Исчез он средь бела дня при крайне загадочных обстоятельствах. Старик страдал язвой желудка и два раза в год проходил медицинское обследование. На этот раз врач направил его в новый диагностический центр, оборудованный самой современной аппаратурой. В полумраке рентгеновского кабинета старику сделали усыпляющую инъекцию, а через десять минут загримированный двойник в его одежде вышел к ожидавшей машине.
Похищенного вывезли через полчаса, когда наблюдение с клиники было уже снято. Никто не обратил внимания на большой ящик с надписью «Медицинское оборудование», тем более, вывозилось много всего: оборудование диагностической клиники распродавалось.
Двойник приказал остановиться возле универсама и затерялся в толпе. Хотя его исчезновение не связывалось с медицинским обследованием, люди из службы безопасности «Торжества ислама» все равно проверили все контакты пропавшего и обнаружили, что в тот же день исчез врач, лечивший его пятнадцать лет, и персонал диагностического центра. Стало ясно, что происшедшее – не роковая случайность, а блестящая акция, за которой стоит мощное государство, располагающее высокопрофессиональными специальными службами.
Долго ломать голову «Торжеству ислама» не пришлось: Аль-Хакатти получил видеозапись заложников и ультиматум – если американцев не освободят, обоих повесят в двадцать четыре часа. Угроза смерти не пугает правоверного: вечное блаженство даруется Аллахом на небесах, вера в это движет фанатичными террористами, не щадящими своей жизни и жизни своих близких.
Но позорная смерть от петли закрывает дорогу в мусульманский рай! И это меняет дело в корне!
Через три часа американцы были освобождены. А еще через час по личному телефону Аль-Хакатти, номера которого не знал никто, кроме двух-трех наиболее приближенных лиц, позвонил майор Адамс и сказал, что только что повесил обоих заложников. Это был блеф, но за те часы, которые прошли до появления похищенных родственников, Аль-Хакатти поседел, а брат заложника чуть не стал жертвой инсульта.
Конечно, «Торжество ислама» посылало убийц к Адамсу, но всех повесили уже без блефа, поэтому первая попытка стала и последней.
Эта операция вошла в секретные учебники по борьбе с терроризмом как пример использования уязвимых мест противника и блестящего прогнозирования развития событий при планировании операции.
Но в случае со Зверем Адамс, становясь в засаду, допустил ошибку. Он не принял в расчет умственные способности какой-то ящерицы, пусть и очень смахивающей на человека. И не учел, что Зверь имеет многолетний боевой опыт. Когда-то давно четверорукие гомункулусы заманили молодого Охотника в пещеру с одним выходом, и это чуть не стоило ему жизни.
С тех пор Зверь проникал только в те укрытия, которые имели несколько ходов.
Поскольку времени на залечивание раны не было, Зверь заварил ее термотканью и даже сдержал крик боли, чтобы не привлекать внимание противника. Потом взлетел к потолку пещеры и выбрался наружу через щель в скальной породе.
Осматриваясь, Зверь не надеялся заметить врага, каким-то чудом вдруг ставшего невидимым. Он искал движущиеся предметы, которые выдавали противника. Но когда Адамс прыгал и продирался сквозь ветви, падал и полз на животе, протискивался под каменными глыбами, слой ила на его теле кое-где стерся. Поэтому на инфракрасном дисплее боевого шлема появился странный, угловатый, но знакомый силуэт дичи. Сжимая двузубец, Зверь медленно двинулся вперед.
Генри Адамс скорее не услышал, а почувствовал опасность сзади. В тот же миг он понял свою ошибку, а также понял и то, что Чудовище – вовсе не безмозглая ящерица, а думающий, расчетливый боец.
Он не знал, видит его враг или нет, но, не делая резких движений, сорвал висящий на шее зеленый кулечек – пальмовый лист, начиненный порохом, чиркнул зажигалкой и швырнул импровизированный взрывпакет за спину.
Яркая вспышка ослепила Зверя, а Адамс уже со всех ног бежал прочь. Он знал, что в запасе у него не больше двух-трех секунд. Сзади вслепую ухнуло ружье, сноп огня разбился о вершину пальмы, разлетевшись на тысячи искр. Ствол дерева, покачнувшись, словно под топором лесоруба, медленно наклонился и обрушился на землю.
Ружье выстрелило еще несколько раз.
К Зверю уже возвращалось зрение, когда Адамс прыгнул в небольшое озеро, раскрывшееся в низине. Электронный сгусток опоздал на долю секунды и прожег туннель в плотной зеленой листве, не причинив майору вреда.
Подняв высокий столб брызг, Адамс вошел в воду. Вынырнув, он мощными гребками погнал тело к противоположному берегу. Струи воды смывали с него остатки ила. Плавным прыжком Зверь оказался на краю обрыва. Теперь он видел силуэт дичи отчетливо и четко. Прицел автоматически наложился на цель, но Зверь не дал команды. Приготовив двузубец, он включил антиграв и медленно оторвался от земли.
Подплыв к берегу, Адамс подтянулся на руках, но вылезти не успел: что-то обхватило шею с двух сторон и придавило к мокрой плотной глине. Скосив глаза, майор увидел зубец копья. Он не раз ловил таким образом змей с помощью рогатины, теперь сам оказался пойманным. Инстинктивно Адамс напряг мышцы, рванулся… Бесполезно! Неземная сталь сильнее вдавила голову в глину. Совсем рядом он видел огромную ступню чудовища и обтянутые кольчужной тканью когти.
Сверху опустилась трехпалая рука с такими же страшными когтями, выделяющимися в защитной перчатке. Раздался громкий щелчок, и двухклинковый нож выпрыгнул вперед, готовый к удару.
В таком безвыходном положении Адамс еще никогда не находился. Он понял, что через секунду страшный боевой нож пришельца отрубит ему голову. Но страха почему-то не было. Может, оттого, что все мироощущение Адамса уже находилось в запредельном состоянии.
Зверь сдержал руку. Избрание в Комиссию и намерение войти в легенды препятствовали столь будничной расправе с обездвиженной дичью. Раздался щелчок, и нож вернулся в походное положение, теперь он не выступал за пределы руки. Адамс почувствовал, что давление двузубца ослабло и он может пошевелить шеей. В следующую секунду Зверь выдернул копье из глины и тут же, схватив железными пальцами добычу за шею, рывком поднял.
Адамс почувствовал, что шейные позвонки вытягиваются и хрустят, а он отрывается от земли. Чудовище развернуло его лицом к себе, перехватив другой конечностью за горло, под челюстью. Руки майора оказались свободными. Правая кисть скользнула к поясу, привычно расстегнула застежку кобуры и легла на рифленую рукоятку.
Зверь держал свою жертву одной рукой, на весу, как будто Адамс весил не сто тринадцать килограмм, а в десять раз меньше. Майор рассмотрел лазерный дальномер на правой лобной доле боевого шлема и круглые зрачки инфракрасных датчиков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
