Элея взошла на борт одной из последних. Казалось, король до конца не хотел выпускать ее из своих объятий. Шута она вниманием не удостоила — сразу прошла в кормовую часть и скрылась за дверями, ведущими к верхним каютам. Будто и не было того обрадованного взгляда… Наверное, ему просто показалось.
Внезапно Шут так остро почувствовал себя брошенным, ненужным среди всей этой радостной суеты. Он облокотился плечом о какую-то деревянную тумбу и с тоской смотрел на медленно отдаляющийся берег. Прожив в портовом городе целый десяток лет, о кораблях Шут знал непростительно мало. Спроси его, к примеру, как эта тумба называется, он бы только плечами пожал. Морской мир бы непонятен и чужд Шуту, который мог с завязанными глазами пройти по канату меж двух домов, но никогда не чувствовал себя уверенно, зная что под ногами покачивается широкая деревянная палуба. Он уже понял это, путешествуя по морю прошлой зимой. Нет, Шут не испытывал страха перед бескрайними водами, но и в безопасности себя не ощущал. Только в далеком детстве жизнь на корабле казалась ему необыкновенно романтичной. А в реальности матросы ужасно смердели, постоянная качка очень быстро оборачивалась пыткой, а необходимость справить нужду в таких условиях — настоящим испытанием. Если к этому прибавить еще и неутихающий ветер, что способен выдуть все тепло, а также сырость, насекомых и крыс, которые населяли даже капитанские каюты на судах, то в целом картина выходила не особенно привлекательная. К тому же Шут сознавал, что терпеть все это ему придется в одиночестве — Элея ясно дала понять, сколь мало нуждается в его обществе, а кроме нее он ни с кем знаком не был. И вовсе не чувствовал в себе сил для того, чтобы заводить эти знакомства, потому и смотрел на берег с такой тоской.
Плавание обещало быть долгим и безрадостным.
— Господин Патрик! — громкий голос вывел Шута из оцепенения и вернул в реальность. Он обернулся и увидел рядом с собой одного из хранителей. — Не изволите ли пройти в свою каюту?
— Изволю, — вздохнул Шут, по привычке пытаясь натянуть на лицо улыбку. Которая, впрочем, никому особенно не была здесь нужна.
— Корабль, как вы заметили, невелик, — хранитель направил его к лестнице, ведущей на нижнюю палубу, — отдельные каюты — только у принцессы и капитана. Всем остальным придется тесниться.
Шут лишь плечами пожал. Он и не рассчитывал, что ему снова выделят такие хоромы, как год назад — при нем больше не было короля, а геройские заслуги на этом корабле имелись почти у всех.
На нижней палубе и впрямь оказалось тесно, зато тепло — сюда не задувал этот ужасный ветер. Для парусов-то он может и хорош, но вот для таких хворых господ, как Шут — не особенно…
Хранитель подошел к узкой невысокой двери, ведущей в одну из обычных кают для воинов. Коротко стукнув и не дождавшись ответа, он отворил ее и, не заходя, кивнул Шуту вглубь небольшого помещения. В неярком свете фонаря Шут увидел три койки — две друг над другом у правой стенки, и еще одну — у левой. Все это очень напоминало нутро той посудины, на которой год назад королеве пришлось возвращаться на Острова. То же тесное пространство с низким потолком, запах смолы, отсутствие окон, да топот над головой. К тому же, в отличие от Элеи, Шуту предстояло делить каюту с другими участниками похода. Хотя двое попутчиков — это еще не так уж плохо. Шут знал, что матросы, к примеру, и вовсе спят в одном большом кубрике, где на двух человек хорошо, если придется три квадратных метра голого пола, да подвесные гамаки… И тут подумать надо, что хуже — твердый пол или болтанка в гамаке.
Не имея представления, какая из коек свободна, он нерешительно опустился на край одной из них, поставив свой походный мешок у ног. Пол ощутимо качался, за стенкой слышался плеск воды, над головой поскрипывал фонарь с толстыми стеклами, покрытыми многолетней копотью. Он едва рассеивал полумрак маленькой каюты. Шут вздохнул и в очередной раз подумал, что это плавание, по всей видимости, будет просто бесконечным…
А в следующий момент, широко распахнув дверь и фальшиво насвистывая какую-то лихую песню, в каюту шагнул невысокий смуглый паренек.
Он со смехом кинул на сундук свой плащ и только потом заметил Шута.
— Господин Патрик! Это вы! — едва не споткнувшись о соседние нары, мальчишка бросился к Шуту и вдруг повис у него на шее, едва не повалив на узкую твердую койку. А Шут… Шут неожиданно понял, что мир не так уж плох. И путешествие, хвала богам, не покажется ему слишком длинным…
11
— А я-то! Я-то как обрадовался, господин Патрик! — Хирга все никак не мог успокоиться, скакал вокруг Шута, не в силах усидеть на одном месте. — Принцесса говорила, что на корабле меня ждет сюрприз! Но я бы в жизни не догадался, что увижу здесь вас!
Шут улыбаясь смотрел на мальчика. Хирга повзрослел за этот год, но не слишком сильно. Да, сил набрался, окреп и над губой уже пробился едва заметный темный пушок. Но его тело еще оставалось по-мальчишечьи тонким, а в глазах, как и прежде, светилась ребяческая живость и простота.
И искренняя радость.
Да… надо отдать должное Элее, сюрприз ей удался дважды. Шут тоже едва ли мог помыслить, что повстречает на «Вилерне» своего юного сообщника и товарища.
— Как же ты попал сюда? — спросил Шут. — Ведь в поход взяли самых опытных воинов.
— Да, наверное, как и вы! По протекции Ее Высочества! — нет, Хирга и в самом деле ничуть не изменился, его дерзость и прямота заставили Шута рассмеяться. — Ведь принцесса до сих пор считает, что мы с вами заслуживаем особых привилегий.
— Да уж… — вздохнул Шут. С некоторых пор ему так вовсе не казалось. — Но признайся, что заставило тебя покинуть своего сэра рыцаря и примкнуть к отряду Элеи?
— Ну… — Хирга смущенно повел плечом, — Я напросился.
— Надоели упражнения с мечом?
— Не… Я того… ну просто хотел быть с ней рядом в этом пути. Мне… сердце подсказало.
— Гм! — только и смог ответить на это Шут. Довод — не поспоришь. — И долго ты уговаривал ее взять тебя? — он вспомнил свою собственную кривую попытку объяснить Элее, почему должен плыть в Дикие Княжества.
— Неа! — Хирга мотнул головой так, что черные пряди взлетели, закрыв на мгновенье глаза мальчишки. — Я отправил прошение самому королю. Мой господин к нему поехал по своим делам, и я упросил передать. Кабы сэр Даран знал, что в том письмеце!.. А Его Величество сразу и согласился. Почему-то… — закончил Хирга слегка растерянно и в лице его Шут снова увидел смущение. — А вообще-то… — паренек неожиданно стал серьезным, — вообще-то сэр Даран — очень хороший человек. И мне совестно, что я не испросил его разрешения перед этим. Но… он ведь мог отказать и даже выдрать меня своим деревянным мечом по заднице за такие послания королю. А мне очень надо было. Нет, господин Патрик, не смейтесь! Я правда считаю своим долгом быть рядом с принцессой. Пусть проку от меня мало, да только как знать, что важней — опыт или преданность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
