ко всему совершенно спокойно. Я выдохнула с облегчением: кажется, прошла у него эта одержимость мной.
– Еще нужно помочь Олли нанять няню для малыша, - заявил Радмир.
Я ничего н имела против няни: предстояло много дел и помощь по уходу за ребенком была бы очень кстати.
– Олли! - раздался голос Брила, входящего в гостиную. - Я связался с графом Виринским и он очень хотел бы встретиться с тобой. Он готов приехать к нам сегодня же вечером. Ты не против?
Конечно, я была не против встретиться с единственным оставшимся родственником в этом мире, так что ответила согласием.
Вскоре Радмир, извинившись перед всеми, был вынужден покинуть нас и отправиться по каким-то своим делам, накопившимся за время его болезни. Ильяна убежала давать объявление в газету по поводу найма няни, а Брил удалился в свою лабораторию.
Дима вскарабкался ко мне на руки и сидел, довольный, что-то лепеча на своем детском языке. А я решила, что пора пообщаться с Павлом.
– Паша, я…
– Ты не собираешься возвращаться в наш мир, - не спрашивал, а утверждал Павел.
– Да, я остаюсь. С Радмиром.
– Это я уже понял. Как понял и то, насколько безнадежно было мое желание стать твоей второй половинкой.
Я смущенно потупилась. Это правда - шансов на совместное будущее у Павла не было совсем: никто, кроме Радмира мне не был нужен.
– Мы поможем тебе вернуться в наш мир. Я поговорю с Брилом и ведьмами, мы что-нибудь придумаем. В крайнем случае, я могу сама тебя перенести туда, а потом вернуться обратно, - начала я размышлять вслух.
– Оль, не надо! Я остаюсь тут.
– Ты… что? - я удивленно воззрилась на друга.
– Я остаюсь тут, - повторил он. - Я… понимаешь, мне очень нравится Ильяна.
И тут до меня дошло. Ну конечно! Увлеченная собственными проблемами, я совершенно не замечала того, как Паша с Ильяной смотрят друг на друга, как оживленно они общаются. А потом я вспомнила, как обрадовалась Ильяна, узнав, что Паша вовсе не является моим мужем. И паззл сложился.
– И это не безответно, - кивнула я головой. - Ты ей явно тоже очень нравишься.
– Как ты думаешь, у меня есть шанс? - настороженно спросил Павел.
Я пожала плечами: Ильяна, конечно, сестра герцога, но не герцогиня и столь жестких требований насчет титулованного жениха в ее отношении нет.
– Я поговорю с Радмиром, - пообещала я.
– Вот только… мне бы хоть какую-то весточку матери передать, что жив-здоров. Она ж там с ума, небось, сходит.
– Это вряд ли, - сказала я. - Я думаю, что весточка придет ровно в тот момент, когда мы исчезли, она просто не успеет начать переживать. Но мы подумаем, как все это сделать наилучшим образом. Я бы тоже Аглаю Степановну успокоила. Хотя я ей записку как раз оставила.
Мы еще немного помолчали, думая каждый о своем, а потом я подхватила сына и отправилась на кухню - кормить ребенка обедом.
Глава 46
Вечером в особняк герцога явился граф Виринский собственной персоной. Это был сухонький, весьма уже немолодой мужчина. Да что там немолодой, это был совсем уже старик. Сколько ему было лет? По моим прикидкам - чуть больше сотни. Учитывая, что никакого магического или ведовского дара у него не было, возраст этот был для него весьма существенным.
Вместе с графом прибыли и его приемные дети: Остин, мужчина лет сорока и Ладия, которой на вид было лет сорок пять. В-общем, оба эти почти родственники по возрасту годились мне в родители. Граф передал им свою фамилию, так что Остин носил фамилию Виринского. Ладия Адарская давно носила фамилию мужа. А вот титул свой приемным детям граф передать не мог, так что ни Остин, ни Ладия к аристократам не относились.
Худощавый Остин имел практически лысую голову и усы щеточкой. Ладия обладала пышными формами, была очень полной и страдала от одышки. Оба они, и Остин, и Ладия поглядывали на меня столь презрительными взглядами, будто это они тут были аристократами, а я - всего лишь выскочка, которая вдруг решила вклиниться в их семью.
А вот граф мне обрадовался:
– Я уже давно принял тот факт, что род Виринских прервался, - говорил он чуть сиплым голосом. - Я был совсем маленьким, когда пропала Элинара, она была старше меня на добрый десяток лет. Но я все равно хорошо помню, как убивались по ней мои родители и бабушка. Ее долго и тщательно искали, нанимали лучших сыщиков, но так и не нашли даже следа. Лишь однажды моей маме одна ведьма сказала, что ее дочери нет в этом мире, но она жива. Мама тогда так и не поняла этой фразы - если ее нет в этом мире, то как же она может быть жива. Но та же ведьма сказала, что мои родители уже никогда не увидят свою дочь и лишь потомки ее когда-нибудь появятся в этом мире. Теперь я вижу, что ее предсказания сбылись.
– Вы помните ее? Мою прапрабабушку?
– Да, помню. Тем более, что, сколько я себя помню, в нашей гостиной висел ее портрет. На нем ей было лет тринадцать. Но все равно видно, что ты немного похожа на нее. Кстати, этот портрет до сих пор там и висит.
– Хотела бы я на него взглянуть, - сказала я.
– Обязательно взглянешь. Надеюсь еще не раз увидеть тебя в нашем доме.
– Ма-а-а! - послышалось от двери и в гостиную неловкими шагами ввалился Димка. За ним влетела Ильяна, которая должна была за ним приглядывать. М-да, без профессиональной няни нам не справиться.
Я подхватила малыша на руки, что его только порадовало, он засмеялся и стал ручонками ловить мои волосы и нос.
– У тебя есть сын? - удивленно сказал граф.
– Да, это мой сын, Дмитрий.
– Я не знал, что ты замужем.
– Я… ээ… да..
– Но это мы обсудим позже, расскажи сперва, как же так получилось, что моя сестра оказалась в другом мире? И как ты смогла вернуться сюда? И почему Элинара не смогла этого сделать?
Вопросы посыпались из графа, как из рога изобилия.
– Мне известно лишь то, что я смогла прочесть в дневниках Элинары. Там она писала о том, что экспериментировала с портальной магией и сама
