чего-то да стою, ушла из дома в квартиру, которая досталась мне по наследству от бабушки, которую я почти совсем не знала и устроилась секретарем на швейную фабрику. Зарплату обещают достаточно неплохую, вот только начальник сволочь, узурпатор и тиран. Но знала же на что шла, поэтому жаловаться нет смысла.
Выпив полбутылки коньяка, с задушевными разговорами закончили в начале третьего ночи. Вика нас ни разу не побеспокоила и тихо посапывала в зале на диване в обнимку с котенком. Я предложила Юле не будить девочку, оставить на ночь у меня, но та пьяно покачала головой, сказав, что не сможет без нее уснуть. Когда гости ушли, я не раздеваясь легла на постель и укрылась пледом. Сил не осталось даже на то, чтобы снять одежду. Пред глазами расплывались круги, комната качалась. Я закрыла глаза, но это не помогло, мне казалось, что я проваливаюсь в бездну. В голове гудело так, словно где-то рядом проезжал товарный состав. Боже, и зачем я так напилась?
***
Сергей.
Проснулся от яркого солнечного луча, бившего прямо в глаза. Голова раскалывалась, отдаваясь болью в висках. Жутко хотелось пить. Вот это мы повеселились вчера! Последнее что я помнил, это то, как заказал вторую бутылку текилы. Как оказался дома — не знаю и не помню. Я оперся на левую руку, пытаясь встать и задел что-то теплое и живое. С трудом повернув голову, глухо застонал. Только не это! Катя! Я все-таки ей позвонил. Тихо выругавшись, аккуратно, чтобы не разбудить девушку, выполз из-под одеяла, взял из шкафа чистые трусы и футболку и быстро натянул на себя. Судя по разбросанной по всей спальне одежде, ночь была весьма бурной и страстной.
Мне нравилась Катя: у нее было шикарное тело, длинные ноги, красивые натуральные светлые волосы, но не было у меня к ней чувств, и я ничего не мог с этим поделать. Мы начали встречаться год назад, и надолго меня не хватило, я первый разорвал отношения, сообщив ей, что она свободна и вольна встречаться с кем хочет. Девушка никак не хотела это принимать и настойчиво преследовала меня, признаваясь в любви. Я даже как-то пытался свести ее со своим старым другом, которому безумно нравился такой типаж девиц. Очень рассчитывал, что она поведется на его накачаные бицепсы, спортивное телосложение, звание заслуженного мастера спорта и переключит свое внимание на него. Увы, не удалось. Я еле от нее отмахался в последний раз, полгода жил спокойно и на тебе, опять двадцать пять.
Вышел в кухню и влил в себя почти литр воды. Вроде немного полегчало. Свой телефон нашел на полу в коридоре, хорошо, что хоть здесь. Поднял, проверил исходящие. Действительно сам позвонил Кате в одиннадцать. Выходит, накрыло меня довольно рано, хотя вроде бы закусывал, точно не помню. Включил кофе машину. Электронное табло на агрегате показывало тридцать семь минут второго. В кухню тихо вошла Катя, одетая в мою вчерашнюю рубашку на голое тело.
— Привет, дорогой, — прижалась ко мне гибким телом, нежно поцеловав в плечо.
Я отстранился, стараясь держать тактильную дистанцию. Взъерошил рукой и без того лохматые волосы.
— Катя, прости, я не должен был тебе звонить.
— Не за что мне тебя прощать, — довольно ухмыльнулась девушка и села за стол, красиво закинув ногу на ногу. Эта демонстрация явно была предназначена для моего взора, но тело даже не отреагировало. — Три раза за ночь говорит само за себя и не нужно никаких извинений.
Я уселся напротив и обхватил голову руками. Черт! О чем только я думал, когда ей звонил? Вопрос конечно риторический, да и по ее довольной мордашке понятно зачем.
Теплая ступня девушки коснулась моей ноги и плавно двинулась выше.
— Черт! Катя, прекрати, — выругался я, отбросив ее ногу. — Это ничего не меняет. Мы не встречаемся. Одна ночь ничего не значит.
— Вчера ты говорил совсем другое, — обиженно надула губки девушка.
— Вчера я был пьян и не контролировал себя. Прости, что дал тебе повод думать иначе, но между нами ничего нет и быть не может. В моей постели сегодня ночью могла быть любая другая девушка.
— Но ты позвонил мне, а не любой другой. Значит, я тебе не безразлична?
— Не безразлична, — согласился я, — но как подруга, хорошая знакомая, не больше! Катя, я тебе сто раз повторял, что на тебе не женюсь, я не тот человек, который может сделать тебя счастливой.
— Но ты же сделал меня счастливой сегодня ночью? — не унималась Катя, пододвигаясь ко мне ближе. Я снова опустил голову на руки и глухо спросил:
— О мерах предосторожности я хоть не забыл?
— О чем, о чем, а об этом ты даже в пьяном состоянии не забыл. Купил большую упаковку презервативов, я даже подумала, что ты намерен за ночь ее всю использовать.
Я с облегчением выдохнул. Уфф, инстинкт самосохранения сработал, а то бы мог так вляпаться…даже подумать страшно как.
— Сереж, ну нам же хорошо вместе, может, попробуем еще раз?
Кофе машина зашипела, выплевывая в чашку последние капли кофе. Я взял пустую чашку и поставил в агрегат, снова включил. Дымящийся горячий кофе поставил перед Катей, добавил сливки и ложку сахара.
— Прости, у меня больше ничего нет.
— Ты не забыл, какой я люблю, — Катя, держа тонкими красивыми пальчиками чайную ложку, стала размешивать сахар, поглядывая на меня искоса игривым взглядом. — И я не забыла, что ты любишь. Давай закажу еду из ресторана?
Я поднял на нее глаза, не зная как еще доходчивее объяснить, чтобы она поняла, что вчерашняя ночь была ошибкой. Мне нужна была только физическая разрядка и не более того. А с другой стороны, Катю я хорошо знаю, мы дружили с университета. В какой-то момент отношения переросли в страсть. Я первым понял, что это не любовь, а вот чувства девушки похоже были гораздо глубже, и я не имел права с ней так поступать, не должен был давать напрасную надежду, пользоваться ею, когда мне это было удобно и необходимо.
Я сложил пальцы треугольником и потер переносицу.
— Катенька, милая, ты понимаешь, что мы не будем вместе? На что ты надеешься?
Девушка протянула руки, поправила мне волосы и серьезным тоном ответила:
— Я все понимаю, Сережа, и хочу быть с тобой, пока тебе это нужно. А тебе сейчас это нужно, я вижу, не слепая.
Я опустил глаза, не выдержав ее взгляда полного любви и обожания.
— Будет подло с моей стороны так поступить с тобой. Я не могу.
— А я могу,
