Через несколько долгих мгновений металлический голос сообщил:
– Снаряды попали в сектор G7, цель уничтожена.
Я с какой-то маниакальной радостью наблюдал, как множество мелких взрывчиков накрывают квадрат.
После этой атаки последовали новые, потом ещё и ещё. Повстанцы с упорством барана, бодающего ворота, и несмотря на потери, пытались отвоевать цитадель. Меня это почти не беспокоило, за час боёв я насобачился определять координаты в уме. Вот только длилась эта фронтовая идиллия недолго.
В один из моментов мятежники появились снова, и не только с севера, как было до этого, но и с юга. А я ещё насмехался над их примитивной тактикой. На деле же, повстанцы оказались не дураки, атакуя всё время в одном направлении, они тем самым притупили нашу бдительность. И пока мы ждали очередной вылазки с севера, зашли с тыла. Да ещё какими силами: сто пятьдесят танков! Впрочем, с севера их пёрло не меньше. Вся эта прорва даже не умещалась на одном квадрате, а это значит, что стрелять следует быстро и заряжать мортиры по полной.
Тут взгляд зацепился за данные на мониторе, я похолодел. Зарядов оставалось всего на пару выстрелов. Проклиная себя за беспечность, я обернулся к Дрону.
– Лейтенант, откуда вы берёте снаряды? Только быстро, не мямли!
– Обычно их доставляют с базы, – обескураженный моей грубостью, пробурчал мардак, – по предварительной заявке. Только, боюсь, мы их получить не успеем…
– А что значит «обычно»? – я ухватился за слово, как утопающий хватается за соломинку.
– Есть ещё НЗ. Здесь, в цитадели. Но его следует применять только в экстремальных случаях.
О, господи, – я закатил глаза, – что за расу придумал господь, если самый смышлёный тупей паровоза.
– А это, твою мать, что?! – я силой ткнул в монитор. – Не крайний случай?! Это настолько хреновый крайний случай, что… далее шли исключительно армейские жаргонизмы, которые я подкреплял жестами. – Быстро взломать склады! Весь личный состав мобилизовать на доставку снарядов! – вернулся к цензурной лексике я.
– А как же эти, с юга? – кивнул на монитор ошарашенный Дрон.
Действительно, пока я буду пулять по северной группе, кто займётся южанами?
Взгляд задержался на Квинкере, который всем своим видом демонстрировал, что готов понаспасать всех в Галактике, включая окрестности. Выхода не было, пришлось положиться на земноводного.
– За южный рубеж назначаю ответственным военнообязанного Квинкера! – я кивнул на пенальца. – Дрон, выделите ему двадцать смышлёных ребят, желательно знакомых с турелями!
– Есть, сэр! – гаркнул мардак.
– Смотри у меня, – я показал кулак бывшему таксисту. Тот в ответ ощерился жабьей улыбкой:
– Не извольте беспокоиться, шеф! Расфигачим эти коробочки в хлам!
С этими словами двое подручных, пыхтя и толкаясь, исчезли за дверью. Я вернулся к монитору, дела обстояли хуже некуда: обе группы противника, несмотря на их многочисленность, двигались быстро. Северяне уже были в секторах D5 и Е5, времени оставалось в обрез. Я вычислил координаты, куда переместится враг, учёл ветер, зарядил мортиры под завязку и выстрелил. Попал, вот только в поражённом секторе погибли не все, паре десяткам танков удалось уцелеть. Вероятно, для такой прорвы техники не хватает даже максимальной бомбёжки.
С соседним сектором вышла та же история, из пекла вырвалось несколько танков. Увеличив скорость, они ринулись к цитадели. Следовало спешить, потому что, если не уничтожить танки быстро, при такой скорости они моментально достигнут мёртвой зоны, где мои мортиры будут бесполезны. Я принялся методично уничтожать врага, накрывая один сектор за другим. Оставалось не более дюжины танков, когда вместо привычного залпа раздался сухой щелчок. Снаряды иссякли.
Дрон! Где его носит! Я активировал экран, куда поступали данные с внешних камер, пробежал взглядом несколько картинок. И остолбенел… Квинкер с видом Бонапарта при Ватерлоо командовал вверенными ему мардаками. Собственно, ничего особенного в этом не было, ведь я сам его назначил. Меня поразили турели, вернее их стволы. Они не смотрели в небо, как положено, под углом, а располагались параллельно земле.
– Не-ет! – заорал я.
Разумеется, меня никто не услышал. В следующую секунду грянул залп, защитная стена, а заодно и энергетический щит не выдержали. Возникла пробоина, куда и устремилась вражеская армада.
Я обхватил голову, господи, как меня угораздило назначить пенальца артиллеристом. Нет, вообще-то, прямая наводка – вещь эффективная. Но при одном условии – если впереди нет собственных укреплений. Квинкер этому обстоятельству значения не придал, подумаешь, стенка, и шмальнул. Ну, а с мардаков какой спрос, им куда скажут, туда и стреляют.
Шипение лазеров, грохот разрывов, лязг гусениц – всё смешалось в одну страшную какофонию. Послышались торопливые шаги – кто-то спускался по лестнице.
– Осмелюсь доложить, шеф, – задохнувшись от бега, прохрипел Квинкер, – нам шиздец!
– Да ты… – я точно наградил бы зелёного заслуженным подзатыльником, но в этот момент в командный пункт ворвался Дрон, за ним ввалилось ещё штук пятнадцать мардаков. Все грязные, потные, некоторые в крови.
– Это все, кто уцелел, – прорычал лейтенант.
– Задраить люки! Занять круговую оборону! – странно, но ко мне снова вернулось хладнокровие. Вероятно, я глубоко вжился в роль командира. – Лейтенант, запросите базу, скажите, удержать цитадель не удалось! Пусть срочно пришлют транспорт для эвакуации!
Мардаки кинулись исполнять распоряжения, Дрон схватил рацию и, настроив на нужную частоту, принялся твердить:
– База! База! Ответьте! База!
Наконец из динамика послышался хрип. Судя по выражению лица Дрона, известия были хреновыми.
– Они, – упавшим голосом проговорил лейтенант, – велят стоять до конца.
– Уроды, – сплюнул я. – Дрон, это что? – я указал на экран внешнего обзора, в ту его точку, где виднелся жутко ветхий цилиндр.
– Старый транспортник, им давно не пользовались.
– Он на ходу?
– Не знаю, согласно устава вся техника, закреплённая за цитаделью, должна быть в исправном состоянии. А как на самом деле, – лейтенант пожал могучими плечами.
– В общем так! – я принял решение. – Прорываться будем сюда, есть кто-нибудь, кто умеет им управлять?
Гробовую тишину нарушил Квинкер.
– Чего там уметь, заводишь и едешь. Короче, задачу по подъёму этой кастрюли в небесные выси беру на себя.
Ни за что и никогда я не доверил бы этому проходимцу даже занюханной мясорубки. Но выхода не было. Никто, кроме жабоида, за руль не хотел.
