Академию и имеет диплом целителя. А любой хороший целитель, к которым и относится моя сестра, - тут он тепло посмотрел на Ильяну, которая смущенно опустила глаза, - обладает способностью определять родство между людьми. Так вот, Ильяна определила, что твой сын, Олли, находится в весьма близком родстве со мной. Ты можешь это как-то объяснить?
Я молчала, крепко прижимая ребенка к своей груди. Что тут объяснять? Все, тут присутствующие (ну кроме Димы) - люди взрослые и прекрасно понимают, откуда берутся дети. Ильяна с Брилом, правда, до этого не подозревали о наших отношениях с Радмиром, но теперь, похоже, и они все поняли.
– Радмир, я… - начала было я, но он меня перебил.
– О чем еще я не знаю, Олли?
Я смущенно замолчала. Не рассказывать же ему о том, что никто, кроме него мне и не нужен.
– Олли, - вдруг несмело спросила Ильяна, - значит, Паша - не отец Димы? А… он правда - твой муж?
И вдруг я поняла, насколько для нее это важно. Девушка будто ожила, осознав истину. Не стала ее обманывать.
– Нет, - ответила я. - Паша - мой друг. Со мной сюда он попал случайно.
– Но зачем ты сказала, что он - твой муж? - возмущенно воскликнул Радмир.
– Вообще-то я об этом ни слова не говорила. Вы сами все придумали, а я не стала отрицать.
И все удивленно замолкли, осознав мою правоту.
– Олли, - после минутного молчания обратился ко мне Радмир, - нам стоит пообщаться. Наедине. Идем в мой кабинет.
И он встал, снова направляясь в свой кабинет и, похоже, не сомневаясь, что я пойду следом. Конечно, мне было страшно идти с ним на разговор один на один, но нам действительно нужно было поговорить. Так что я встала, передала Диму Ильяне (ни к чему ребенку присутствовать при разборках его родителей) и с обреченным видом последовала вслед за герцогом.
Глава 43
Радмир с непроницаемым лицом подошел к двери, пропустил меня в свой кабинет и аккуратно закрыл за нами дверь, сделав при этом ряд каких-то магических пасов. Я не поняла, что он делает, но спрашивать не рискнула. Мужчина был явно зол и лезть к нему под руку со всякой ерундой было бы большой глупостью.
Отойдя от двери, герцог подошел ко мне вплотную, взял мое лицо в ладони, наклонился и вдруг… поцеловал меня. Мягко, нежно он ласкал мои губы своими.
– Господи, Олли, как же я соскучился! - буквально простонал он мне в рот, оторвавшись на секунду и снова припал к губам.
Его поцелуй становился все более настойчивым, жадным. Он был, как путник в пустыне, дорвавшийся, наконец, до источника воды: пил и пил, не в силах утолить свою жажду. И я, сперва застывшая в изумлении, начала отвечать на этот поцелуй.
Потому что я тоже соскучилась. Безумно соскучилась по этому невероятному и желанному мужчине. Радмир уже держал меня за затылок одной рукой, а второй - крепко прижимал меня к себе за талию. Мои руки обвили его шею, я прижималась к нему так, словно желала слиться с ним в одно целое.
Наш поцелуй становился все яростней, все глубже. Радмир вдруг подхватил меня на руки и в два шага оказался у большого рабочего стола. Он усадил меня на этот стол, одним движением руки смахнул с него какие-то бумаги прямо на пол и горячие поцелуи сместились на мою шею в то время, как руки уже расстегивали пуговки моего платья, освобождая мою грудь.
Я включилась в эту игру и тоже на ощупь начала избавлять своего мужчину от одежды. Но у меня это никак не получалось, дрожащие пальцы никак не могли справиться с тугими петлями. Тогда герцог одним движением дернул на себе рубашку и россыпь пуговиц со стуком полетела на пол, а мои ладони, наконец, смогли коснуться горячей мускулистой груди. Я стянула рубашку с плеч мужчины, проведя по ним ладонями, вспоминая, какие они широкие и сильные, эти плечи.
Большая мужская ладонь сжала освобожденную от одежды грудь, а пальцы ухватили сосок, отчего из моей груди вырвался стон. Сладкие ощущения от близости, давно забытые и от этого еще более желанные, накатывали горячей волной возбуждения.
Пальцы на моей груди сменились губами, языком, сводя меня с ума, рождая в низу живота настоящий ураган страсти.
Ладони мужчины опустились к моим ногам, поднимая подол платья, проводя снизу вверх от ступней к бедрам. Пальцы прошлись по краю чулок, поглаживая чувствительную кожу над ними, схватили за резинку моих трусиков и я чуть приподняла бедра, позволяя мужчину освободить меня от это предмета гардероба. А потом широко раздвинула колени, как бы говоря этим, что ему - можно. Ему вообще все можно. Только ему и можно.
Радмир слегка отстранился, щелкнула пряжка ремня и его брюки вместе с бельем упали на пол, демонстрируя мне всю силу и мощь его желания. Он за бедра слегка притянул меня ближе к краю стола и вклинился между моими бедрами. Твердый возбужденный стол прижимался к низу моего живота, а я, крепко вцепившись пальцами в плечи мужчины, подалась бедрами навстречу.
– Пожалуйста! - хныкнула я, - Возьми меня! Не могу больше, хочу тебя!
Но он не торопился.
– Скажи мне! - потребовал он.
– Что? - спросила я.
Да я что угодно была готова сказать в этот момент, лишь бы, наконец, ощутить его внутри себя.
– Скажи, ты любишь меня? Только правду! Скажи! - требовал он.
И я сдалась. Сразу, без боя.
– Да… - тихо простонала я.
– Громче! - требовал герцог.
– Да, я люблю тебя! - воскликнула уже гораздо громче. - Всегда любила. И никогда не переставала любить.
– У тебя был кто-нибудь там, в твоем мире? Ты была с кем-нибудь еще? Только честно!
– Нет. Клянусь! Никого, кроме тебя, у меня никогда не было!
Господи, и что за болтливость вдруг во мне проснулась! Зачем я все это ему рассказываю? А Радмир вдруг очень довольно улыбнулся и вогнал в мое лоно свой член, даря мне чувство наполненности и наслаждение. И он начал вбиваться в меня, лежащую на его рабочем столе с широко раздвинутыми ногами и стонущую от его ласк. Сильные толчки заставляли меня кричать от страсти. Правда, вначале я пыталась сдерживать свои крики, но Радмир быстро все понял и сказал:
–
