руки не дошли.
Зато «Игру престолов» помню хорошо, правда, больше трёх томов не осилил. Написано захватывающе, мир удивительный и отлично прописанный, персонажи интересные, но Джордж Мартин, гад такой, каждого героя, к которому прикипаешь, за кого начинаешь переживать, в конце каждой части грохнул. Вот зачем?
От злости я и бросил чтение этого произведения. А зря. Может сейчас бы и пригодилось. Автор вроде при написании многое брал из событий, интриг и заговоров, существовавших в земной реальности.
Даша у меня всё прочла. Я же только с тоской смотрел, спрашивал: и? Опять убил, отвечала. Так что, нет, всё верно, что бросил — Леська бы сказала «скипнул» — нервную систему сберёг от лишних потрясений, а она мне и сейчас служит.
— Когда мы на дело пойдём? — спрашиваю, раз подъезжаем к месту.
Раз пошли на дело, я и — нет, не Рабинович — маркиза Агния. Не ясно только, кто из нас захочет выпить и потянет в шикарный ресторан. Если без шуток, то в самом деле хотелось бы прояснить вопрос насчёт наших ближайших действий.
— Не так быстро, как ты надеешься. — полковник подняла вверх руку, увидев обернувшегося к нам Василия, подзывая этим знаком его к себе. — Слышал же, что рассказывал Карл, майор Карл Эркин? Пока наши полки изматывают противника на той стороне, мы ждём. Когда их всё же прижмут к болотам, и они отойдут к Лисичкам, тогда начнём размывать дорогу. Ту единственную, что пригодна для прохода повозок. По твоему лицу вижу, ты что-то задумал. Степ?
— От тебя ничего не скроешь. — немного добавляю лести. Хотел бы, скрыл. Делать морду кирпичом армия, не эта, а та, научила на отлично. — Этот мой, ну, метеоритный дождь. Или те вон заклинания, что показывал. Их рисунки у меня с собой. Может переедем на ту сторону и бахнем? То есть, бахну? Под твоим и Карла прикрытием, разумеется. Если боишься, что на меня все кинутся, возьмём сильную охрану.
Молчит полковник. Думает. Не стану ей мешать. Решала она недолго совсем.
— Рано, Степ. — отказалась от моей идеи. — Для применения таких мощных заклинаний надо выбрать момент, когда под их ударом окажется наибольшее количество врагов, а такое случится во время основного сражения. Сейчас идут маневренные действия. Сколько попадёт по твою атаку?
— А я знаю?
— Допустим, сотня-две, и то, если развернутся в плотный строй. И ради этого заранее оповещать виргийцев о появлении у нас могущественного мага? Глупость. Поняв это, они, во-первых, станут рассредоточивать строи и разносить свои лагеря на большие площади, а, во-вторых, откроют на тебя настоящую охоту.
— Можно подумать, позже будет по другому.
— По другому, Степ. Тебя всегда можно укрыть за стенами твоей обители, города или графского замка. Туда им дотянуться будет очень сложно, не то, что в этих лесах и болотах.
Она махнула рукой, показывая округу. Пусть не так уж и далеко мы отъехали от Готлина, но природа здесь заметно отличалась. На смену лиственным лесам, в основном, дубравам, рощам, полям, лугам, садам и виноградникам, пришли густые дебри деревьев хвойных пород — елей, сосен, кедров. К моему сожалению, последние являлись аналогами не сибирских, а ливанских земных собратьев, кедровые орешки я любил.
— Спасибо за заботу обо мне. — благодарю. — Лишь бы она не оказалась слишком обременительной. Агни, я ведь теперь не уличный мальчишка, а настоятель, сильный маг и, надеюсь, полноправный член нашего славного рода, которому хочу принести много пользы, в том числе, и на поле брани. Нам же нужно, чтобы нас уважали и боялись?
— Нужно. — кивает маркиза без своей обычной лёгкой ироничности. — Ты уже своими исцелениями, вначале одержимости у милорда Монского, теперь вот майора и парней, показал себя как могучего целителя. В принципе, этого бы хватило, а твои боевые возможности можно было бы подержать в тайне. Но, пожалуй, ты прав. Я не стану сильно тебя ограничивать, но и ты пообещай, что будешь крайне осторожен.
— Обещаю. Вон, и капитан свидетель. — смотрю на подъехавшего и двинувшегося с другой стороны от маркизы Василия Иткурского.
— Езжай вперёд. — сказала ему Агния. — Пусть мне и его преподобию освободят дом местного старосты. Если в нём уже обосновался полковник Клинский, подыщи другой, поприличней.
— Он уступит для вас свой. — убеждённо ответил капитан и пришпорил коня, отправившись выполнять полученное распоряжение.
Получается, ночевать в Лисичках буду под крышей, значит, одно из замечательных заклинаний из Юлианиной тетрадки по истреблению насекомых мне опять пригодится. Не хочется делить постель с блохами.
Чёрт, а ведь я втянулся, если не сказать, вошёл во вкус путешествия на лоне природы. И даже доспех мне сегодня не давил, как сейчас только понял.
Наша колонна вновь перешла на рысь и вскоре мы выехали к деревне, хотя поначалу, мне показалось, что передо мной цыганский табор вперемешку с кочевой ордой. Само село находилось чуть дальше по тракту, скрытое до поворота выступающим клином соснового бора.
Вокруг Лисичек группами были разбросаны многочисленные шатры, шалаши, фургоны, кибитки, телеги, загоны для скота, птичники, на полянах паслись стреноженные кони, быки, овцы, уже у околицы вижу небольшое стадо коз. Людей, понятно, тоже много, только почему-то военных среди них почти не наблюдаю. Так, кое-где мелькают одиночные вояки, и то выглядят мающимися от безделья.
Впрочем, чего я ожидал от средневекового армейского тыла? Так он и должен быть устроен. Наверное.
Ничего себе, даже дети тут, как говорится, в товарном количестве имеются, стайка из десятка разновозрастных шести-девяти лет, чумазые и оборванные мальчишки с девчонками без страха увязались за нашей колонной, чему-то радуются, руками машут.
Шлюхи, куда же без них? Знаю, что те из жриц любви, кто не смог заработать себе приданое в вертепах, продолжают это занятие, устраиваясь к маркитантам.
У Лайра, с ватагой которого я подрался в первые дни своего пребывания в новом мире, старшая сестра три с лишним года провела в обозе герцогского пехотного полка. От участия в военных походах её Создатель уберёг, она и так смогла скопить столько, что её взял в жёны один из подмастерьев кустаря-горшечника.
Трое таких работниц, уже не очень твёрдо держащихся на ногах, встретились нам у первых домов Лисичек. Косметика в этом мире использовалась натуральная, щёки шлюх были натёрты свеклой, как у той Марфушеньки-душеньки из фильма-сказки Морозко, брови зачернены углём, а губы смазаны соком черешни. Смотрится, конечно, комично и даже жутковато,
