой, когда сказала, что он хорошо выглядит.
И ты заказала два виски, хотя уже пила днем. Ты употребляешь слишком много алкоголя.
В кои-то веки Пенелопа была права. Тильда встала и направилась в ванную, где всегда оставляла телефон на зарядке. Ее ждало сообщение от Патрика. Она испытала прилив радости. Какой приятный сюрприз. Патрик недвусмысленно сказал, что улетает по работе и позвонит, когда сможет. В этой ясности было нечто успокаивающее. Но теперь…
Доброе утро, Тильда. Я получил большое удовольствие от нашей встречи. Желаю тебе чудесного дня. Патрик
Тильда перечитала сообщение трижды. Идеально. Не слишком напористо, не слишком вяло, не слишком загадочно. То, что нужно.
Она начала печатать.
Привет, Патрик
Удали «привет».
Эй, Патрик
Так еще хуже. Удали.
Салют!
Боже, нет. Удали.
Я тоже. Замечательный вечер.
Надеюсь, твоя поездка пройдет хорошо… Тильда
Готово! Она отправила сообщение и тут же пожалела о многоточии.
Как же все сложно. А ведь это был один-единственный ужин. Но хорошо, что Патрик уехал. Это давало Тильде возможность расслабиться и подумать о других проблемах. Вроде вечно недовольной Пенелопы, о которой теперь невозможно было забыть даже на минуту.
Тильда сняла пижаму и пристально изучила себя в зеркале. Каждую часть тела, со всех сторон. Ничего не пропало, но и заново ничего не появилось.
Она разом испытала облегчение и разочарование.
Одевшись, Тильда спустилась на кухню, сварила кофе и открыла блокнот, чтобы записать то, что ей говорила Пенелопа. Иногда ее внутренний диалог принимал форму разговора с людьми из ее прошлого и настоящего или даже с самой собой. А иногда никаких ответных реплик не звучало, и Пенелопа просто ныла у нее над ухом, как брюзгливая старуха.
Устроившись на солнечной веранде, Тильда взяла ручку на изготовку.
Слишком сложно. И зачем все это? Вы сходите на несколько милых свиданий, а потом все станет труднее. Запутаннее.
Рано или поздно он захочет кого-то помоложе.
Я слишком стара для свиданий. Мужчины моего возраста ищут молодых женщин. А мне остаются лишь глубокие старики.
Я всегда буду одна.
Я поправилась. Сегодня нужно устроить голодание, попытаться сбросить пару кило.
Я устала. Выбилась из сил. Измотана. Одинока. Мне никто не помогает.
От этих дурацких упражнений никакого толку. Они не помогут. Ничто не поможет. Скоро я окончательно исчезну.
Она захлопнула блокнот и взяла поводок Бадди. Услышав знакомый звон, Бадди понесся к двери.
– Кто тут терпеливый мальчик?
Он ударил хвостом по деревянному полу. Тильда пристегнула поводок, схватила фотоаппарат и вышла на улицу. Стояла прекрасная погода. Чистый воздух, голубые небеса. В воздухе пахло морской солью, а шум волн доносился через весь квартал.
Они вышли на пляж, и Бадди натянул поводок, заметив своих приятелей-собак. Тильда спустила его с поводка, и он бросился вперед. Необузданная радость, необузданная мощь. Собаки принялись вместе прыгать, носиться туда-сюда и обнюхивать друг друга.
Вот бы и с мужчинами было так же легко.
Тильда настроила фокус и сфотографировала, как огромный мастиф залез на Бадди со спины.
«Какую бы мотивирующую цитату придумать для этого фото?» – подумала она. Может, на кружке будет смотреться неплохо. «Любовь не знает преград!»
Мастиф отвлекся, а Бадди принялся носиться вокруг. Его энтузиазму сложно было не позавидовать. Тильда уже много лет бегала кругами, но не получала никакого удовольствия.
Она заметила на другом конце пляжа группу серферов и тут же вспомнила о Патрике. Удивительно – ей казалось, она давно повзрослела и залечила старые раны, но одного-единственного свидания с привлекательным мужчиной оказалось достаточно, чтобы повернуть время вспять на тридцать пять лет.
Вступая в отношения с Томом, она была молода, прекрасна и на сто процентов убеждена, что ее любят. А развелась, будучи старой, израненной, ни в чем не уверенной и начисто лишенной самоуважения.
Жизнь с Томом ее почти сломила. Тревожные звоночки зазвучали еще на первом их настоящем свидании, через три дня после знакомства на фестивале. За ужином ему несколько раз звонила бывшая, и разговор их велся на повышенных тонах. Но Тильду так к нему влекло, что она не стала обращать на это внимание, как и на тот факт, что он вообще отвечал на
